Так что по ушам мне ездил только Марко, но так это было занудно! Через неделю я принес Анне смету ремонта.
— Тридцать шесть золотых? Ты уверен?
— Да, тётя. Правда я выбирал самое лучшее, если хотите, я пересчитаю, но этот вариант, — я показал на список, — идеален.
— А если выбрать подешевле, сколько будет?
— Думаю, в десятку уложусь. Золота, конечно.
— Это же огромная разница, Доминик! Может, лучше подешевле выбрать?
Я вздохнул. Можно было и подешевле, но я хотел сделать так, чтобы все вопросы исчезли даже у человека, с авто знакомым понаслышке. Осторожно начал объяснять это Анне. Она ничего не поняла, судя по эмофону, но когда я сказал, что дорогой вариант произведет большее впечатление на Люси, она без колебаний выложила деньги. Подруги значит, да? Ну-ну.
На то, как я вырывал всю проводку из машины Анны, смотрел весь сервис. С работниками Люси я общался мало, они занимались своим делом, я своим. К тому же меня бесило, когда они называли меня малышом и деточкой. В конце концов, я не только подросток и мужчина, но и дворянин. Пусть простой, безземельный, коих тут пруд пруди, но все же по местной социальной лестнице я стоял выше их, и даже выше Люси, если уж на то пошло. Но на практике это мало кого волновало. Я ребенок, и я мужчина. Начни я высказывать претензии, и меня бы посчитали просто напыщенным идиотом. Дворянские звания начинали тут котироваться только от баронов, и то слабо. Просто небольшая поблажка в налогах, и все. Реальные преференции начинались у графьев и князей.
После того, как я закончил потрошить проводку, ко мне подошла Люси. Кстати, единственная в этом предприятии, кто относился ко мне если и не с уважением, то хотя бы вежливо. Хотя шутить она любила, да. Попинав куски проводки, она спросила меня, когда я вылез из под капота:
— Малыш, а после твоего ремонта от машины что нибудь останется?
— Да уж не сомневайтесь, — вот так вот, по простому, и никаких тебе "госпожа" или "хозяйка". Я к ней вообще на ты стал обращаться как-то незаметно, и ничего, терпит.
— Ты уверен?
— А вам то какая разница? Получится, — будет у вас ценный работник. Не получится, — будет чем подругу подкалывать.
— Вообще-то мы с Анной двадцать лет друг дружку подкалываем. И ближе ее у меня друзей нет. Так что я и не против проиграть в этом споре. И машину мне просто жалко, в нее столько всего вложено было, что ты и не представляешь.
— Ага. Не представляю. Такое впечатление, что тут никто никогда и не лазил, только деньги драли безбожно.
— Ты это о чём? — встрепенулись Люси. — Я зимой профилактику делала!
Я вылез из салона, и повел ее вокруг машины на экскурсию. Начал с текущего радиатора, пришел к грязным фильтрам, некачественному маслу, ткнул в отсутствие прокладки между глушителем и коллектором, затем прошёлся по оголённые проводам, и закончил разболтанным ручником. К концу моего монолога Люси стояла красная от стыда и злости. Но мне ничего не сказала, а развернулась, и быстрым шагом направилась в боксы. Через секунду оттуда послышался ее голос, раздающий указания, пополам с матюгами и обещаниями финансовых кар. А я что, я ничего. Пусть смотрит лучше за своими работниками, нечего меня поучать.
Следуя начерченной схеме, я уложил проводку и энерговоды, закрепил все на хомуты, и заизолировал контакты. Затем пришел черед именно кристаллов. Половину я просто выбросил. Ну, не выбросил, а сложил в отдельную коробку. Те, в которых сомневался, поменял, заодно поставил их в нужное положение, направив по току Силы. Вместо трёх управляющих оставил один, но вдвое мощнее. На зажигание выбрал самый лучший и дорогой, полдня возился с ним, шлифуя и направляя силовые потоки. Кристаллы-свечи тоже заменил, и обработал, причем сделал это на токарном станке, что стоял в мастерской Люси. У нее тут на удивление богатая мастерская. Вот, даже станки есть: токарный, фрезерный и сверлильный. А вот прессов нет, но это потому, что тут прессовка не слишком распространена, срок службы деталей ещё не настолько велик, как у нас, но потихоньку растет.
Я откуда все это знаю? У Люси, оказывается, не только пара книг по кристаллам лежали, у нее целая техническая библиотека собрана. В основном, конечно, журналы, типа нашей "Техники молодежи", или "Моделиста конструктора", но за новинками и по таким можно следить. Что ещё? На приборной панели убрал два прибора, которые показывали напряжённость силовых полей. Вместо них вставил температурный датчик, и тахометр. На этом выделенные Анной деньги закончились, а жаль, я только в раж вошёл. Было это как раз вечером субботы, завтра был единственный выходной в этой стране. И надо же так случиться было, что Анна умудрилась как раз к концу работы заявиться. Наверное, просто не выдержала моего молчания. Я кстати, специально молчал, уж больно бесит меня озвучивать промежуточные результаты тем, кто все равно ничего не поймет.
— Ну что, Доминик, как дела с машиной? Ездить будет?
Поворачиваюсь, и вижу Анну с Люси. Тон вопроса вроде бы шутливый, но вот эмофон явно тревожный. Люси, ехидна эдакая, наверняка подругу накрутила по полной. А Анне ещё и неудобно, все же она за меня вроде приучилась, а я только деньги трачу. Я посмотрел на тревожущуюся Анну, на насмешливо улыбающуюся Люси, на ее работничков, которые вроде как и не причем, но стояли рядом и грели уши. Усмехнулся Люси, как мог гнуснее, и протянул ключи Анне.
— Принимайте работу, госпожа Альва.
И поклонился, как мог аристократично. Это я так прикололся, если кто не понял. Но меня поняли очень хорошо. Тут у них в ходу все больше местный матерный, и мои придворные манеры выглядели как насмешка над их простолюдинством.
— Позволь я, — Люси поняла намек первой, и поняла его правильно.
Анна тоже дурой не была, и лишь кивнула, с подозрением глядя на меня. Работники Люси подошли ещё ближе. А Люси, сев за руль, вставила ключ, и потянула рукоятку ручного стартера. Ну, сейчас что-то будет. Я подхватил рукоять, и жестом остановил Люси.
— Я сам. Вы только подтяните вот этот рычажок в положение "Нормальный пуск". Это значит, что температура воздуха выше нуля. "Холодный пуск" — это зимой, ну а на прогретом двигателе, или в жару, этот рычаг можно не трогать.
Я вставил рычаг в специальное отверстие, и с деланной небрежностью крутанул его. Мотор радостно подхватил, и заработал. Все, как я и планировал. Вытащив "кривой", я вставил его на место, и продолжил давать пояснения:
— Вот эта шкала, — датчик температуры. Когда стрелка достигнет зелёной зоны, можно двигаться. Можно и раньше, конечно, если надо, но лучше постоять пару минут, прогреть движок.
Анна стояла и смотрела, как Доминик небрежно втаптывает в грязь ее злейшую подругу и всю ее команду. Даже ей, далёкой от техники, был заметен результат. Во первых, машина завелась сразу, с пол-оборота. Для той, кто по полчаса крутил заводную ручку в армии, чтобы сдвинуть с места грузовик, это значило много, а Люси была именно та. Затем, шум мотора. От прежнего, нервного и стреляющего звука ничего не осталось. Ровное, уверенное тарахтение, словно домашний кот мурлычет, такой звук был мягкий. И сзади не появилось привычного сизого облака, да и вообще, создавалось впечатление, что пред ней не ее старушка Лагуна, а как минимум Корвет-капитан. Глядя на растерянное лицо Люси, Анна едва сдерживала торжествующую улыбку.
— Что ж, приглашаю прокатиться, — церемонно продолжил тем временем Доминик, словно не замечая произведенного эффекта.
Анна с удовольствием села рядом с Люси. Та воткнула скорость, и тронула машину с места. И не смогла удержать возгласа изумления. Так резво Лагуна не стартовала даже во времена своей молодости. Люси даже тормознула от неожиданности. А потом тронулась снова, описывая круги по двору мастерской.
— Вроде бы неплохо? — невинным тоном спросила Анна.
— Черт побери, подруга! — не выдержала Люси. — Чёрт побери тебя и твоего племянника! Да я даже не знала, что машина может работать ТАК! Сколько ты отдала на ремонт?