— Мультик? — Борислав нахмурился. — Неважно. Важно то, что обратный портал откроется только через год. А может, и не откроется. Никто точно не знает. В прошлый раз из портала выпал самовар. Мы его так и не смогли отправить обратно. Он стоит у меня в кабинете, греет воду.

Мила оглянулась. В углу действительно стоял самовар, начищенный до блеска, и довольно пыхтел.

— То есть я застряла здесь на год? — уточнила она.

— Или навсегда. Но давайте оптимистично — на год.

— А чем я буду жить? Есть у меня деньги? Здесь чтов ходу? Рубли, евро?

— У нас рубли, но магические. С вашим... отсутствием магии вы не сможете их заработать честным путём. Придётся либо идти в прислуги, либо...

Он замялся. Мила насторожилась.

— Либо что?

Борислав посмотрел на неё долгим взглядом. Так смотрят на единственный выход из сложной ситуации, который одновременно является входом в ситуацию ещё более сложную.

— У меня есть сын, — сказал он. — Радомир. Пять лет. Он... особенный.

— В каком смысле? — спросила Мила, уже чувствуя подвох.

— В том смысле, что он маг. Очень сильный. И очень... нестабильный. Последняя няня уволилась сегодня утром. Сказала, что лучше пойдёт в лес к медведям, там безопаснее. До неё было ещё шесть. Все живы, но некоторые до сих пор вздрагивают при виде детских игрушек.

Мила поставила кружку.

— Вы предлагаете мне работать няней у ребёнка-мага?

— Воспитательницей, — поправил Борислав. — В городе есть казённый дом призрения для одарённых отроков. Фактически — детский сад для магически одарённых детей, от которых отказались родители, или, как в моём случае, с которыми не могут справиться. Там работают опытные маги, но... последняя воспитательница продержалась три дня.

— А почему она ушла?

— Её превратили в жабу. Ненадолго, на час, но осадочек остался, как она выразилась. — Борислав вздохнул. — Платить будут золотом. Жить можно при садике. Еда, кров, защита. А вы... вы не маг. Возможно, дети на вас не среагируют. Магия на вас не действует? Вы вообще что-нибудь чувствуете?

Мила прислушалась к себе.

— Чувствую, что хочу спать и есть. И что вино выветрилось. К сожалению. А так — нет, ничего особенного.

— Это хорошо. На вас, возможно, не сработают детские магические выбросы. Вы как... громоотвод, только для шалостей. — Борислав встал. — Решайтесь. Других вариантов у вас всё равно нет, если только вы не хотите зимой в лес к медведям.

Мила представила лес, медведей и свою тонкую куртку. Потом представила детский сад, но с магией. Потом вспомнила, что в её прежнем мире дети тоже умели превращать жизнь воспитателя в ад, просто без спецэффектов.

— А зарплата правда золотом? — уточнила она.

— Правда.

— И жильё?

— Отдельная комната. С печкой.

— И дети... они просто дети?

— Самые обычные, — соврал Борислав таким тоном, что Мила сразу поняла: не обычные. Ни разу.

Но выбора действительно не было.

— Я согласна, — сказала Мила. — Хуже уже не будет.

Она ошиблась. Но об этом позже.

Глава 2

Детский сад для одарённых отроков находился на окраине Белозерска, прямо за кузницей и рядом с кладбищем. «Чтобы дети никого случайно не покалечили», — пояснил провожатый стражник и тут же ушёл, бормоча что-то про срочные дела в другом городе.

Здание было мрачным. Каменным. С решётками на окнах, которые, как выяснилось позже, были не только снаружи, но и изнутри — чтобы дети не сбежали и не устроили апокалипсис. Вокруг простирался пустырь с выжженной травой, и только у входа сиротливо торчал кустик, который, судя по всему, был заколдованным и не горел только из принципа.

Мила толкнула тяжёлую дверь и вошла.

Внутри пахло щами, серой и ещё чем-то сладким, подгоревшим. Из глубины коридора доносился детский смех, который внезапно обрывался и сменялся звуками, похожими на взрывы маленьких петард.

— Есть кто живой? — крикнула Мила.

— Для кого живой, а для кого и очень даже! — раздалось откуда-то слева, и из-за угла выкатилась... печка. Настоящая русская печь, на ножках, с трубой и заслонкой. На печи восседала старуха в платке и с такой длинной метлой, что ей можно было подметать небо.

— Ты, что ль, новая воспитательница? — старуха спрыгнула с печи с ловкостью, неожиданной для её возраста. Печка при этом фыркнула и остановилась. — Я — Баба Ягиня. Здесь за всем приглядываю. За детьми, за порядком, за печкой вот этой. Моя, между прочим, личная. На магическом ходу, между прочим. Дрова не жрёт, на энергии работает. Экологично, между прочим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.