— Веди, — сказала я.

Они окружили меня. Четверо стражников в коридоре встали по бокам, замыкая в живое кольцо, и мы двинулись по коридорам Цитадели. Мы спустились по винтовой лестнице, прошли через внутренний двор, и вот уже передо мной распахнулись ворота в Серебряный Сад. Кай ждал меня на той самой лужайке, где я когда-то сражалась с ним на тренировочных мечах. Его волосы были влажными после тренировки, и он улыбался той самой обаятельной улыбкой, которая когда-то так меня подкупала. Теперь она вызывала лишь раздражение. Стража расступилась, выпуская меня вперёд. Я прошла и остановилась в нескольких шагах от Кая и, издевательски улыбаясь, спросила:

— В чём дело, Ваше Величество? Решили вывести свою собачку погулять? Посчитали, что я уже достаточно насиделась в клетке?

Кай нахмурил брови, но тут же его лицо снова осветилось улыбкой.

— Ты не моя пленница, Элира, — сказал он. — Ты пленница ядовитых уст лжекороля. А я лишь помогаю тебе избавиться от этих цепей.

Я закатила глаза, даже не пытаясь скрыть своего раздражения.

— Ты помнишь нашу вторую встречу здесь? — спросил он вдруг. — Когда я тренировался с лжекоролём?

Я поморщилась. Воспоминание об Эроне ударило меня, как пощёчина, — острое, болезненное и невыносимое. Я увидела его так ясно, словно он стоял передо мной: чёрные волосы, прилипшие ко лбу, мокрая от пота рубашка, облепившая мощный торс, его дьявольская улыбка, его глаза, полные тёмного огня. Сердце сжалось в груди, и я на мгновение зажмурилась, прогоняя видение. Кай заметил это.

— Оу, прости, — сказал он. — Я не хотел делать тебе больно, напоминая об этом узурпаторе.

— Заткнись, — прошипела я, не открывая глаз.

Кай кивнул и продолжил уже другим тоном, более деловым:

— Я предлагаю тебе сделку.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Сделка? Опять? Сколько ещё сделок мне предложат, прежде чем я наконец перестану быть товаром, который можно обменять, продать или подарить?

— Что за сделка? — спросила я с подозрением.

Вместо ответа Кай повернулся, подошёл к оружейной стойке, что стояла у края лужайки, и взял два тренировочных меча. Один он оставил себе, а второй кинул мне. Я поймала его на лету, чувствуя, как рукоять ложится в ладонь.

— Мы устроим тренировочный бой, — сказал Кай. — Как тогда. Помнишь?

Я помнила, как его рука обхватила мою талию, когда я споткнулась, как Эрон смотрел на нас чернея от ярости. Это было так давно, словно было в другой жизни.

— И в чём же суть сделки? — спросила я, поигрывая мечом.

Кай встал в стойку и улыбнулся.

— Если выиграешь ты, — сказал он, — я рассказываю тебе всю правду. Всё, что знаю. Без утайки, и даю тебе свободу. Ты сможешь делать со своей жизнью всё, что захочешь.

Я поморщилась. Как забавно, как невероятно, чудовищно забавно. Все они — Эрон, Вильям, мать, а теперь и Кай — пытаются продать мне мою же свободу и мою же жизнь. Будто это товар, который принадлежит им, словно я сама не имею на него права. Словно я вещь, которую можно передать из рук в руки. Я усмехнулась.

— А если выиграешь ты? — спросила я.

Кай улыбнулся шире.

— А если выиграю я, — произнёс он медленно, смакуя каждое слово, — то ты станешь моей, и подчинишься мне как новому королю.

Я вспыхнула от этого бесконечного, невыносимого чувства, что все вокруг считают себя вправе распоряжаться мной. Я запрокинула голову и истерично рассмеялась.

— Какой мне прок от твоей сделки?! — выкрикнула я. — Вы все пытаетесь продать мне мою же свободу! Но она не ваша вещь! И мне не нужна твоя лживая правда! И твоей я никогда не стану!

Кай стоял, всё так же улыбаясь, и ждал, пока я выговорюсь.

— Я предъявлю тебе доказательства, принцесса, — сказал он серьезно. — Настоящие доказательства. Не слова, не слухи, не домыслы. Факты.

Я покачала головой. Мои пальцы сжались на рукояти меча.

— Я не верю тебе, — отчеканила я. — И не поверю твоим «доказательствам».

Кай тяжело вздохнул.

— Тогда, — произнёс он, — если выиграешь ты, я позволю тебе отрубить мне голову.

Я расхохоталась. Честное слово, я чуть не подавилась собственным смехом. Он стоял передо мной и предлагал мне свою голову на блюде, как будто это была безделица. Как будто я могла поверить хоть одному его слову.

— Ну да, конечно, — выдохнула я, отсмеявшись. — Позволишь. Так я тебе и поверила.

Но Кай не смеялся. Он отбросил тренировочный меч в сторону — тот упал на траву, и взял со стойки два настоящих клинка. Один меч он оставил себе, а второй кинул мне. Я поймала его обеими руками, чувствуя, как рукоять холодит ладони. Кай встал в стойку. Его тело напряглось, мышцы перекатились под тканью рубашки, и глаза уставились на меня с хищной сосредоточенностью.

— Давай, принцесса, — сказал он, словно приглашая меня на танец. — Это твой шанс.

Я смотрела на меч в своих руках, на его лезвие, на своё отражение в стали. Потом перевела взгляд на Кая. Он стоял и ждал. Несколько мгновений я просто дышала, вдыхала холодный воздух, пахнущий прелыми листьями и близким дождём. Думала, взвешивала, а потом одним резким движением сорвалась с места, занося меч над головой, и бросилась на него.

Я сражалась так, как не сражалась никогда в жизни. Боль, злость и отчаяние, что клокотало во мне, как лава в жерле вулкана, рвалось наружу через каждый удар, каждый выпад, каждый свист клинка, рассекающего воздух. Я вымещала на Кае всё. Всю ту муку, что скопилась во мне за эти недели. Всю ту ненависть, что я испытывала к нему. Я била по его клинку с такой силой, что мои руки гудели от отдачи, и каждый удар отдавался в плечах острой болью, но я не останавливалась.

Кай отбивался, его движения были всё теми же плавными, точными, почти ленивыми. Он парировал мои удары один за другим, уклонялся, уходил в сторону. Он не нападал, только защищался, и это бесило меня ещё больше.

— Дерись со мной! — закричала я, обрушивая на него очередной удар. — Дерись, трус! Хватит притворяться!

Он не ответил, только улыбнулся. Моё дыхание сбивалось, мышцы ныли, но я не сдавалась. И вдруг удача. Мой клинок задел его плечо, не глубоко, но достаточно, чтобы на коже расцвело алое пятно. Кай поморщился, сделал шаг назад и повернул голову, глядя на рану. На одно короткое мгновение его внимание рассеялось. Я застыла и смотрела на его плечо и на его лицо, искажённое лёгкой гримасой боли. Я резко бросилась на него, занося меч, чтобы воспользоваться моментом. Но Кай резко развернулся, и его клинок встретил мой с такой силой, что мой меч отлетел в сторону, а я сама, не удержавшись на ногах, рухнула на землю.

Стража дёрнулась вперёд, их руки легли на рукояти мечей, и я услышала, как один из них спросил:

— Ваше Величество! С вами всё в порядке?

Кай поднял руку, останавливая их.

— Всё хорошо. Отойдите. — Он перевёл взгляд на меня, всё ещё лежащую на земле, и добавил: — Если принцесса Элира ранит меня — с ней ничего не должно случиться. Это приказ. Ясно?

Стражники переглянулись, но подчинились. Они отошли назад. Я лежала на холодной земле, тяжело дыша, и чувствовала, как трава щекочет мою щёку. Меч валялся в нескольких футах от меня, и я потянулась к нему дрожащей рукой. Кай стоял надо мной.

— Продолжим? — спросил он с дружеской насмешкой.

Я схватила меч, вскочила на ноги и снова бросилась на него. Мы снова слились в этом безумном танце, но теперь Кай больше не поддавался, он сражался почти в полную силу. Его удары стали быстрее, жёстче и точнее. Он наступал, а я отступала, чувствуя, как силы покидают меня. Рана на его плече, казалось, только разозлила его, придала ему новой энергии. Его глаза горели азартом, а на губах была невыносимая улыбка.

В какой-то момент мне показалось, что всё кончено. Его клинок мелькнул перед моим лицом так близко, что я почувствовала ветер от лезвия на своей щеке. Я отшатнулась, теряя равновесие, и в этот миг он резким движением выбил меч из моей руки. Оружие отлетело в сторону, кувыркаясь в воздухе, и упало в траву. Я растерянно рванула за ним, но Кай преградил мне путь. Его клинок упёрся мне в шею, холодная сталь коснулась кожи, и я замерла. Кай схватил меня за руку и притянул меня к себе, я оказалась прижатой к его груди. Он наклонился к моему уху и прошептал: