Она откашлялась, явно понимая, что лучше не продолжать.

— А что с ним не так? — мне уже порядком надоело слушать про попытки Агапова наладить свою сексуальную жизнь. Лучше уж в работу погрузиться.

— Да на нём уже лет десять врача не было, — с наслаждением ответила она. — Потому что это жопа, а не участок. Маргиналы одни, наркоманы, сидевшие, алкоголики. Это первая половина. Вторая половина — пенсионеры. Запущенные, у которых хронических заболеваний больше, чем в тебе жира. И документацию по этому участку не вели всё это время. Вот паспорт есть, а что там по спискам населения, кто умер, кто переехал, кто родил — никто не знает.

Теперь стало понятно, в чём заключалось «наказание» главного врача. Спихнул на меня самый заброшенный участок в надежде, что я с ним не справлюсь. Ещё и без медсестры.

Что ж, он не знаком с Александром Велесовым.

— Спасибо за документы, — сказал я курносой. — Я разберусь.

— Ну-ну, — она снова подозрительно прищурилась. — Учти, на меня твои фокусы не действуют. Кстати, не забывай осмотры в карты вносить, да и в программу тоже. А то остальные потом злятся, что непонятно, был у тебя человек или нет.

Гордо развернулась и вышла из кабинета. А вместо неё тут же заглянула пожилая женщина лет семидесяти.

— Доктор, к вам можно? — просипела она.

— Через пять минут позову, — кивнул ей я.

Пришло время начинать мой первый приём в новом мире. На самом деле очень важный момент. Я был рад, что смог переродиться именно в теле врача. Ведь лечить людей мне всегда нравилось, и я считал это своим призванием.

Тем более в этом мире магии не было, а значит, используя свою прану, я смогу добиться небывалых высот. Конечно, если смогу её восстановить, что тоже весьма непросто.

Я ещё раз проверил свой магический центр. Искра была, конечно, жалкой. Не дотягивала и до первого уровня владения магией — до «сенсора». И её предстояло развивать и развивать.

Но это уже что-то. Как минимум буду регулярно её тренировать, незаметно воздействуя на организмы других людей. Это почти не будет давать эффекта, но всё всегда начинается с малого.

Положил все документы на пустующий стол медсестры и снова расположился за своим. Так, курносая говорила про осмотры в компьютере.

Было бы проще, если бы я хотя бы знал, как включается эта машина. Так, быстро поискал в телефоне, как включить компьютер. Нашёл нужную кнопку.

Экран вскоре загорелся, и я увидел кучу значков с разными подписями. Маленькие картинки с надписями под ними. «Мой компьютер», «Корзина», «Яндекс браузер», «МИС». В углу значилась дата и время и панель с ещё одной порцией значков.

Я попробовал дотронуться до экрана пальцем, проводя аналогию с телефоном. Но экран так не работал.

Нашёл под экраном небольшое устройство с двумя кнопками. Подвигал его — и на экране поползла в сторону маленькая белая стрелочка. Так, принцип мне ясен.

Навёл эту стрелочку на значок «МИС», и под ним появилась подсказка «Медицинская информационная система». Значит, это значок для работы с пациентами, логично.

Путём нескольких ошибок мне удалось открыть этот значок. Программу, как в телефоне. И вылезло окошко «Логин и пароль».

Стать лейб-целителем в Российской империи проще, чем разобраться в этом компьютере.

На самом мониторе была приклеена бумажка «Позвонить Геннадию!!!», но никаких подсказок по логину или паролю не было.

Ладно, сначала приём, потом компьютер. И так уже люди заждались там. Пока что буду вести записи от руки, ничего страшного.

Я выглянул в коридор, где уже сидели несколько человек, и позвал первую пациентку.

Пожилая женщина медленно вошла внутрь. Она была одета в свитер и длинную коричневую юбку, на ногах были полиэтиленовые мешки синего цвета.

— Присаживайтесь, — указал я на кушетку. — Слушаю вас.

— Мне нужно к кардиологу, — заявила та. — В регистратуре сказали, что сначала надо терапевту показаться. Вот, показалась. Дайте мне направление.

Вот так вот с ходу. Ну и напор у бабуськи, прёт как боевой маг.

По правилам запись к «узким» врачам, как их тут называли, и правда осуществлялась только после терапевта. Это было логично, врач всего лишь изучает вопрос, и если надо — уже отправляет к другим врачам. А если может сам справиться — то справляется.

— Для начала назовите свою фамилию, — я добавил в голос строгости.

— Васильева Антонина Петровна, — отозвалась она. — Не тратьте время, доктор. Мне от вас, кроме направления, ничего не нужно.

— Я не могу дать вам направление без осмотра, — строго сказал я. — Что вас беспокоит, зачем вам кардиолог?

Антонина Петровна поджала губы.

— Давление, — нехотя сказала она. — Высокое, надоело уже. Каждый день скорую вызывать приходится, чтобы сбивали.

— Что-то принимаете от давления на постоянной основе? — в этом мире лечили препаратами, так что вопрос был вполне логичным.

Женщина покопалась в своей старенькой сумке и достала оттуда помятую картонную коробку.

— Вот, — подвинула она мне.

«Эналаприл, десять миллиграмм» было написано на коробке.

— Это всё? — уточнил я.

— Всё, — кивнула она. — Больше мне ничего не назначали.

— А давление каждый день мерите? — спросил я.

— Каждый, — легко кивнула та. — У меня тонометр дома. Сто шестьдесят на девяносто почти постоянно показывает.

Я кивнул и записал себе на отдельный лист бумаги. Карточку Васильевой найти не удалось, а записи где-то делать было надо.

— Так, давайте измерим давление, — заявил я, открывая второй ящик стола. Видел, что Саня хранил там своё медицинское оборудование. Тонометр, фонендоскоп.

Похожее оборудование было и в моём мире, только работало в основном на пране. Но я уже успел разобраться, как пользоваться этими приборами, пока лежал в больнице.

Антонина Петровна нахмурилась.

— Это ещё зачем? — спросила она. — Просто дайте мне направление к кардиологу. Вы всё равно ничего не сделаете.

— С чего вдруг такие выводы? — удивился я.

— Доктор, не притворяйтесь, — вздохнула та. — Вы Валькину внучку чуть не убили. Девке замуж ещё выходить, а она кровью харкала лежала.

Ну конечно. Маленький город, и сплетни разносятся быстро. Особенно такие негативные.

— Во-первых, ситуации с другими пациентами вас не касаются, — строго сказал я. — Во-вторых, в подобных ситуациях глупо винить одного врача. Играет роль целый ряд факторов.

Конкретно в той ситуации фактор был один — безалаберность Сани. Но сказать так — окончательно похоронить врачебный авторитет. Моей же задачей было его восстановить.

— Мне неважно, доктор, — стояла на своём Антонина Петровна. — Мне от вас нужно только направление получить. Так что выдайте мне его, и я пойду.

Переубеждать пожилых людей бывает очень непросто. Но у меня выбора нет, надо попробовать.

— Антонина Петровна, талон к кардиологу может быть через две недели, — заявил я. — Смысл вам мучиться, если я могу и сам разобраться в вашей проблеме. Подкорректирую вам препараты, добавлю новые. Если мои дозировки не станут вам помогать — тогда уже поговорим о кардиологе.

— Ладно, — хмуро кивнула она. — Давайте попробуем, чтобы правда времени зря не терять.

Она всё-таки позволила себя осмотреть. Давление оказалось сто семьдесят на девяносто пять. Воспользовался искрой праны, чтобы понизить его. Понизил на пять единиц, больше не смог. И наверняка это самое большее, что я смогу сделать за этот день, пока искра не восстановится.

После осмотра я принялся за расписывание лечения. Повысил дозировку Эналаприла до двадцати миллиграмм, добавил вечером Амлодипин пять миллиграмм. Расписал подробно схему приёма.

По-хорошему ей бы ещё анализы сдать. Посмотреть кровь, электрокардиограмму. Всё то, что в моём мире можно было сделать, просто взглянув на пациента.

Но пока что я не разобрался, как это делается. Поэтому начнём с изменения дозировок. Я выписывал всё, как по учебнику, поэтому в правильности не сомневался. Да и диагноз старушки был очевиден.