Мои

– Тагир, я так не могу больше. Она смотрит на меня, моя беда, моя самая главная проблема в жизни. Моя женщина. И снова говорит то, что мне не нравится. То, что я не хочу слушать. Но слушаю. – Так не может больше продолжаться, понимаешь? Ты с ума совсем сошел. Она медлит, ждет от меня каких-то слов. А я не могу ничего сказать. Потому что она права. Сошел. Сразу, как ее увидел. И до сих пор не могу прийти в себя. Она говорит разумные, с ее точки зрения, вещи. И, наверно, хочет уйти. Но она не понимает, что этому не бывать. Что она моя. Ее дочь – моя. Наш сын – мой. Они все – мои. И я за них готов любого на клочки порвать. Я хочу ей это сказать, но молчу. Такие вещи не говорят. Такие вещи доказывают. Делом.