Терять своё место лорда никто не хочет. Ведь это уже насиженный стул. Поэтому они начали продвигать проекты ещё до того, как мы вообще дошли до обсуждения планов на будущее.

Что могу сказать? Меня это только порадовало.

Ретивые служащие полезнее тех, кого приходится постоянно подталкивать, чтобы они хотя бы выполняли свои обязанности. Да, я назвал планету общим домом, но все прекрасно понимают, что за место под солнцем всё равно придётся бороться.

Вот они уже и начали.

Поняв, что совещание затягивается, я вызвал Гришу, Тину и всех тех, кого надо. Часть вопросов касалась их напрямую, а выслушивать всё потом в пересказе — только тратить лишнее время.

Когда открылась дверь, несколько лордов повернули головы.

По Тине и Кате взгляды скользнули почти без задержки. Зато стоило вслед за ними появиться Грише, как люди начали выпрямляться.

Сразу. Мгновенно.

Один убрал со стола локти, другой перестал откидываться на спинку кресла, а мужчина, ещё мгновение назад достаточно громко споривший с соседом, вдруг вспомнил, что можно говорить тише.

Я посмотрел сначала на них, затем на брата.

Гриша спокойно прошёл и встал у меня за спиной, как и все остальные, а лорды между тем продолжали сидеть крайне ровно.

Кажется, они боятся и уважают его здесь заметно сильнее, чем меня… Что он успел натворить на тех переговорах, что им одного его появления хватает…?

Я даже немного пожалел, что до сих пор не посмотрел запись.

Когда совещание наконец закончилось, мы с Мирикой направлялись по дворцовому коридору.

Ученица шла рядом и незаметно оглядывалась. Она старалась не задерживать взгляд на каждой детали, но незнакомое место всё равно вызывало интерес, особенно после того, что девушка успела увидеть за сегодняшний день.

В какой-то момент Мирика вдруг спохватилась. Она остановилась и склонилась, отчего я удивлённо повернулся к ней.

— Учитель, простите моё невежество… Поздравляю вас с тем, что вы теперь император целой планеты.

Я покачал головой.

— Будет тебе. Идём, нас уже ждут.

Мирика выпрямилась, но удивления на её лице стало только больше.

— Ждут…?

— Ага.

Я снова пошёл вперёд, и девушка поспешила следом.

По дороге заметил, что она время от времени делает более глубокий вдох, будто проверяет какое-то ощущение внутри себя, как ранее на корабле. Мирика посмотрела на окна, потом на собственные руки и наконец заговорила:

— Здесь воздух и всё вокруг ощущаются иначе. Словно… чище, чем в моём мире…

— Всё дело в концентрации энергии. Сейчас она примерно втрое выше, чем на твоей планете, поэтому тебе и кажется, что дышать легче. А окажись ты здесь в прежнем состоянии Земли, почувствовала бы обратное. Тебе банально не хватало бы привычной энергетической подпитки. Теперь же ты впитываешь больше силы и, скорее всего, даже расти начнёшь быстрее.

Мирика задумчиво посмотрела на меня и кивнула.

Девушка не стала спрашивать, насколько быстрее. Просто ещё раз прислушалась к себе, после чего продолжила идти, уже понимая причину непривычных ощущений.

Мы дошли до нужной двери. Я взялся сразу за обе ручки и распахнул створки, давая выглядывавшей из-за моего плеча Мирике увидеть то, точнее, тех, кто находится внутри.

Перед нами стояли члены Рода, а также все из тех, кто стал для меня семьёй. Почти все. Здесь нет тех, кто сейчас спит и кто далеко от нас.

Все улыбались, и впереди всех, с широкой улыбкой и с шикарным тортом в руках, стояла Аня. Вика устроилась возле её ноги и смотрела на меня с таким нетерпением, словно именно она придумала весь этот «заговор».

Я перевёл взгляд с дочери на жену и рассмеялся.

— Я же сказал, что мы не будем праздновать этот день…

Аня хитро подмигнула.

— Может, праздновать и не будем… Но поздравить молодого императора обязаны!

На это я с улыбкой шагнул внутрь и заметил, что собравшиеся смотрят мне за плечо. Мирика осталась возле порога, не решаясь последовать дальше.

Я обернулся.

— Заходи.

Ученица немного помедлила, затем всё-таки вошла. Закрыл за ней дверь с помощью энергии, а Аня, продолжая улыбаться, сразу заговорила:

— Мирика. Так ты всё-таки смогла пройти в наш мир?

На лице девушки появилась слабая улыбка.

— Да. Всё благодаря учителю…

Гриша подошёл ближе, с интересом разглядывая её.

— Так это моя соученица…? Привет, я Гриша.

Он протянул руку.

Мирика посмотрела на его ладонь, затем на лицо, и я снова заметил то самое выражение, с которым она разглядывала экран перед нашим прибытием.

Похоже, ученица успела представить Гришу совершенно иначе.

Суровым великим воином, который не улыбается, не смеётся и при каждом удобном случае заставляет правителей и врагов склонять головы.

А сейчас перед ней стоял обычный на вид парень, искренне радовавшийся знакомству.

Мирика пожала его руку, немного растерявшись.

— Мирика…

Я оглядел всех, чувствуя, как внутри становится тепло.

Вот она, моя семья…

Большая, шумная, состоящая из совершенно разных людей, каждый из которых за это время стал мне очень дорог.

Я улыбнулся, на мгновение задержав взгляд на Ане с тортом, затем посмотрел на остальных.

— Спасибо вам. Если бы не каждый из вас, вряд ли я пришёл бы ко всему этому так быстро. Поэтому всё это — ваша заслуга, а не моя. И поздравлять нужно прежде всего вас.

Аяна улыбнулась, но продолжать речь мне не позволила.

— Ладно, ты наверняка и так уже наговорился на совете… Давайте скорее к столу.

Собравшиеся начали расходиться, пропуская нас в глубину гостиной.

Тут стоял большой стол, вокруг которого разместили четыре дивана и восемь кресел. Мест хватало всем, хотя я уже по движениям Вики понял, что дочь собирается не столько выбирать, куда сесть, сколько выяснить, откуда удобнее добираться до торта. И как-то подозрительно уж она облизывается на него…

Мирика продолжала стоять.

Девушка следила за происходящим, будто ещё не решила, какое место ей вообще позволено занять в этой комнате. Я осторожно взял её за локоть и направил к ближайшему дивану.

Только после этого ученица пошла вместе с нами.

Когда Аня поставила торт, выяснилось, что он не один. Их четыре.

Я посмотрел на стол, затем на жён.

По их хитрым взглядам стало понятно, кто именно занимался приготовлением. Да и сами торты при ближайшем рассмотрении немного выдавали создательниц: кое-где узор получился не совсем ровным, украшения отличались размером, а один край крема явно пришлось поправлять уже после завершения работы.

Но я уверен, что мне эти четыре торта понравятся куда больше любых других.

Аня заметила, что я разглядываю результат, и чуть приподняла бровь, ожидая реакции.

Я только улыбнулся ей, а подойдя ближе, поцеловал.

После того как все расселись, Яна решила устроить «мини-представление».

Она подняла руку, и ветер осторожно подхватил торты, приподнимая их над столом. Вика тут же выпрямилась возле Ани, а дочка Вадима и Лены подалась вперёд, не отрывая глаз от зависших сладостей.

Яна спокойно повела пальцами.

Воздушные лезвия разделили торты на порции, после чего каждый кусок плавно отправился к своей тарелке. Ни один не перевернулся, крем не размазался, а последние украшения опустились вместе с порциями так аккуратно, словно их всё это время придерживали руками.

Рты девочек приоткрылись.

Вика посмотрела на приземлившийся перед ней кусок, затем на Яну и первой захлопала в ладоши. Дочка Вадима сразу присоединилась, а через мгновение обе уже смеялись, поглядывая на оставшиеся части тортов в надежде, что представление продолжится.

Яна довольно улыбнулась и опустила остатки обратно на стол.

Похоже, обычное разрезание торта ножом теперь будут считать досадным упущением. Вот так и поднимают планку в семейных застольях. В следующий раз придётся удивлять чем-то совсем иным.