Ну да, конечно. Я же вижу, как оно меня все не касается. Взять бы ремень, да надрать тебе задницу, чтобы думать начала. Да поздно уже. И не нужно. Мне Габи и с ее закидонами нравится. А уж официальные извинения... На это не всякий пойдет. Я бы вот, на ее месте – точно не пошел бы. И я прежний, и Доминик, – мы те ещё самовлюблённый эгоисты. Не прав? Плевать! Извинения? Да лучше на дуэль! А вот Габи – пришла, никто ее сюда не гнал, я же вижу. Так что?..
– Извинения приняты, госпожа Дельгадо. Я не считаю вас своим врагом, и не собираюсь выяснять отношения на дуэли.
Ого, какой фонтан эмоций. Да, это поважнее всех извинений. Я пожал протянутую руку аристократки, задержав взгляд на своей плохо отмытой лапе. Что, так и отпустить ее? Девчонка на грани, несмотря на то, что вроде бы все разрешилось.
– Хочешь, покажу кое-что?
– Что?!
А почему вы так покраснели, госпожа графиня? Ой, какие мысли у вас... Не дождетесь! Я поманил Габи за собой. Хотел Кано первому похвастать, но он даже не взглянул, а Габриэла вроде бы в теме. Пока шел, Габриэла на мне чуть дыру не прожгла, но шла, не возражала. Зато в мыслях у нее сумбур прекратился, и начал опять разгораться привычный уже гневливый оттенок. Ага, узнаю теперь свою одноклассницу и мага Огня.
– Прошу, – я распахнул дверь в мастерскую.
Габриэла деревянным шагом прошла в дверь, замерла, а потом восторженно пискнула.
– Как тебе? – с гордостью спросил я.
– Ты это сам сделал?!
– А то ж! Ну, не все сам, конечно, мне Фернандо помогал, и Люси пару деталей прислала, но в основном, – сам.
– Люси?
– Люси Флорес. Директор "Меха".
– Ты с ней знаком?!
– Конечно. Она же тоже из Аллаты. Она с моей теткой ещё с армии дружит, а может и раньше.
– Ну да... – Габи огляделась по сторонам. – Это что, сок? Можно?
– Конечно. У меня тут целый буфет, угощайся. Жаль, с вкусняшками туго, но скоро Марко должен приехать, вот он готовит, ммм...
– Марко?
– Марко Альва, мой дядя. Они решили перебраться в Капитолий, даже дом купили неподалеку. Клянусь, если попробуешь его стряпню, то не встанешь из-за стола, пока он не опустеет. Что смешного, я правду говорю!
– Я верю, Доминик, – улыбаясь, ответила Дельгадо. – А почему они решили переехать? Из-за тебя?
– В том числе. Ева, это дочь их, в армии сейчас, а Анна ребенка ждёт к новому году. Я пообещал ее с Ирэн познакомить. Да и климат в Аллате – с местным не сравнить.
– Ребенка ждёт? Здорово.
– Ага. Я их полгода уговаривал, и вот они решились на каникулах. А что им там сидеть? Ева хочет до Серебряного Легиона дослужиться, может и в офицеры выйдет. Я – тоже в Капитолии живу. Деньги вроде есть, чего ещё надо?
– И Ирэн тут, – согласилась графиня. – Да, это здорово придумано. А с мотоциклом что?
– А! Я как раз собирался пробный запуск провести, но решиться не мог, честно говоря.
– И ты пригласил меня? Это большая честь для меня, Доминик, – серьезно сказала Габи.
– Ну уж, – смутился я. – Просто Фернандо к байкам равнодушен, а мне же надо перед кем-то хвастаться. А Ева и Люси далеко. Ну что, попробуем?
***
Габриэла смотрела, как Доминик скинул пиджак, засучил рукава, и взялся подсоединять энерговоды и электропроводку. Так вот чем он занимался, почему у него руки грязные. Ну да, вот и одежда в масляных пятнах в углу валяется. Значит, он хотел свой "байк" заводить, когда она к нему пришла? Нда, пришла... После слов Тулеппе о прошлом Каррера в поведении Доминика многое стало понятным. Три столетия? А три года, не хочешь, Мартин? За три года стать магом, достойным Академии! А ещё, придумать проект, который пройдет комиссию. Та же Ирэн, если подумать, поступила сюда благодаря Каррера. Сколько прошло после аварии, когда он придумал эту экипировку? Полгода, получается?
– Ты сильно обиделся на Ирэн, когда узнал о ее проекте? – неожиданно для самой себя спросила Габриэла.
– Ты про "черепаху"? – посмотрел на неё Доминик из-под рамы мотоцикла. – Не сказать, чтобы уж сильно. Там моя только идея была, а все остальное Ирэн сделала. А ещё ей брат помогал. Она не рассказывала, как мы шлем делали? Нет? Спроси, обхохочешься.
– Но ведь она благодаря твоей идее в Академию поступила. Не обидно?
– Так и я в Академии, – заметил Доминик, ударом загоняя какую-то деталь на место. – Так что, в итоге все вышло даже лучше. Если бы не Ирэн, то и Альва не решились бы переехать. И Арены бы не было, и Дюран бы на наследство не мог претендовать. Видишь, как все сложилось?
– Тебе тяжело было? После аварии? – вот кто тебя за язык тянет, Габи...
Доминик замер, раздумывая, потом пожал плечами.
– Нелегко, чего уж там. Как в другом мире оказался. Все вроде бы знаешь, а вот понимаешь не сразу. Зато Источник стал расти быстро. Да и с железками стало получаться. Академия, МС, мотоциклы...
– Ясно.
Не хочет говорить. Ирэн говорила, что Каррера о прошлом молчит, видно не все там так просто. О родителях – ни слова. И ведь не спросишь, слишком это личное. "Личное". Ирэн вспомнила, какие мысли ей пришли в голову, когда Доминик предложил "кое-что показать". Фу, стыдоба. Лучше смотри на мотоцикл, Габриэла, а не на парня, который его сделал. А почему нет, собственно? Каррера не так уж и плох, если подумать. Не Мартин, конечно, не красавчик, но ведь не внешность главное?
Папа у нее, если подумать, тоже не модель – невысокий, с заметным животом и залысинами. А мама на него не налюбуется, она это видит прекрасно. А все потому, что Лукас, тогда ещё не Дельгадо, а простой младший лейтенант, был завхозом в полку капитана Валерии Дельгадо, и уж мама сама смогла по достоинству оценить таланты неприметного снабженца. Один только рассказ о пятидневном марше через пустыню чего стоил; когда на третий день у всех, кроме ее подразделения, закончилась, не к столу будет сказано, туалетная бумага. В пустыне! Там за кустиком не присядешь, и лопушком не воспользуешься! Вот тогда она и обратила внимание на Коротышку. И когда через год майор Дельгадо и Коротышка сыграли свадьбу, никто даже не думал возражать, наоборот, все ей только завидовали. Эх, надо было об этом помнить, когда она Доминику те слова говорила!
А он ничего так. Мелковат, конечно, но они же ещё растут, верно? Ох, Габи, что у тебя за мысли? Ты уже забыла об этой Фуэнтес? А зря! Самцы, они такие... Только юбку увидят, так и сразу туда. Так, хватит! Думай о мотоцикле! Тем более что Каррера вроде бы уже закончил, и смотрит на тебя.
– Ну что, попробуем?
– Давай, – Габриэла продемонстрировала сжатые кулаки.
Доминик чем-то щёлкнул, и нажал на кнопку, что держал в руках. Раздался воющий скрежет, а потом он сменился басовитый рыком. Конструкция, что была закреплена на стенде, слегка вздрогнула, – Габи тоже, – и затряслась. Из короткой трубы хитрой конструкции вылетело облачко сизого дыма, тут же исчезнувшего, и двигатель уверенно замолотил на низких оборотах, издавая внушительное "бу-бу-бу". Тревожное лицо Доминика расплылось в довольной улыбке. Габи и сама почувствовала, что у нее губы разъезжаются к ушам.
– Как-то так, – высказался Доминик, перекрывая шум двигателя.
Габи, не сдержавшись, захлопала в ладоши.
– Здорово!
– Звучит получше, чем Евин байк, – согласился Каррера. – А теперь...
Он взялся за какие-то трубки, из которых торчали тросы с непонятными насадками, и потянул за один из них. Мотор зарычал, оглушая их в закрытом помещении, и Каррера поспешно убавил обороты.
– Ничего себе, – Габи убрала ладони от ушей.
– Ага, – согласился с ней конструктор этого механического монстра. – Над выхлопом надо ещё поработать; я поставил пока простую трубу, без резонатора даже, но уж больно громко получилось, самому оглохнуть можно. Фигня, переделаю. Ты не подержишь вот тут?
Доминик сунул ей в руку тросик в металлической оплётке, и Габи осторожно взяла его в руку. Доминик присел, что-то рассматривая снизу. Через трос ей передалось биение двигателя, его вибрация и ток Силы. Она прикрыла глаза, и скользнула в транс. Да! Вот Огонь, кристаллы и путь Силы. А у нее в руках, значит... Она осторожно потянула тросик из оплётки.