Ведущий, сильно наклонив голову к плечу и держа перед собою микрофон двумя руками, делает полукруг вдоль самой широкой, последней ступеньки лестницы, ведущей к моему месту. Изображает усиленный мыслительный процесс.
– Однако, – остановившись, говорит он и, подводя итог работы своей мысли, – сказанное тобой выглядит, как абсолютная ерунда, но, если задуматься, то что-такое, в нём есть. Чему, сразу, вот так вот и не возразишь… Ладно. Теперь, давай, добей меня выводом, что ради успеха стараться не нужно. Буду сегодня всю ночь не спать, думать над контраргументами. Я слушаю.
– Стараться, чтобы усердием добиться успеха, – начинаю объяснять я своё виденье этого вопроса, – важная истина, которую считали незыблемой наши бабушки и дедушки. Все хорошее – дается только тяжелым трудом, ты должен стараться и этим добиться результата. Но, а что мы видим вокруг? Если посмотреть по сторонам, то мы видим множество работающих людей. Однако, можно ли полученные ими результаты каждого объяснить исключительно словами «усердие» или, «трудом добиваются»?
–… Да, некоторые из них действительно добились результатов потому, что работают, как сумасшедшие. Но, при этом вокруг есть и те, кто добился успеха случайно, явно не в соответствии приложенным усилием. И ещё есть такие, кто, наоборот, вкладывает очень много труда, но добивается совсем крошечного. Дети же не дураки, мы же видим, что в современном мире усердность вовсе не равна успеху, а от нас требуют бесконечной усидчивости и прилежания.
–… Сейчас, в современном мире, карьера перестаёт носить исключительно вертикальный характер. Совсем недавно было аксиомой – усердно, шаг за шагом, ступенька за ступенькой: побыл рабочим, потом бригадиром, потом начальником цеха и так далее. Чтобы сделать карьеру, ты должен попасть в крупную корпорацию, в какую-то крупную структуру, и там, ступенечка за ступенечкой, карабкаться выше. И если ты не попадаешь в эту иерархию, то у тебя особых шансов нет.
–…Однако, что происходит сейчас? В мире снова появилась горизонтальная карьера. Когда в последний раз она была? Представьте, средневековье, город мастеров, где вы просто лучше всех делаете горшки, про вас идет слава, что так, как вы, не делает никто.
–…И вот с этого момента вы делаете свою горизонтальную карьеру. Вы не становитесь начальником всех горшечников, вы просто делаете самые крутые горшки и к вам приезжают со всех окрестных городов, ваши горшки растут в цене, и вы берёте людей в подмастерье, они делают что-то похожее, но все равно не такое, как вы. Вот это и есть горизонтальная карьера. Сейчас это становится возможным. Концепция карьеры в современном мире не про то, что вы обязательно принадлежите к чему-то большому и внутри этого большого карабкаетесь вверх, а в том, что вы знаете и умеете что-то особое и уникальное. Если вы уникальны хоть в чём-то, то вы можете этим зарабатывать. К вам будут приезжать за вашей уникальностью и платить за неё деньги. И вы будете популярными без высокого бала сунын…
![Айдол-ян. Книга 1 (СИ) - imgA979.jpg](https://all-library.ru/pic/6/2/8/9/9/8/628998/1541495824/imgA979.jpg)
– Это я сейчас для школьников говорю, если кто не понял, – поясняю я гостям.
– Ты – уникальная, – резюмирует ведущий, смотря на меня.
– Да, я нашла свою уникальность, поэтому, математика, физика, а также диплом университета мне не нужен, чтобы зарабатывать деньги. И то, что меня взяли в агентство без документа об образовании, доказывает правоту моего анализа жизни.
– Хех! – восклицает ведущий, – А что делать тем, кто не настолько талантлив как ты?
– Учёные провели исследования и выяснили, что все люди – талантливы. Только, каждый, уникален по-своему. Просто многие, не задумываясь, следуют общепринятым стандартам. Их мозг перегружен непрерывно поступающей в него информацией так, что не в состоянии провести анализ текущей ситуации и построить прогноз дальнейшего развития событий. Это, в последствии, приводит к жизненным разочарованиям и трагедиям. В каждом из нас спит гений. И с каждым днём – всё крепче!
– ЮнМи, скажи, – насмешливо хекнув на мою шутку спрашивает ведущий, – почему, когда я разговариваю с тобой, у меня такое ощущение, что ты давно закончила университет? Что ты – совсем не школьница?
– Не знаю, СынГи-сии, – пожав плечами, говорю я, – откуда у вас такое ощущение. Может, вы съели за обедом что-то не то?
СынГи-сии сдержанно улыбается, зал – сдержанно хихикает.
– А если серьёзно? – спрашивает он.
– А если серьёзно, – отвечаю я, – я читала работы психологов, занимающихся проблемами подросткового возраста. Большинство моих выводов – от них. Я просто примерила их на окружающую меня действительность. Те, что не совпали – отбросила, те, что вписались в жизнь – оставила. Теперь я знаю, что и почему происходит. Всё просто.
– Всё просто, – кивает головой ведущий и смотрит на свои, дорогие по внешнему виду, наручные часы.
– Не так уж много осталось времени у нашего шоу, – говорит он, опуская руку, – за интересными разговорами оно пролетело быстро. Давай, ЮнМи, подводи краткий итог своим словам, и мы обсудим их вместе с гостями….
– Учёные прогнозируют, – сразу начинаю говорить я, поскольку финальная речь была заранее прописана у меня в сценарии, – что дети, рождённые в начале века, то есть, сейчас, имеют большие шансы прожить до ста или, даже до ста двадцати лет. Произойдёт это, благодаря развитию медицины. Школьники! Обращаюсь к вам. Если сейчас родители выносят вам мозг из-за того, что вы получили низкий балл по английскому, подумайте о том, что, вполне возможно, что лет через пять, быстро совершенствующиеся электронные переводчики разовьются до такой степени, что надобность знать английский просто отпадёт. И все те усилия, весь тот труд, который вы вложили в его изучение, окажется напрасным. То же самое может случится и с сунын. Может, лет через десять, всё изменится настолько, что он не будет никого интересовать. Будет что-то новое, а сунын будет вспоминаться с улыбкой, как стародавний реликт, вроде кажущимися сегодня странными обычаями эпохи Чосон.
– … Поэтому, уважаемые школьники, совершенно не стоит менять целое столетие жизни на какие-то баллы, которые могут и отменить. В вашем столетье вас ждут друзья, любовь, путешествия и открытия. Наконец, вас ждут ваши дети, которым вы будете нужны так же, как сейчас нужны вам ваши родители. Да и о родителях вам нужно будет позаботиться. Мир прекрасен и удивителен. Его стоит посмотреть. Зачеркнуть всё это, не прожив и двух десятков лет – абсолютная глупость. Прошу вас – живите. Не меняйте истинную ценность на позолоченные погремушки. Живите!
– А родителей школьников, которые сдавали сунын, – говорю я, переведя дыхание, – я хочу попросить. Подойдите к своему ребёнку и скажите – «Чтобы не случилось, ты - лучший! И никакой сунын этого никогда не изменит!»
– Браво! – восклицает ведущий и, сунув себе под мышку свой микрофон, начинает хлопать в ладоши, – Браво!
Спустя мгновение присоединяется студия, но, как-то, «без огонька».
– А теперь, перейдём к обсуждению, – говорит ведущий, вновь взяв в руки микрофон, – госпожа ДжаОк так уж получается, что вы всегда первая. Не будем нарушать уже сложившуюся традицию. Итак, слушаем ваше мнение.
– Я всё выслушала, – с серьёзным видом произносит вредная аджума, – выслушала и хочу сказать, что за всей красивостью и эмоциональностью слов ЮнМи – нет ничего. Это – пустышка!
– Ооооо… – стонут гости.
– Да, – говорит ДжаОк, поворачиваясь назад, к ним, так как сидит в первом ряду, – пустышка! Идея замены этими «к–к–к» нормального образования, это абсолютная вопиющая глупость, которую я, когда–либо слышала!
– Почему вы так думаете, ДжаОк-сии? – неприязненно спрашиваю я тётку, недовольный тем, что меня обозвали пустым местом.
– Потому! – разворачиваясь ко не, достаточно грубо отвечает мне она, – По-твоему, образование, это что такое?
– Образование – это то, что остается после того, когда забываешь все, чему учили в школе, – отвечаю я ей удачно подвернувшимися в памяти словами Эйнштейна.