Автор Быков Дмитрий Львович

Смерть Лермонтова – одна из главных загадок русской литературы. Дмитрий Быков излагает свою версию причины дуэли, объясняет самоубийственную стратегию Лермонтова и рассказывает, как ангельские звуки его поэзии сочетались с тем адом, который он всегда носил в душе.

В новую книгу поэта Дмитрия Быкова вошли стихотворения и политические фельетоны в стихах «Письма счастья», написанные за последние два года, а также ранее не публиковавшаяся полная версия перевода–адаптации пьесы Ж.-Б. Мольера «Школа жен», выполненного по заказу театра-студии Олега Табакова. «Стою в полутьме, выключатель не дергаю, И молча смотрю — не без сладкой щекотки — На город, вплывающий в долгую, долгую, Для многих последнюю зиму Чукотки. Другого величия нам не обломится, Но сладко — взамен паникерства и пьянства — Смотреть на стеклянную трубку барометра, Без слов говорящего: ясно. Все ясно».

Свои стихотворные фельетоны Дмитрий Быков не спроста назвал письмами счастья. Есть полное впечатление, что он сам испытывает незамутненное блаженство, рифмуя ЧП с ВВП или укладывая в поэтическую строку мадагаскарские имена Ражуелина и Равалуманан. А читатель счастлив от ощущения сиюминутности, почти экспромта, с которым поэт справляется играючи. Игра у поэта идет небезопасная – не потому, что «кровавый режим» закует его в кандалы за зубоскальство. А потому, что от сатирика и юмориста читатель начинает ждать непременно смешного, непременно уморительного. Дмитрий же Быков – большой и серьезный писатель, которого пока хватает на все: и на романы, и на стихи, и на эссе, и на газетные колонки. И, да, на письма счастья – их опять набралось на целую книгу. Серьезнейший, между прочим, жанр.

Эта книга — о жизни, творчестве — и чудотворстве — одного из крупнейших русских поэтов XX пека Бориса Пастернака; объяснение в любви к герою и миру его поэзии. Автор не прослеживает скрупулезно изо дня в день путь своего героя, он пытается восстановить для себя и читателя внутреннюю жизнь Бориса Пастернака, столь насыщенную и трагедиями, и счастьем. Читатель оказывается сопричастным главным событиям жизни Пастернака, социально-историческим катастрофам, которые сопровождали его на всем пути, тем творческим связям и влияниям, явным и сокровенным, без которых немыслимо бытование всякого талантливого человека. В книге дается новая трактовка легендарного романа «Доктор Живаго», сыгравшего столь роковую роль в жизни его создателя.

Все пушкинисты сходятся на том, что в жизни Пушкина была одна потаённая любовь, неизменная с ранней юности, скрытая от всех. Так вот, мы нашли её. А заодно поняли, почему он всегда интересовался судьбами женщин, переодевшихся в мужское: кавалерист-девицы, папессы Иоанны… Мы объяснили тайные причины событий 1848, 1861 и 1917 годов. Обнаружили следы пропавшего без вести Бестужева-Марлинского и проследили судьбу Грибоедова, чья пьеса «Сирано де Бержерак» до сих пор приписывается Ростану. Этот роман мог бы называться «Вторая жизнь Вазир-Мухтара», но лучше так. Потому что Пушкин и есть чёрная, африканская речка русской судьбы, соединившая её с океаном мировой культуры. И именно о нём мы думаем как о главном просвете в чёрно-красной кляксе русской истории. А может быть, всё это только галлюцинация смертельно раненного. И неясно, кому нанесена эта февральская смертельная рана — то ли Пушкину, то ли всем нам.