Когда танец закончился, Ежжи убавил громкость, и на середину поляны вышел Борисыч.

— Так, молодёжь! — гаркнул он. — Плясать мы можем до утра, а пока давайте прервёмся и преподнесём молодым подарки!

Кира притащила два необъятных пакета.

— Тут куча платьишек, юбок и всякого разного, — улыбнулась она вручая подарок Вале. — Тебе теперь нужен гардероб, а косметику пусть муж покупает, я тебя позже научу как ею пользоваться.

Валька с благодарностью приняла дар, а следом подошел Ержан и вручил футболку с Юрой Хоем.

— Саня, эт тебе. Самое ценное, что у меня есть, — пробасил он. — Носи. Да хранит Хой вашу семью.

Гости загоготали, а растроганный панк полез обниматься. Благо он уменьшил иглы, только поэтому никто и не пострадал. Следом пошел дарить дары Борр. Пыхтя он подтащил ящик с мутными бутылями блестящими на солнышке.

— Эт вам! Грибовуха! Коллекционная! — объявил он, раздуваясь от важности. — Можно сказать от сердца отрываю.

Саня улыбнулся и указал кошаку на ящик. Тот послушно лёг сверху, намекая что порвёт глотку любому, кто позарится на это пойло.

Настал наш черёд. Даша вручила Вальке кожаный фотоальбом.

— Сюда поместится весь ваш медовый месяц, — произнесла она с гордостью. — Ты же собираешься устроить жене в медовый месяц?

Даша хитро прищурилась уставившись на Саню, а тому ничего не оставалось кроме как вздохнуть:

— Видимо у меня нет выбора.

Валька просияла и, подхватив альбом, тут же потребовала первое семейное фото. Даша щёлкнула парочку на фоне флажков, и снимок удался: жених, невеста, а под ногами облезлый кот, у которого почему-то не было четырёх глаз, обычный дворовый котяра. Странно что его вообще камера запечатлела, видать из-за зачарования Варьки и эта скотина обрела физическое воплощение.

Нас уже начали оттеснять гости, но я устоял и вынул из инвентаря плоский футляр с гребнем внутри.

— Вот, это невесте красавице, — улыбнулся я вручая футляр. — Даёт плюс три к духу, но при желании можно использовать как пилку по металлу.

Услышав это Саня заржал, а Валька немедленно воткнула гребень в огненную шевелюру и завертелась, в ожидании комплиментов от мужа, но тут нас отогнал Борисыч и рявкнул:

— Настало время дарить лучший подарок из всех!

Он всучил Сане трёхлитровую банку, в которой плескалась мутная речная вода и гости озадаченно притихли.

— Это чё, такое рассол на опохмел? — послышался голос Борра.

— Сам ты рассол, — обиженно буркнул Борисыч и повернулся к виновнице торжества. — Вода из затона, в котором ты спасла нашего дурня. Я решил что будет символично если эта история закончится там же где и началась.

— Свали баран старый! Совсем за языком не следишь! — Выпалила Кира, схватила Борисыча за рукав и оттащила в сторону от молодоженов начав того отчитывать.

Валька же посмотрела на воду в банке, они с Саней улыбнулись и взялись с заруки продолжив принимать подарки. Последнее что я услышал из разговора Киры и Борисыча «Нихрена вы не понимаете, соплячьё.».

— Ну чё? — перехватил бразды правления свадьбой Борр. — Потанцевали, поздравили. А жрать-то когда будем?

— Когда шашлыки пожарим, тогда и будем, — буркнул Ежжи, выбрался из-за пульта и скинул косуху посмотрев на меня. — Димон, вон вёдра с мясом. Выплёскивай их прямо мне на спину.

Я посмотрел на четыре двадцатилитровых ведра с шашлыком, а после на спину панка который хвалился что панки грязи не боятся и спросил:

— Ты чё? Гонишь?

— Да я помылся, не боись, — отмахнулся Ежжи и встал поудобнее. — Всё нормально будет.

Пока я соображал как поласковее послать его нахрен, к вёдрам подошёл Борисыч и одно за другим выплеснул их на ежа вместе с маринадом. Мясо гроздьями повисло на иглах и Борисыч принялся обламывать их укладывая на мангал где уже белели угли.

— Мы сто раз уже так делали, — буркнул Борисыч, заметив моё осуждение.

— Ага, — подтвердил Ежжи. — Экономит кучу времени. Ты прикинь, сколько бы мы это добро на шампуры насаживали? А тут раз, и готово!

— Психи, — вздохнула Даша закатив глаза и пошла общаться с Валькой.

Я же остался у мангала и стал наблюдать за Борром. Боровичок каждые полминуты дёргал Ержана за штанину осыпая вопросами:

— Готово? А сейчас? А вот сейчас? А когда будет готово? Может хватит? Сожжешь ведь или нет?

— Если я услышу хоть один вопрос, то пристрою тебя рядом с мясом, жариться, — пригрозил Ежжи, переворачивая колючие шампуры.

— Меня не надо! — Борр отскочил на безопасное расстояние. — А вот шампиньоны можешь пожарить.

Боровичок прижал ладошку к сухой хвое, и из-под неё рядами полезли крепкие белые шляпки. Пара мгновений, и у жаровни выросла целая грибная поляна.

— Вот это дело! — обрадовался Ежжи. — Голодными точно не останемся!

Пока мясо жарилось, Даша с Кирой настрогали два тазика салатов, а Борр воспользовался моментом, стащил шампур, спрятался за домиком как крыса и стал жрать. Гости наливали коньяк стопку за стопкой, говорили тосты, поздравляли Саню с Валькой, а когда шашлык наконец пожарился, разбились на компании и стали уплетать угощение за обе щеки. Правда к тому моменту все изрядно захмелели.

Ещё и Борисыч с хитрющей физиономией подошел к нам со стопками от которых за километр разило грибовухой:

— Ну давайте, за молодых! Чтоб жилось богато, а штормило вас только от счастья. Семь футов под килем! — Он стал раздавать стопки. — Саня тебе, Ежжи, Борр, Димон.

Все потянулись чокаться, а я стопку брать не стал.

— Я это пить не буду, — отрезал я. — Есть что-то другое? Сань, ты кажется про коньячок говорил?

— Ты чё? Не хочешь за здоровье молодых пить? — набычился Борисыч. — Зла им желаешь что ли?

— Манипулятор старый. — Рыкнул я забирая стопку из его рук. — Уверен что ещё пожалею об этом, — вздохнув я чокнулся и выпил.

Пойло обожгло нёбо и горячим комком ухнуло в желудок. Сосны резко качнулись и вернулись на место… На этом всё. Ни провалов в памяти, ни внезапных танцев на столе. Это как так? Прокачанная живучесть спасла меня или Борр и правда довёл до ума формулу? Ещё и послевкусие такое, сливочное. А ничего так грибовуха, хорошо пошла.

Мы бахнули ещё по стопочке и застолье плавно перетекло в конкурсную часть. Выяснилось, что Борисыч тамада от бога. Разве что поклонялся он богу смерти…

Стартовали с перетягивания каната: вся мужская половина праздника минуты две пыхтела против него одного, пока на команде «три» Борисыч не сделался бестелесным. Канат прошёл сквозь него, а упряжка соперников полетела кубарем под общий хохот. Как проигравший он всадил бутылку коньяка в одно рыло.

После стартовала викторина по биографии жениха, где за верный ответ наливали стопку, а за ошибку заставляли выпить полбутылки коньяка. Один мужик отказался пить, так Борисыч его заломал и влил янтарную жижу насильно.

К вечеру, почти все гости были пьяны в кашу. Одни отбыли домой на такси, другие спали мордами в салате. Я же чувствовал себя на удивление бодро и даже пытался танцевать.

Санёк с Валькой всё это время не отлипали друг от друга. Валька, дорвавшись до голоса, щебетала без остановки. Видимо пыталась наверстать все те годы которые она была лишена возможности разговаривать. Саня слушал её, подперев щёку кулаком, и не переставал лыбиться. Кстати, Саня единственный на свадьбе, кого Борисыч не пытался угробить конскими дозами алкоголя.

Когда окончательно стемнело, Саня вышвырнул из инвентаря на берег здоровенную батарею салютов и подпалил её. Первый залп ушёл в небо с таким свистом, что речные девы в ужасе сиганули в воду и уплыли домой.

Над соснами распустился золотой шар, за ним алый, и все дружно заорали «ура». Валька ахала от восторга, Дон внизу вспыхивал отражениями, а я глазел в небо и думал, что вечер удался. Рядом друзья, любимая девушка, прожорливый боровичок и салют. Что ещё для счастья нужно?