СанХён крутит головою из стороны в сторону, показывая, что он изумляется такому практицизму. Потом задумывается.
- Тебе должны были сделать сетевую страничку в сообществе «Корона», - говорит он ЮнМи, - Сделали? КиХо – сделали?
- Так точно, господин президент! – отвечая на вопрос, рапортует КиХо, - Сделали!
- Сделали, - кивает, подтверждая, ЮнМи.
- Ты там была? – спрашивает её президент.
- Была, - отвечает.
- Сколько раз?
- Ну… когда показывали, - припоминает ЮнМи.
- То есть, один раз? – уточняет СанХён.
- Господин президент… – начинает ныть ЮнМи, решив, что её сейчас будут ругать, - спать времени нет, а тут ещё на страничку свою ходить… Просто нет никакой возможности… Физической…
- Значит, ты не знаешь, что фанаты твоей группы начали сбор подписей за отстранение тебя из её состава? – не став ничего выговаривать за наплевательское отношение к интернет-обязанностям, спрашивает у неё СанХён.
- Правда? – удивляется ЮнМи и смотрит на КиХо.
Тот, кивнув, подтверждает.
- Пока подписей под петицией немного, - говорит СанХён, - не больше трёхсот. Но, есть такой факт. Ты только что предложила идею для как бы сольного выступления, в котором ты участвуешь в каждом номере. Не хватает одной песни, чтобы заткнуть этих подписчиков и показать, что решают не они. КиХо, может, нам поставить в программу – «Корону»?
- А-аа… - открывает рот КиХо, быстро соображая в момент этого «а-аа».
- А с чем, господин президент? – секунду спустя спрашивает он, - У ЮнМи и группы нет ещё ни одного совместного номера.
- Но они же переучивают хореографию? – с неудовольствием спрашивает у него СанХён.
- Да, можно быстро дотянуть какой-нибудь из прежних номеров до готовности, - не спорит с шефом КиХо, - но только номер этот будет – старый, который все видели. У нас теперь, как я понимаю, четыре новинки. Мне кажется, единственный старый номер будет выглядеть диссонансом в их окружении.
СанХён вновь задумывается, барабаня пальцами по столу.
- Мне кажется, - продолжает развивать свою мысль КиХо, - лучше даже будет взять что-то из готовящихся «комбэков». Срочно доделать и сделать пятым новым номером. Тогда мы точно всех уделаем.
СанХён переводит взгляд на ЮнМи.
- ЮнМи! – произносит он тоном, позволяющим предположить, что за этим последует что-то серьёзное, - Ты слышала? Нужна ещё одна новая песня.
- Тщш…тшш… - шипит в ответ та, не находя слов, тряся головой и пожимая плечами, - сабоним, конечно, приятно, что вы столь высокого мнения обо мне, но это уже, как говорится, ни в какие ворота не лезет! Три композиции, в которых я участвую. Которые ещё нужно готовить, плюс, только что появившаяся четвёртая, и ещё одна! Которую ещё написать нужно! Когда? Когда всё это успеть?!
- Зачем ты тогда принесла мне новую песню?
- Ну… - несколько теряется от вопроса ЮнМи и неуверенно отвечает, - чтобы лучше было…
- Лучше? – переспрашивает президент, - А с пятой будет – совсем хорошо! Хочешь денег, славы и детям помочь?
- Хочу, - говорит ЮнМи.
- Тогда - работай. Ты сейчас в том периоде, когда зарабатывают авторитет. Сначала ты работаешь на него, потом, он будет работать на тебя.
- Но это нереально! – восклицает ЮнМи, сопротивляясь, - Взять на себя ещё одну группу? Я не справлюсь! Завалю работу и всё накроется медным тазом!
- Почему – тазом? – удивляется СанХён.
- Поговорка такая, - объясняет ему ЮнМи.
- Не слышал, - мотает головой президент.
- Это, из другого языка, - успокаивает его ЮнМи, - с немецкого, кажется…
- Всё одно, господин СанХён, - говорит ЮнМи возвращаясь к разговору, - подготовить новую композицию для целой группы – это не реально. Это придётся с каждым работать, каждому отдельно объяснять, как нужно, а потом, ещё этого от них добиться, чтобы в итоге слушатели не плевались, услышав результат!
СанХён задумчиво смотрит на раскрасневшуюся ЮнМи.
- Сделай соло, - спокойно предлагает он, - для себя. Объяснять никому не нужно будет.
- Так я же петь ещё не умею! – изумляется на это предложение ЮнМи.
- Ты же как-то пела до этого? – аргументированно возражает СанХён, - И ничего. Пусть это будет не коммерческая песня. Пусть будет песня, написанная для единственного концерта и которая прозвучит только на нём, единственный раз. Я не возражаю.
ЮнМи задумывается.
- Пойдёт в плюс к твоему авторитету, - говорит ей СанХён, - не пропадёт.
ЮнМи кивает, показывая, что поняла.
- Послезавтра, - называет срок прослушивания СанХён.
- Дык…- дёргается от услышанного ЮнМи, произнеся что-то невнятное.
- Времени нет, - авторитетно произносит СанХён, - сама знаешь.
- Может, чисто музыкальную композицию? – секунду подумав, предлагает ЮнМи, - на рояле… Или, гитаре…
- Уже такое есть, - говорит СанХён, - ты и Ли ХеРин.
- На иностранном? – с надеждой в голосе произносит ЮнМи.
СанХён отрицательно крутит головой.
- На корейском, - говорит он, - хватит иностранщины.
- Ну… - откидывается на спинку стула ЮнМи.
- Послезавтра, - жёстко произносит СанХён, напоминая срок, - если это всё, иди, работай!
- Я рисунок нарисовала, - вздохнув, говорит ЮнМи, - вариант афиши…
Достав из папки, которую принесла с собой, рисунок, ЮнМи кладёт его перед президентом.
- Вот.
![Айдол-ян. Книга 1 (СИ) - imgBF3.jpg](https://all-library.ru/pic/6/2/8/9/9/8/628998/1541495824/imgBF3.jpg)
СанХён берёт его в руки и, озадаченно повертев его несколько раз в разные стороны, начинает изучать творчество своего неутомимого айдола. На рисунке изображён рвущийся канат, толстые концы которого соединены последней тонюсенькой ниточкой.
- Цвет каната должен быть как у каната, - начинает объяснять художница свою задумку, - у меня не получилось подобрать нужного оттенка, но, настоящий художник это легко сделает. А фон – чёрный. Я не стала целиком закрашивать, чтобы не затекло на канат. И вот тут вот нужно сделать махрушки. Тщательно проработать, чтобы показать, что нитки – полопались.
- Что нужно сделать?! - сморщившись от непонятого русского слова, произносит СанХён.
- Ма… мах…лу… хохлу…шки? – пытается воспроизвести он не понятое слово.
- Ниточки, волосики, - улыбаясь, приходит на помощь ему ЮнМи, - простите, сабоним. Я путаю слова из разных языков, когда волнуюсь.
- КиХо? – подняв голову от рисунка, обращается к тому СанХён, - Разве концепт на афишу концерта не утверждён?
- Не знаю, господин президент, - отвечает тот, - узнать?
- Подожди, - говорит СанХён, - иди, смотри.
КиХо встаёт со стула, подходит и, из-за спинки президента, вдвоём с его хозяином, рассматривает представленное изображение.
- В рисунке неплохо выражена идея концерта, - выносит вердикт СанХён, - в тему.
- КиХо, - приказывает президент, - узнай, что там, у организатора, с афишами? Если ещё не начали печатать – предложи наш вариант. Если уже печатают, подумай, куда это можно использовать нам. Хотя бы, в сеть выложить, на нашу виртуальную афишу. И имена участников, по чёрному фону… белыми буквами…
СанХён ещё раз творческим взглядом окидывает набросок и отдаёт его КиХо, - На! Держи!
КиХо с поклоном принимает.
(позже. Кабинет президента. СанХён и КиХо. СанХён только что набрал номер и, приложив к уху сотовый, ждёт ответа.)
- Господин Ким ДжонХван? – произносит СанХён, - Здравствуйте.
У КиХо, от прозвучавшего имени приподнимаются брови.
- А да, да, конечно, - смеётся в это время в телефон СанХён, - спасибо, дядя Хван. Конечно, я помню, как вы приходили к нам в гости, а мы – к вам. Прекрасные воспоминания детства. Да, жалко, что отец уже умер… Спасибо, дядя Хван. Как ваше здоровье? ...
- … Дядя Хван, я звоню вам с предложением. Я сейчас готовлю выступления к благотворительному концерту, против суицидов у школьников. Мне принесли песню. Я её посмотрел и понял, что спеть её можете только вы. Она написана словно для вас.