Единственной, кого можно было довольно точно опознать в маячившей на горизонте японской троице - это более крупная, чем 'собачки', 'Токива' - родная сестра убийцы 'Варяга' - 'Асамы'. Но точное распознавание японских кораблей, в принципе, было и не важно в данной ситуации. Главное - крейсера контр-адмирала Дева уже заняли свою позицию, значит, сейчас должен появиться и зверь покрупнее...
Так и есть - сначала на горизонте показалось темное расплывчатое дымное пятно, потом оно начало приобретать очертания явного дымного следа кильватерной колонны. Через несколько минут под тяжелой тёмной шапкой дыма из прозрачной голубой дымки начали материализовываться серые силуэты тяжелых кораблей. Ещё через четверть часа чуть в стороне от главных сил стали различимы небольшие низкие серые тени -истребители. Их стремительные и хищные силуэты уже можно было различить в бинокль. Всего три. Очевидно - это та троица, что оторвалась ночью от 'Новика' и смогла уйти почти без повреждений. Ещё два истребителя, видимо те, что ушли от 'Боярина', сейчас сиротливо жались к 'Токиве'. Хотя, на таком расстоянии можно и ошибиться. Может это и не они. Да и не важно это сейчас. Нынче главные действующие лица на сцене - это броненосцы адмирала Того.
Далеко за спиной Вервольфа, в гавани Артура тонкие, жиденькие струйки дыма над трубами эскадры сменились густыми, жирными черно-бурыми клубами - корабли разводили пары и готовились выйти на внешний рейд, где пока был лишь один дежурный крейсер - 'Диана', да пара эскадренных миноносцев. Стоящие в ремонте 'Ретвизан' и 'Цесаревич' заранее развернули так, чтобы обеспечить наилучшие сектора обстрела именно в направлении Лаотешаня. К сожалению, носовая башня 'Ретвизана' была разоружена ещё перед снятием броненосца с мели, и корабль пока оставался без половины своей главной артиллерии, но даже имевшиеся в сумме на два броненосца шесть двенадцатидюймовых орудий составляли очень грозную батарею. Теперь же, ежеминутно, по данным дальномера и пеленгов от дополнительных НП, на центральном наблюдательном пункте Лаотешаня отмечали на карте место головного броненосца вражеской эскадры. Это позволяло не только довольно точно определять направление и расстояние до цели для 'Ретвизана' и 'Цесаревича', но и постоянно и точно определять курс и скорость цели, что, при стрельбе на большие дистанции, было не менее важно. Корректировщики тут же передавали эти данные на броненосцы, и Вервольф в свой мощный бинокль видел, как их 12-дюймовые башни с поднятыми на предельный угол возвышения стволами, медленно поворачивались, следуя за невидимым из гавани врагом. К тому же карта, что лежала на столе Мякишева, была разграфлена на множество мелких квадратиков, каждому из которых был присвоен свой буквенно-цифровой номер. Точно такие же карты были у старших артиллеристов всех броненосцев эскадры. И, в случае необходимости, по сигналу с Золотой горы, броненосцы могли нашпиговать нужный квадрат своими 'подарочками'. Точность при таком варианте, конечно, была бы ниже, чем у корректируемых по телефону 'Ретвизана' и 'Цесаревича', но вероятность попадания всё же была. Не говоря уже про психологический эффект. Повернувшись на юг, он отметил, как заметно приблизилась колонна японских броненосцев. Головная 'Микаса' уже четко вырисовывалась на голубой глади моря. За ней в кильватер шли ещё два серых двухтрубных силуэта - очевидно 'Асахи' и кто-то из типа 'Фудзи'. За ними следовали два трехтрубника - 'Хацусе', 'Сикисима' и замыкающим - ещё один двухтрубный броненосец типа 'Фудзи'. Сергею стало немного не по себе - Того-сан притащил под Артур весь свой броненосный флот. Денек обещал выдаться жарким - двадцать четыре японских 12-дюймовки должны были обрушить град двадцатитрёхпудовых снарядов на корабли Тихоокеанской эскадры в гавани Артура. И всё же, советник невольно залюбовался, глядя на 'Микасу', распахивающую надвое волны своим острым таранным форштевнем. Флагман адмирала Того каждую минуту приближался на два кабельтова. И тут колонна японских броненосцев начала разделяться - два трехтрубных и один двухтрубный корабль начали формировать отдельный отряд, а 'Микаса' и следующие за ней два броненосца - четко опознаваемый 'Асахи' и один из броненосцев типа 'Фудзи' повернули последовательно на два румба влево, очевидно, с намерением остаться мористее и прикрывать корабли бомбардирующего отряда. Первый же отряд, возглавляемый трехтрубным кораблем, продолжал движение по направлению к Лаотешаню с той же 12 узловой скоростью. На мачте головного корабля гордо развевался флаг, на белом полотнище которого красное восьмилучевое солнце было обрамлено по нижней и верхней кромкам такими же красными полосами. Такой флаг в японском флоте имели контр-адмиралы, следовательно, головной корабль ударного отряда - 'Хацусе', флагман контр адмирала Носиба, второй идущий за ним трехтрубник может быть только 'Сикисимой', а вот третий? Один из типа 'Фудзи', но кто? Вервольф внимательнее присмотрелся к идущему третьим кораблю... Судя по большим размерам кормовых дефлекторов вентиляторов и полному отсутствию таковых между дымовыми трубами, это должен быть 'Ясима'. Он перевел бинокль на концевой корабль отряда Того. Да, так и есть - 'Фудзи' остался в отряде Того, а в ударный отряд вошел 'Ясима'. Что ж, весьма неоднозначное решение - орудия 'Фудзи' и 'Ясимы' заряжаются только в диаметральной плоскости, поэтому после каждого выстрела башни нужно разворачивать в исходную позицию, заряжать орудия, а потом вновь наводить их на цель. Это сильно снижает скорострельность, и включать такие корабли в отряд с более новыми броненосцами - значит, что, при групповой наводке и корректировке стрельбы отряда, стрелять они будут, скорее всего, через залп, т.е. на два залпа 'Хацусе' и 'Сикисимы' будет только один с 'Ясимы'... Хотя... Непосредственно в башнях броненосцев типа 'Фудзи' хранилась часть боезапаса, которые можно было заряжать с помощью дополнительных гидравлических досылателей. Но запас этих снарядов в кормовых нишах башен весьма ограничен - максимум восемнадцать. На два ствола. Потом скорострельность неизбежно падала. Вряд ли Того решит использовать этот 'неприкосновенный запас' для бомбардировки. Уж скорее - прибережет на случай боестолкновения с русской эскадрой. Что ж, нам это на только на руку - Вервольф хищно улыбнулся. Значит, не такой уж вы и гений, мистер Того, раз совершаете такие ошибки... С другой стороны, он ведь ожидает полной безнаказанности при обстреле Артура. Зная, что этот сектор не простреливается. Что можно неторопливо, с издёвкой, расстреливать русскую крепость и стоящую в гавани эскадру. Вот и расслабился... А, как говорил знаменитый Вовочка в одном из анекдотов: 'Нельзя в этой жизни расслабляться, а то сразу же поимеют...'
- Связь! Передайте на Золотую гору: отряд броненосцев разделился. Ударная группа - 'Хасусе', 'Сикисима' и 'Ясима'. Прикрывает их отряд из 'Микасы', 'Асахи' и 'Фудзи'.
- Есть, Ваше превосходительство!
Вервольф повернулся к Мякишеву:
- Андрей Константинович, наша цель теперь - головной корабль ударного отряда.
- Есть! На дальномере! Цель - головной корабль ближней колонны! Связь - передайте на наблюдательные посты - пусть дают пеленги на головной ближней колонны.
- Слушаюсь, Ваше благородие!
И вновь зазвучали цифры дистанций и пеленгов. Только теперь карандаш Мякишева вычерчивал на разбитой на мелкие квадраты карте местоположение и курс младшего флагмана японской эскадры.
Вот уже расстояние от стоящих в бухте русских броненосцев до 'Хацусе' сократилось до 80 кабельтовых - они вошли в зону поражения, но Вервольф пока не отдавал приказа открыть огонь - чем больше дальность, тем выше будет рассеивание снарядов и ниже точность стрельбы. К тому же, попав сейчас под огонь, Носиба на высокой скорости выйдет из-под него, не получив повреждений. Прислонившись к брустверу и глядя в бинокль на японскую колонну, советник смотрел, как с каждой минутой 'Хацусе' всё ближе и ближе подходила к берегу Лаотешаня. Жаль, что ненастная погода нескольких последних дней и крупная зыбь не позволили выставить на южных подходах минные банки. А ведь подобная задумка была... Как бы кстати были бы сейчас несколько десятков мин на пути японской эскадры...