С Дельгадо у нас забавные отношения. Она пытается мною командовать, и даже не скрывает этого, а я не поддаюсь. От этого Габи злится, все пытается показать свою силу, и меня наказать, но на Арене победить меня не может. То есть, у нас примерно равные силы, и никакого преимущества она не получает. Злится, от этого становится еще красивее. Ещё один случай. Позавчера ко мне подошли две девчонки с просьбой помочь. Помог. Вчера одну из них Габриэла отправила на больничную койку, а на другую смотрит с кровожадным предвкушением. Собака на сене, так она всех девиц от меня распугает. Мартин покровительственно усмехается – его не было всю ночь; где пропадал – только на Ирэн стоит посмотреть. Ну и ладно, сладкая парочка... А схожу-ка я по злачным местам Капитолия, окунусь в пучину разврата... Не по борделям, конечно, но тут достаточно вполне приличных клубов и дискотек. Хватит, а то что-то я зациклился на производственных вопросах. Вот в пятницу и пойду.
Конечно, сразу не получилось. В пятницу, когда я уже почти собрался, дозвонилась Мария. Трезвая и собранная. Пришлось откладывать все, и начать задавать вопросы.
– Гусеницы? – Мария фыркнула. – Да знаю, конечно. Доминик, а ты знаешь их ресурс? Точнее, ресурс гусеничной техники? Да ещё и в боевой обстановке? Часы, если не минуты.
– А сколько продержится в бою бронеход? Если в него прилетит с десяток снарядов?
– Да уж подольше, поверь. Ты просто не представляешь, на что способен Имперский Бронеход. На чем твоя сестра учится?
– 2/3-6. Вроде бы так.
– Это старье ещё где-то осталось? Наверное, учебная версия, не иначе.
– Ева от него в восторге.
– Ну да, наверное. Я тоже от своего первого была в восторге. Пока не пришла в Легион. Вот там бронеходы – да!
– И чем здоровенная дура, в несколько метров высотой, которая передвигается на двух конечностях, лучше низкого, незаметного бронированного транспорта? Одно попадание в ногу – и свалится ваш бронеход.
– А ты хоть знаешь, что означают цифры в бронеходе? Вот возьмём ту древность, на чем твоя сестра учится, – разволновалась Мария. – 2 – это число операторов управления. Она у тебя второй, так? Первый оператор – это водитель. Выбирает, куда бежать. Второй – Ева – отвечает за силовую установку. На бронеходы, чтоб ты знал, не двигатели ставят, а биомеханические мускулы. Знаешь, что последние модели прыгать на десять метров могут? А скорость бега больше тридцати километров в час! Первый оператор – это "живчик", он с техникой "сливается". Она поле боя видит не только своими глазами, но и через следящие кристаллы, и… неважно. Важно то, что это не просто мертвое железо, а живой организм. Что маневреннее – человек или машина? Понимаешь? То-то! Дальше. 3 – это количество стрелков. Три разрядника, Доминик! Молния бьёт на сотню метров, никакая броня не спасает. Плюс огнестрелы, плюс огромное количество накопителей, которое позволяет выдавать заклинания без оглядки на Источник… нет, тут я вру, конечно, но ты понял.
– А если против бронехода Молнию использовать? Или пушки?
– Не получится! Обшивка из спецкерамики. Разряд не пробьет, только обшивку оплавить сможет. Сколько стволов надо, чтобы попасть в машину, которая петляет как заяц? А добавь к этому щиты, помехи из фантомов и Иллюзий, и всё прочее. На ноги Имперским такие щиты ставят… А если бронеходов будет не один, а два, или три? К тому же, в атаку бронеходы пускают нечасто, – ты прав; подставляться под снаряды за просто так дурочек у нас нет, – разве что прорыв организовать. А вот в обороне они – страшное оружие. Вот 6 – это и есть команда обслуживания и защиты. Ну, или десант, когда на прорыв идём.
– Вас послушать, так у шагающего бронехода и мест слабых нет, – возразил я. – А если на бегу в яму попадет? Нога сломается? Это же самое уязвимое место.
– А вот и нет! – торжествующе ответила де Мендес. – Ноги гнутся в суставах. Максимум – вывих. Поверь, я сама три раза в яму попадала. Африканки любят такие ловушки устраивать. Один раз так тряхнуло, что чуть язык не откусила. Даже если бронеход и упадет, то ничего ему не будет. Нет, будет, конечно, это я уже так... Броню можно повредить, много энергии потратить, чтобы восстановиться, да и под огонь попасть – тоже приятного мало. У нас так во взводе два экипажа было потеряно. Яма, в яме – мина. А место пристреляно заранее было. Шесть стволов, представляешь? Пока добрались – броня вдребезги, нога у бронехода оторвана, горелым мясом на километр воняет! Но из экипажа двое выжило, и из десанта – один.
– Ещё и мины. Как я о них не подумал?
– Знаешь, сколько надо, чтобы миной "копыто" оторвать? Ты не думай, что я хвастаюсь не по делу, Доминик. Но бронеходы – это реально вершина оружейной мысли. Против них только магу уровня Серебряной Лиги нужно выходить, да и то – самоубийство будет.
– Госпожа Кармен – Серебряная.
– Кармен – командир Легиона! Думаешь, она в атаку бегом бегает? Она эти атаки планирует, малыш. И я ни разу не видела, чтобы она нас по дурному в бой бросала. Дорого это.
– Вот! Что стоит африканцам поставить сотню орудий против десятка бронеходов? Железная каланча, открытая всем калибрам... Да вы просто по статистике столько попаданий отхватите... Что?
– Ха-ха! Сотня орудий! Малыш, где ты видел сотню орудий на поле боя? Думаешь, мы одними бронеходами воюем? А Огненных магов ты не забыл? А всех остальных? А простую пехоту с огнестрелом? Да за каждым орудием такая охота идёт! Чтобы бронеход подбить – надо пушку на прямую наводку вывести. Да, она бьёт дальше, чем маг, и урон от снаряда страшный, но чтобы сотня орудий... Ха-ха! В дельте Янцзы мы взводом – а это шесть бронеходов, взломали укрепрайон. Потом там насчитали пятьдесят шесть орудийных стволов разных калибров. Заметь, – стволов! Ни прислуги, ни охраны после нашей атаки не осталось. Выжженная земля, местами в стекло сплавленная. Все перепахано на полметра вглубь. От магов – пара скелетов, а простые солдаты – так вовсе в пыль и кровавый фарш превратились. Я тогда впервые напилась до чёртиков. А ведь мы ни одной машины не потеряли, разве что у первой броня сильно разбита была, а вторая хромала. Но мы ещё дальше могли бы пойти, поверь! Просто пехота от нас отстала, а потом и приказ на возвращение пришел. Ты пойми, Доминик, сейчас не так воюют, как двести лет назад. Думаешь, зачем нам эти конфликты? Нам и Африке? Да нас просто проверяют на крепость, малыш, а мы отвечаем, а заодно и технику новую обкатываем. Африка с нами в технологиях соревноваться не может, все больше количеством магов берут. А маги у них послабее наших будут, это я тебе отвечаю.
– Чего же тогда у вас такая текучка в Легионе? – подозрительно спросил я.
– А ты сам подумай, – грустно ответила Мария. – Один бой на полном слиянии – это как жизнь прожить. Нагрузка на операторов, на стрелков – запредельная. Они же, по сути, собой все эти снаряды отражают, сам же знаешь, как щиты действуют. Многие сами не выдерживают, многих и списывают. Риск перегореть – огромный. Кстати, твои кристаллы тут очень в помощь. Хосе говорил – они в качестве стабилизаторов идеально подходят, а значит, оператору намного безопаснее будет. Ты этим своим спиральным каналом много жизней спас, малыш.
– Не знал.
– И сейчас не знай, это я тебе зря рассказала.
– Хорошо.
– Ну что, успокоила я тебя?
– Вроде бы... А на сколько артиллерия бьёт? Реально бронеходы на отдыхе подловить, накрыть удачным залпом?
– А так чаще всего и происходит, – согласилась Мария. – На марше и на отдыхе никто щиты не включает, так что если точно рассчитать время и место, то можно или бронеход из строя вывести, или экипаж уничтожить. Но это уже лотерея, от этого никто не застрахован.
– Если мы так сильны, то почему же африканцы на нас с такой регулярностью нападают? На что надеются?
– Не знаю, – призналась Мария. – Правда, не знаю, Доминик. У африканцев пунктик насчёт личной славы. Там даже правительства центрального нет. Все Кланы, группировки... Может из-за этого, может – что другое. В последние годы они что-то затихли, не к добру это. Я слышала, что ты свою семью сюда хочешь перевезти? Вот и правильно. Но поверь, малыш, техника у нас лучше, и маги сильнее. А берега наши – сплошной укрепрайон. Мы справимся.