Кэролайн надела свой самый элегантный туалет — белое муслиновое платье в бирюзовый цветочек, с широким зеленым поясом под грудью. Короткие рукава и декольте заставили ее надеть поверх него светлую кашемировую накидку, принадлежавшую Маргарет. Девушка украсила волосы атласной лентой более темного зеленого оттенка. Жемчужное колье и серьги также принадлежали ее матери. Заехавший за ней в книжную лавку Энтони всю дорогу бросал на Кэролайн восхищенные взгляды.

Неподалеку от здания оперы они оказались в хвосте других экипажей, медленно двигавшихся к входу. Кэролайн наблюдала, как из экипажей высаживались люди в великолепных вечерних туалетах, здоровались, обменивались друг с другом несколькими словами и поднимались по пологой лестнице к широким дверям. Ей хотелось бы поскорее взять в руки перо открыть записную книжку. Конечно, она ничего не захватила с собой, поскольку все это попросту не уместилось бы в крошечном изящном ридикюле, тоже принадлежавшем Маргарет.

— Это лорд Вильям Дарроу? — спросила Кэролайн. Энтони выглянул из окошка.

— Да, это он. А почему вы спрашиваете?

— Кто это с ним? — Почтенный Дарроу шел рядом с очень молодым человеком, наверное, не старше Кэролайн.

— Это его сын.

— Но это не Фред Дарроу, Энтони. Единственному сыну и наследнику Дарроу по меньшей мере пятьдесят пять лет.

Энтони покраснел.

— Это Джон Льюис.

— Внебрачный ребенок?

Энтони кивнул, стесняясь говорить на эту тему со своей спутницей. Кэролайн, задав еще несколько вопросов, узнала, что у Дарроу трое незаконнорожденных детей. У пэров это было весьма распространенным явлением.

— Наша очередь подошла, — с явным облегчением сказал молодой человек.

Он помог Кэролайн выйти из экипажа. Ей было жаль, что она привела Энтони в смущение своими вопросами. Не удержавшись, Кэролайн сравнила его с Северьяновым. Князя позабавило бы ее любопытство, и он сообщил бы ей всю известную ему информацию. Кэролайн в этом не сомневалась.

Они поднялись по широкой лестнице. Кэролайн вспоминала сегодняшний визит к Северьянову. Она думала о нем, о его дочери, о котенке и об этой противной Тэйчили. Но больше всего, конечно, о князе и о его дочери. Ей было жаль их. Девушке хотелось помочь им.

Фойе оперного театра с белыми мраморными колоннами заполнила оживленная публика. Энтони крепко держал Кэролайн под руку. Они то и дело останавливались, отвечая на приветствия его знакомых. Кэролайн не обращала внимания на любопытные взгляды, поглощенная наблюдением за публикой. Кое-кого она узнавала; эти люди не раз становились мишенями для сатирического пера Коппервилла. Она увидела отца Энтони, тихо беседующего с одним из лидеров партии вигов. Любопытно, о чем они беседуют? Девушка заметила печально известную леди Хэмптон, имевшую шесть детей от разных отцов по крайней мере так утверждали. Она беззастенчиво флиртовала с молодым щеголеватым лордом Монро.

И вдруг Кэролайн увидела Северьянова.

Она оглянулась, желая убедиться, что это ей не почудилось. Но князь, а это был он, на голову возвышался над толпой. Она сразу узнала его безупречный профиль и копну золотисто-русых волос, хотя не могла разглядеть, с кем князь разговаривает. Энтони потянул ее вперед, и она вошла в зал.

Молодые люди расположились в ложе, где сидели еще три пары.

— Вам понравится опера, — шепнул девушке Энтони. — Говорят, Джузеппе Майоне превосходен.

Она пропустила его слова мимо ушей, так как в соседнюю ложу вошел Северьянов. Он был один. Заметив это, Кэролайн испытала неимоверное облегчение.

— Северьянов появился, — сказал Энтони.

Кэролайн осознала, что слишком пристально глядит па князя и что Энтони заметил это. Она покраснела.

— Князь часто покупает книги в вашей лавке? — спросил Энтони.

— Нет, — поспешно ответила Кэролайн, продолжая украдкой наблюдать за князем, который разговаривал с соседом. Она еще никогда не видела его во фраке. Он был так красив, что дух захватывало. — Князь попросил отца раздобыть для него два редких издания. — Девушка взглянула на Энтони.

— Понятно. — Энтони явно огорчился.

Внезапно в той же ложе появилась дама в серебристом вечернем туалете, и Кэролайн во все глаза уставилась на нее. Северьянов встал. Дама поцеловала его в щеку, прижавшись к нему всем телом. Кэролайн замерла. Дама с иссиня-черными волосами и бледной кожей цвета слоновой кости была довольно миниатюрна, но необычайно соблазнительна. Модное платье из почти прозрачного серебристого шелка обрисовывало каждый изгиб ее фигуры. Шею женщины украшало колье из сапфиров и бриллиантов. Такие драгоценности носили лишь члены королевской семьи. Кэролайн догадалась, кто она, и у нее до боли сжалось сердце.

— Это его жена? — дрогнувшим голосом спросила она спутника.

— Не знаю.

Кэролайн перехватила его пристальный взгляд, обращенный на женщину, потом окинула взглядом сидевших рядом мужчин и заметила, что их взгляды тоже устремлены на княгиню.

— Она восхитительна, — пробормотала Кэролайн. Дама была не только красива, но и откровенно чувственна. Но почему это так задело Кэролайн? Она же и не думала соперничать с этой женщиной, а красоту никогда не считала главным достоинством, свято уверенная в том, что человек не по-хорошему мил, а по-милу хорош! Но, видит Бог, Мари-Элен и Северьянов просто созданы друг для друга!

Энтони промолчал.

В этот момент Мари-Элен покинула ложу и вскоре расположилась в другой. Ее серебристое платье блеснуло, когда она усаживалась в кресло. Кэролайн казалось, что сквозь прозрачную ткань платья просвечивает великолепная кожа. «Хорошо еще, — горестно подумала она, — что у княгини и Северьянова не один и тот же круг общения».

Девушка опустила глаза, уже сожалея о том, что согласилась пойти в оперу. Весь этот день был для нее слишком длинным и утомительным. Снова подняв глаза, она посмотрела не на сцену, где уже поднялся занавес, а в сторону ложи Северьянова.

Князь сидел в ложе. Там же Кэролайн увидела только что появившуюся леди Кэррэдин.

Во время антракта все спустились в фойе. Джентльмены попивали коньяк, леди — шерри. Кэролайн лицом к лицу столкнулась с отцом Энтони, лордом Дэвисоном, видным членом кабинета министров Каслеро. Она тотчас вспомнила, как видела лорда Дэвисона в борделе в ту ночь, когда побывала там с Северьяновым.

— Отец, позволь представить тебе мисс Кэролайн Браун, — сказал Энтони.

— Как поживаете? — любезно проговорила девушка. Стюарт Дэвисон, странно взглянув на нее, церемонно кивнул.

— Рад познакомиться. — Он бросил на сына хмурый взгляд. Было совершенно очевидно, что лорд не рад знакомству. — Увидимся позднее, — хмуро бросил он сыну. И тут же оживленно заговорил о чем-то с неизвестным Кэролайн джентльменом.

Энтони мучительно покраснел.

— Боюсь, отец не одобряет ваш выбор, — усмехнулась девушка. Она почему-то рассердилась. Дэвисон держался с ней крайне неучтиво.

— Извините, прошу вас. У отца это пройдет. Он изменит отношение к вам, как только узнает, что вы внучка леди Стаффорд.

Кэролайн хотела попросить Энтони не сообщать об этом отцу, но тут увидела Северьянова, пристально смотревшего на нее. Она покраснела.

— Не хотите ли рюмочку шерри? — предложил Энтони. Девушка кивнула. Энтони удалился. Северьянов бросил на нее взгляд и, кивнув даме, стоявшей рядом с ним, весьма решительно направился к Кэролайн.

«По крайней мере он не с этой распутной леди Кэррэдин», — подумала она.

Князь подошел и поздоровался. Его взгляд скользнул по лицу девушки, как бы запечатлевая в памяти каждую его черту, потом опустился на декольте и ниже, к талии и ногам. Ему явно нравилось то, что он видел. И это льстило Кэролайн и забавляло ее.

— Еще один сюрприз — Князь улыбнулся. — Никак не ожидал встретить вас здесь. Вы появляетесь в самых неожиданных местах.

«Интересно, имеет ли он в виду мое появление под видом Брайтона».

— О вас можно сказать то же самое, ваше сиятельство. Как вам понравился Майоне — спросила она, думая о нем, его жене, дочери и любовнице.