— Обязательно помажу, — пробормотал Лис и бочком-бочком ретировался по коридору.

Мы с Гордеем проводили его взглядами, и, когда он скрылся, синхронно заржали.

Оно и понятно. Полковник Завьялов, получив инфу о сделке, наверняка поднял по тревоге оперов, пригнал спецназ в Домодедово и полночи морозил людей в пустых заброшенных ангарах, ожидая контрабандистов. А когда понял, что его водили за нос, отыгрался на информаторе. Вызвал Лиса на ковер и популярно объяснил, что бывает за хреновую агентурную работу.

Никто в ИСБ не знал, что в недрах моей базы, в надежно закрытой оружейке, Степан Борозда и мои командиры с благоговением распаковывали десять комплектов новенькой брони.

Пока еще было рано переводить Лиса на свою сторону или вскрывать карты. Он нам еще пригодится. Дезинформация — страшное оружие.

Эти доспехи нам очень пригодятся. Если пошла конфронтация с Долгополым, то это может вылиться в нехилую такую заварушку. И если мы выиграем Дуэль, то вряд ли наша неприязнь закончится так просто!

Глава 8

Командные дуэли. Что это вообще за херня такая?

Если честно, в прошлой жизни ведаря я с подобным дерьмом не сталкивался. Там всё было проще: есть оборотень, есть серебро, есть твой личный навык выживания. Из дуэли выходил только один… Та или иная сторона одерживала верх с переменным успехом.

А здесь, в мире аристократов и магии, всё обставлялось с таким пафосом, что хоть святых выноси.

В истории этого мира командные дуэли практиковались не первый год и даже не первый век. Изначально я, со своим циничным багажом из другой реальности, думал, что это будет похоже на обычную «стрелку» из девяностых. Ну, знаете, как бывало: встречаются две группировки где-нибудь на пустыре или за гаражами, перетирают, кто на районе смотрящий. Если согласие не достигнуто, то достают арматуру, стволы и начинают месить друг друга до победного финала.

Но я категорически ошибся.

Информации у меня было немного. А почему? А потому, что раньше мне этот аристократический мордобой был до лампочки. Но теперь, когда на кону стояла моя репутация, и возможность легально опустить Глеба Долгополого ниже плинтуса, пришлось заняться теорией.

Именно поэтому вечером, запершись в одной из пустых аудиторий Академии, мы собрались нашей ударной тройкой: я, Мишка Морозов и Мизуки Сато. Мишка приволок целый пакет вредной дряни и газировки, Мизуки заварила в термосе свой любимый зеленый чай, а я раздобыл диск с записями прошлых дуэлей. Нам нужно было понять, что это за хреновина и с чем её едят.

— Ну, что у нас знает про Командные Дуэли наш старший научный сотрудник? — посмотрел я на Михаила прежде, чем вставить диск в проигрыватель.

— А чего там знать-то? Во-первых, команда состоит из трёх бойцов. Ни больше, ни меньше. Это не базарная драка, где можно подмогу вызвать. Твоя троица выступит против троицы Глеба и на этом всё. На арену выходят только шесть человек, остальные находятся за линией.

— Трое на трое, понял. А что, задача — просто перебить друг друга?

— Вот тут-то и собака зарыта, — Михаил усмехнулся и загнул второй палец. — Во-вторых, в академической Командной Дуэли нет никакого «месить до победного». В Командной Дуэли главное — добыть Приз. Про приз объявляют заранее. Это может быть артефакт, может быть и родовой перстень, да всё что угодно. Приз находится там, где его оставляет учредитель. В нашем случае Старостин. Побеждает в испытании та команда, которая первой схватит эту штуку и доставит на точку отсчёта.

— То есть, можно просто рвануть и выхватить?

— Можно. Но есть шанс, что тебе наваляют по дороге. — Михаил загнул третий палец. — В-третьих Времени даётся на каждую попытку двадцать минут. Каждые две минуты звучит колокол. Как прозвенит последний удар, то всё, испытание заканчивается. Оценивается положение членов команды по отношению к призу и тот, кто окажется ближе, будет считаться победителем!

— А если я противнику ногу сломаю, а приз не возьму?

— Будешь считаться проигравшим, если другой противник успеет первым. Ранение и переломы тут не самоцель, Елисей! — Михаил поднял палец, предупреждая мой следующий вопрос. — В-четвёртых, оружие и техники оговариваются заранее. За этим следят трое независимых распорядителей, они же и секунданты. Причём от каждого рода по одному, плюс один нейтральный. Если кто читерит, то команду ждёт дисквалификация и позор на долгие годы.

— Удружили… — я покачал головой. — И что, совсем никакой грязи? Нельзя нож в сапоге спрятать?

— Можно, но если найдут нож, а он не будет указан в правилах, то настучат по заднице. В лучшем случае. Но знаешь, что самое интересное?

— Что же?

— Пятое правило. Во время дуэли запрещено трогать секундантов и зрителей. Даже если тебя оскорбят и сделают это последними словами. Ты не сможешь ударить в ответ! За этим следят магические барьеры! — Михаил усмехнулся. — Это может выбить члена команды из колеи, поэтому оскорбления официально разрешены, как психологический фактор. И не слушать эти вопли, пожалуй, будет самым трудным изо всех испытаний.

— Да справимся, как-нибудь, — отмахнулся я. — Когда собаки лают, то караван всё равно продолжает своё движение.

— Ну да, ну да, — кивнул он в ответ.

Я вставил диск в проигрыватель проектора. Над столом вспыхнула объемная, слегка зернистая голограмма.

Запись семилетней давности. Наша родная Академия с Ристалищем Чести.

— Жуй тише, — бросил я Мишке, который слишком активно хрустел чипсами. — А также смотри и запоминай.

Голограмма развернулась во всей красе.

Арена на записи перестала быть плоским кругом утоптанного песка. Прямо на глазах собравшейся публики из земли выросли гигантские скалистые пики. Острые, неровные, они тянулись к самому энергетическому куполу арены, образуя настоящий горный лабиринт. В центре, на самой высокой скале, на узком уступе, тускло блестела золотом небольшая статуэтка. Я её приблизил.

— Ника, — тихо произнесла Мизуки, не мигая глядя на проекцию. — Богиня победы.

— Ага, — кивнул я. — Значит, задание было таким: взобраться на эту верхотуру, забрать куклу и спуститься вниз. При этом постараться не потерять ни одного члена команды.

Две тройки бойцов стояли на противоположных концах искусственного ущелья. Все шестеро закованы в мобильные доспехи. Различных расцветок и видов. Отличались команды также яркими повязками на правых руках: Жёлтые против Красных.

Раздался сигнал гонга.

Жёлтые рванули с места так, словно им под хвост скипидара плеснули.

Я даже подался вперед, опершись локтями о стол. В доспехах они двигались с невероятной быстротой. Словно стая макак, нажравшихся озверина. Они не побежали по низу, а сходу начали запрыгивать на отвесные скалы.

Их лидер, маг Воздуха, начал орудовать своей стихией. Он создавал под ногами товарищей плотные воздушные подушки, от которых те отталкивались, преодолевая гравитацию и вес брони. Второй, маг Земли, на ходу вытягивал из скал небольшие каменные карнизы — ровно такие, чтобы на долю секунды поставить ногу и прыгнуть дальше.

Они перелетали с пика на пик, перескакивая пропасти, и это зрелище завораживало.

— Лихо идут, — прочавкал Мишка, забыв про чипсы. — А эти чего тупят?

Красные повязки и правда замешкались. Они стояли внизу, не спеша карабкаться. И только когда Жёлтые преодолели треть пути, я понял, почему Красные не торопились. Они готовили ловушку.

Один из Красных, здоровенный бугай, опустился на одно колено и всадил перчатки в основание скалы. Его живица полыхнула так ярко, что проекция на секунду пошла помехами.

И тут начался полный трендец.

Камень под ногами и руками Жёлтой команды вдруг изменил свои свойства. Скалы перестали быть твердыми. Они начали изгибаться, пружинить и вибрировать, словно были сделаны из тугой резины!

Один из Жёлтых, прыгнувший на очередной уступ, с размаху впечатался в камень. Вместо того чтобы зацепиться пальцами доспеха за край, он отскочил от него, как мячик от батута. Второй Жёлтый тоже ударился о край. Камень прогнулся внутрь и с силой выплюнул бойца обратно в пропасть.