— Источник может выйти из-под контроля? Это не опасно?
— Вряд ли. Здесь везде экраны, блокираторы... Нет, не настолько он силён. Но вот чтобы привести его в чувство, нужен ментат.
– Спасибо, доктор, я подумаю над вашим предложением.
— Пожалуйста. Что делать с телом Дельгадо?
-- Родители заберут его завтра.
– Бедная девочка. Хоть не мучилась.
– Да?
– Шип пробил бронестекло, вошёл в мозг. Думаю, что она и понять ничего не успела. Что там произошло? Я думала, что амуниция держит второй уровень заклинаний.
– Это уже неважно, доктор. Дайте знать, если Каррера придет в себя.
***
Я плаваю в туманном ничто. Я лежу на кровати, и плаваю в ничто. Я и сам ничто, которое плавает на кровати. Или я кровать, которая плавает во мне через ничто. Из ничто в никуда. А потом из никуда в ничто. Или ещё как-то. Голоса доносятся сквозь ровный гул. Иногда гул меняет свой тон, и становится буханьем. Бух-бух... Бух-бух... Кажется, это стучит мое сердце. Ровно, спокойно. И почему оно все ещё стучит? Ведь я же умер. Умер там, на заснеженной Арене, сидя на заднице, глядя в мертвое лицо Габи. Так почему бьётся сердце?
Голоса что-то говорят. Темные пятна заслоняют свет. Вот я услышал знакомое имя. Да, кто-то сказал "Дельгадо" и "Габи". Почему они говорят о ней? Что с ней может быть не так? Сейчас она далеко, сейчас она болтает со стариной Вергилием. А я здесь. Если она – там, а я – здесь, значит, я все ещё живой. Я немного обдумал эту концепцию. Самый живой человек мертв, а самый мертвый – живой. Забавное сочетание несуразностей. Что там они говорили о Габи? Что-то с ее родителями...
Я раскрыл глаза. Потолок мне был знаком. Меня несколько раз привозили под него, и оставляли. В первый раз – когда меня отделала на дуэльной площадке Креспо. Я в школьном госпитале, на знакомой кровати. Активировал Источник, короткий анализ. Все в порядке. Я жив и здоров. Да и голос доктора сказал, что я физически здоров. Вот насчёт головы доктор сомневалась. Зря сомневалась, я точно того... А с кем она разговаривала? Второй голос тоже знаком, генерал Кабрера пришла навестить раненного бойца? Ушла за ментатом? Так я от ментата закрыт, сама же говорила. Убью. Сначала задам ей пару вопросов, а потом убью. Вопрос, как справиться с магом уровня Кабрера? Она сильный маг, и сметёт меня первым же заклинанием... Маг... И заклинания. Да, это может сработать. Только мне кое-что нужно...
Я поднялся на кровати и спустил ноги на пол. Встал, слегка пошатываясь. Это ничего, это пройдет. Вдох, выдох, вдох, выдох. Вот, и голова не кружится. Как самочувствие? Норма. За окном ночь. Отлично. Когда Кабрера приезжает в Академию, ей выделяют отдельную ВИП комнату. Это недалеко. Пусть она поспит, пока я не подготовлюсь к разговору.
***
– Доброй ночи, госпожа генерал...
Кармен раскрыла глаза, и огляделась. У ее кровати сидел бледный Каррера, что-то держа в руке.
– Как спалось? Кошмары не мучали? – вежливо и тихо поинтересовался Доминик. – На случай, если вздумаете кричать, делать резкие движения или попытаетесь что-то скастовать, я прошу вас взглянуть вот сюда.
Каррера поднял руку. На ладони светился желтоватым светом крупный кристалл.
– Это солнечный камень, – пояснил Доминик. – Кристалл такого размера чрезвычайно хрупкий, и бесполезный. Но у него есть одно чудесное свойство. Знаете какое?
– Его можно перенасытить, – хрипло ответила Кармен.
– Верно. А что будет, когда он перенасытится?
– Он превращается в бомбу. Думаете, сможете убить меня этой стекляшкой, Доминик?
– Уверен в этом, Кармен. Вы спали, Источник у вас тоже спал, сейчас вы без Щитов. Вы ведь не можете видеть токи Силы без привлечения Источника, верно? Жаль, а то бы вы лучше оценили мою задумку. Дело в том, что сейчас кристалл заключён в силовую решетку. Решетка эта открытая, то есть, незавершённая. Если на нее подать ещё немного Силы, она замкнется, и тогда...
– Вы с ума сошли, Каррера?!
– Кричать тоже не надо. Я тут датчик поставил, – подросток показал на ещё один кристалл. – Он реагирует на повышение звука. Стоит в громкоговорителях, знаете? Крикнете ещё раз, и умрёте. Даже не успеете слово докричать. Так что, мы с вами немного побеседуем, как равные. В Академии же все равны, верно?
– Могли бы зайти не когда я сплю. Или вас возбуждает вид голого начальства?
– Меня возбуждали другие голые виды, Кармен. Но теперь я их уже не увижу. И вот тут мы подходим к началу нашей беседы. Зачем? Зачем вы послали нас на убой?
– Не ваше дело. Как вы вообще проникли в мою комнату?
– У вас охранная сигнализация на детишек рассчитана, а я вижу Силу, вы не забыли? Хоть бы на засов заперлись. А вот на мой вопрос вы не ответили, а зря. Вот что я сейчас сделаю. Я воткну вам в ногу вот этот кинжал, – Доминик продемонстрировал подарочное оружие. – И вы, Кармен, будете молчать, потому что если вы вскрикнете слишком громко, то сработает моя бомба. Ну, или можете кричать, если вам так хочется. Думаю, что всем будет интересно, что я делал в комнате с голым начальством во время взрыва. Готовы?
Доминик резко ткнул клинком в ногу. Кармен стиснула зубы, застонав, и схватилась за рану.
– И не вздумайте применять магию, для того, чтобы исцелиться, – предупредил Каррера. – Итак, я жду ответа.
– Вы псих, Каррера, вы это знаете?
– Тише, Кармен, тише. Это ваш ответ? Придется повторить...
– Стой! – Кармен выставила ладони. – Какого черта... Ладно, я отвечу. Но учти, сопляк...
– Я же вас не оскорбляю, Кармен.
– Вломился в спальню, ранил генерала и члена Совета, и не оскорбляешь?
– Вы не отвечайте мне, а жаль...
– Да стой же! Ладно. Отвечу. Но не жди, что услышишь что-то новое. Термин "интересы государства" тебе знаком?
– Мне плевать на государство, Кармен, – равнодушно сказал подросток. – Мне плевать на этот мир. Вы отняли у меня единственное, что я ценил в нем больше всего. Так что рассказывайте. И поторопитесь, кажется, я пробил вам вену. У вас минут десять.
– Скотина. Ладно, слушай. Африканки поставили условие – дуэль или Олимпиада. Все?
– Нет. Не верю, что вы не могли изменить условия. Олимпиада – ерунда. В Африке десятки королевств, я же знаю историю и геополитику, Кармен. Не Ван, так другой клан, Чоу, например, или Эван. Почему так важно было убить нас?
– Да кому вы нужны были, Доминик? Думаете, вы такой уникальный? Даже Ирэн важнее, чем вы со своими зонтиками. У нее будут дети, с Кровью.
– Но вы рискнули и будущими детьми Ирэн. Вы врёте мне Кармен. Пожалуй, я ещё раз ткну вашу ногу. Не кричите.
– Да стой ты... Вот урод... Я убью тебя, маленький живодер!
– Возможно. Для этого стоит только повысить голос, или подать Силу. Давайте, Кармен, убейте меня. Нет? Тогда продолжим.
– Мне нужно сделать перевязку. Я истекаю кровью, скотина!
– Время у вас ещё есть. Я жду ответа. Зажмите раны одеялом, это поможет.
Кармен сильнее сжала ногу, из которой уже успела натечь приличная лужа крови, и с ненавистью посмотрела на Каррера.
– Тебе конец, сопляк, ты знаешь?
– Конечно. Но пред этим я хочу знать, почему я умру, и почему умерла Габриэла Дельгадо. Итак?
– Ладно, смертник. У Ван кое-что было, что нужно нам. Не мне лично, и даже не Мартине. Нам – это Европе. И это поставили ценой за поединок. Думаешь, я хотела, чтобы Габи умерла? Да я бы сама с удовольствием вышла на Арену, чтобы прикончить Миа! Но старуха Ван поставила вполне конкретные условия, и нам пришлось согласиться. Единственное, что мы смогли выторговать, – это снижение уровня заклинаний до второго.
– Шлем держит второй уровень, Кармен. Я проверял это много раз.
– Знаю! Миа плевать на правила, она убийца, а не игрок, или политик. Средняя Ван метит в королевы, а Миа – Наследница. Если ее мать добьется своего, конечно. И смерть ещё одного европейца, скандал, связанный с этим – все как нельзя лучше поможет ей в достижении цели.