— К сожалению, — произнес я, поднимаясь с бархатного кресла, — в ближайшее время мои планы полностью заняты ремонтом забора, лечением скота и борьбой за урожай.

— Но знакомство ни к чему не обязывает, — тут же попыталась зайти с другого фланга Элеонора.

— Конечно, — кивнул я. — Если выдастся время, которого у меня немного.

Барон Корф кашлянул в кулак.

— Пожалуй, мы пойдем, — я выпрямился, обрывая матримониальные планы хозяйки на корню. — Кстати, господин барон. Я рассчитываю, что сельское хозяйство на нашей ферме в самом скором времени пойдет на лад. Подскажите, что из молочной продукции сейчас больше всего требуется на местном рынке?

Корф, явно обрадовавшись возвращению к деловому и понятному разговору, тоже встал.

— Масло, сыры и топленое молоко, — с готовностью ответил барон, в котором тут же проснулся прагматичный хозяин. — Особенно хорошее сливочное масло в дефиците. Хороший сыр у нас тоже разбирают быстро. Не этот кислый деревенский ком, которым торгуют на ярмарке, а нормальный, выдержанный. Его покупают в городские дома, в трактиры, в монастырские кухни. Да что там рынок, даже я могу у вас скупать по-соседски. Зачем везти в город всё?

— Спасибо, подумаю над вашим предложением, — ответил я.

Корф кивнул:

— Только вот сыр требует времени и человека, который понимает процесс. Масло проще запустить первым. Если у вас появилось бы стадо, начните с масла и топленого молока. Это надежнее.

— А сливки? — спросила Кира.

— Сливки берут, — сказал барон. — Но только свежие. Доставка сложнее. Если ферма господина Артура действительно наладит производство, вам придется решать вопрос с ледником или быстрым подвозом.

— Значит, начнем с масла, — подвел я итог.

Элеонора снова взмахнула веером.

— Вот видите, Валериан? Острый ум.

— Благодарю, — равнодушно ответил я, пропуская Киру вперед к выходу. — Посмотрим, как дела пойдут.

— Мы будем рады видеть вас снова, господин Артур, — сказала Элеонора. — И вашу спутницу, конечно.

Последние слова она добавила с крошечной задержкой.

— Благодарю за прием, — повторил я слова благодарности. — Господин барон. Госпожа баронесса.

Кира коротко поклонилась. Поклон вышел вежливым, но каким-то удивительно колючим. Даже я оценил. У девушки талант.

Я поторопился откланяться, жестом указав Кире на дверь, и мы покинули поместье. Нам обоим было откровенно некогда слушать Элеонору, которая так и норовила навязать мне компанию своей дочери. Как будто у меня был вагон времени! Пора было возвращаться к реальным делам. К нашей ферме.

На крыльце Кира наконец позволила себе тихо фыркнуть.

— Что? — спросил я, спускаясь по ступеням.

— Ничего, господин Артур.

— Госпожа Кира?

— Просто подумала, что Педро одобрит не всякую новую хозяйку.

— Педро вообще мало кого одобряет, — хмыкнул я. — Где ты только его нашла.

— Значит, дочери баронессы сначала придется понравиться Педро? — подумав, добавила. — И Пятачку?

— Боюсь, не каждая барышня будет рада такому знакомству.

Кира прикрыла рот ладонью, но смешок все равно вырвался.

Мы сели верхом и направились обратно. За спиной осталось богатое поместье, горячий чай и новости о беглом Дрессе. О последнем еще нужно побеспокоиться, а то вряд ли озлобленный беглый барон так просто простит мне провал его экспедиционной группы, даже если Роджер соврет про Сердечник.

Поместье Корфов, Большое Луговье

Едва резные дубовые двери гостиной закрылись за Артуром и его спутницей, светская, приторная улыбка мгновенно сползла с лица Элеоноры. Она отложила веер и устало опустилась обратно в кресло.

Барон Валериан Корф повернулся к жене, недоуменно нахмурив брови. — Элеонора, и что это сейчас было? — спросил он, заложив руки за спину.

— О чем ты, дорогой? — баронесса невинно похлопала ресницами.

— О чем я? — Корф возмущенно фыркнул. — Ты только что нашу любимую Машутку, нашу единственную дочь, буквально навязывала господину Артуру! Он ведь даже не спрашивал о ней, это ты сама завела этот нелепый разговор.

Элеонора снисходительно вздохнула, посмотрев на мужа как на неразумное дитя.

— Ну ты же сам всё прекрасно понимаешь, мой дорогой, — ее голос утратил наигранную легкость и стал по-деловому жестким. — Сейчас Дресс ушел в подполье. Его владения по сути остались на сыне, но они находятся на грани полного краха. Дворянский суд Империи суров — он наказывает не только провинившегося главу, но и весь его род.

Она подалась вперед, опираясь локтями о подлокотники. — Когда Дрессы окончательно падут, нам нужно будет быстро и жестко разобраться с остатками их земель и влияния. И это явно выльется в открытые боевые столкновения. Другие дворяне тоже не упустят своего и накинутся на этот кусок пирога. Тот же Рокотов, например, спит и видит, как бы захапать чужое. Нам понадобятся союзники. Сильные союзники.

— Ну и при чем тут Горд? — барон скептически покачал головой. — Опасный и сильный, да, я видел, как он дерётся. Но молодой человек — просто фермер. Да, с титулом, но у него нет людей, нет бойцов! На самом деле, вряд ли его сейчас волнует хоть что-то, кроме своих коров и заготовки масла на продажу.

— И в этом состоит наша главная задача — заинтересовать его в том, чтобы сражаться за нас, — отрезала Элеонора. — Валериан, вспомни, как он разделал того мутанта-мертвяка в лесу! Это же не просто фермер, это настоящий, первоклассный боец. Воин. Господин Артур невероятно меткий, пугающе быстрый и сильный. А здесь, на границе Серой зоны, важна именно личная сила и скорость. Именно такой наследник и зять тебе нужен! С его клинком и нашей хваткой он помог бы роду Корфов стать самым влиятельным во всем Большом Луговье.

Корф замолчал, задумчиво потирая подбородок. Логика в словах жены, безусловно, была. В этих диких краях один боец уровня Артура порой стоил целого отряда стражников.

Видя, что муж колеблется, Элеонора подлила масла в огонь: — И не забывай еще одну деталь: Артур является врагом Дрессов. Ведь это именно он настоял на том, чтобы ты помог перевезти графиню Викторию Норд в столицу. Главный герой всей этой спасательной операции. И Горд прекрасно понимает, что Дресс ему этого никогда не простит. Как не простит и гибель своих людей. Горд, как никто другой, заинтересован в том, чтобы Дрессы не выжили и не отомстили ему за этот побег.

— Звучит складно, — Корф медленно прошелся по ковру. — Но, как я вижу, он слишком уж хорошо относится к своей спутнице. К госпоже Кире.

Элеонора пренебрежительно отмахнулась, словно отгоняя назойливую муху. — Она не благородная. Обычная простолюдинка, пусть и смазливая. Когда мы предложим ему «конфетку послаще» — законный брак с титулованной наследницей, солидное приданое и поддержку сильного рода, — он, конечно же, согласится. Куда он денется? Горд не дурак. Общий опасный секрет — то, что вы оба соучастники побега графини, — и общий враг в лице барона Дресса сделают нас отличными родственниками.

Я сладко потянулся в кровати, разминая расслабленные мышцы. Едва рассвело, первые лучи только-только пробили серость за окном, а я уже был на ногах.

Первым делом, конечно же, вышел проверить поля. Рожь отлично легла в землю, надежно укоренившись. Магия Нордов от спрятанного Сердечника струилась по капиллярам почвы, и это чувствовалось даже без магического зрения — земля словно дышала силой. Всё шло просто замечательно.

Мне, признаться, нетерпелось отправиться обратно в монастырь за своими батраками-архитекторами, чтобы развернуть тут полномасштабную стройку. Но здравый смысл подсказывал, что торопиться не стоит. Барон Дресс сейчас загнан в угол, а такие крысы всегда кусаются. Ему просто необходимо на ком-то выместить злость за свой грандиозный провал, а я на эту роль подхожу идеально. Так что пока придется посидеть здесь, посторожить ферму и быть готовым к любым гостям.