— Слушай, а это зачем нам? — склонился я к плечу соседки.
Сато на меня покосилась удивлённо.
— Так положено.
— Аа… — кажется, я опять сделал что-то "странное".
Как же я забыл об этой местной особенности в общении? Тут очень развита корпоративность. Одиночки вызывают недоумение. Обязательно, при знакомстве, принято не просто представиться, но и обозначить свой статус. Вот как сейчас и докладывает Марко. О, услышав про их с Петром увлечении, в классе зашушукались. Тоже на печеньки рассчитывают?
— Каррера!
Вот и до меня очередь дошла. Встал, прошел к доске. Чего говорить то?
— Доминик Вальдес Каррера. Живу с дядей, тетей и старшей сестрой. Тётя работает в "Энергетике", дядя — домохозяин. Сестра окончила эту школу, состоит в "Угольках". Все, вроде.
— А какие у тебя увлечения? В какой клуб ты собираешься поступить?
Вот привязался. Какие у меня увлечения? Гарсия? О, работа!
— Я на каникулах подрабатывал в автосервисе, так что, наверное, автомобили.
— Понятно. У нас в школе есть клуб любителей техники, ты можешь записаться туда, — улыбается мне Рива.
— Спасибо, господин Рива, я подумаю.
И все, к своему месту. Хватит с меня откровений.
— Напоминаю всем, — тем временем вещал классный. — Участие в клубах не обязательно, но если вы не будете записаны ни в какой клуб, то это плохо может сказаться на вашей коммуникативности. В школе вы не только получаете знания, но и учитесь общению, знакомитесь со сверстниками, и людьми разного возраста и положения. Кроме того, участие в клубной жизни расширить горизонты вашего восприятия…
И так на пятнадцать минут, до самого звонка. А потом была перемена, на которой я просмотрел расписание уроков на неделю. Ага, вот и алгебра, и геометрия, вот физика, химия и алхимия. Хм, а это что? Дуэли? И физра рядом. Интересно. А вот ещё уроки медитации. Блин, получается, что домой я буду приходить далеко после полудня. А я думал, что Ева со своими Угольками зависает, а она училась. А мне как быть с мотоциклом и Фернандесами? Ладно, посмотрим, что можно сделать. Но клубы однозначно не про меня. Сходить схожу, посмотрю, но вот участвовать в этой "клубной жизни" я как-то не планирую.
Следующий урок. Представление продолжается. Действующие лица те же. Встают из-за парт, представляются… Скучно. Положил голову на локоть и закрыл глаза. Под жужжание очередного ученика потянуло в сон.
— Каррера!
А, чего? Надо мной стоит учитель Рива, слышатся смешки одноклассников. Сато смотрит с осуждением. Надо же, ей за меня перед учителем неудобно. Я перевожу взгляд на Риву.
— Разве тебе не интересно, чем увлекаются твои одноклассники? Как ты можешь спать в такой момент? Это очень неуважительно!
— С чего бы? — спросонья я говорю то, что думаю, а не то, что надо. Рива смотрит удивлённо.
— Тебе это неинтересно?
Я пожал плечами.
— Мы будем учиться ещё два года. Достаточный срок, чтобы узнать друг друга.
— Но… А как же клубы? Тебе совсем это неинтересно?
— Если меня что-то заинтересует, то я подойду и спрошу. Расписание и местонахождение клубов висит на доске объявлений в фойе.
Рива отошёл на шаг и внимательно меня осмотрел. Покачал головой, и направился к своему столу.
— Все-таки, я попрошу вас, господин Каррера, не спать на уроках в моем присутствии. Да и вообще не спать на уроках. Это неприлично, знаете ли.
Хотел я ему сказать, что я не храплю, но решил сдержаться. Поклонился, и сел.
Проведя в школе первую неделю, я осознал глубину задницы, в которую я попал. Учителя требовали неукоснительно соблюдать правила поведения. Уроков задавали много. Клубы… Они меня достали. Не стоишь в клубе? Первый на общественные работы! Это так тут называется бесплатный детский рабский труд на благо города. В субботу я мёл улицу вместе с десятком таких же как я учеников, не вступивших в клуб. На совершенно добровольной основе, ага! "А кто не купит, тому отключим газ!" Шантажисты.
Зашёл в клуб любителей техники, как и советовал Рива. Они тут оказывается делали модельки существующих образцов техники. То есть, нужно найти журнал с какой-нибудь машиной, и сделать её копию, желательно точную. Журналов таких выпускалось много, и стоили они не сказать, чтобы дорого. Засада в том, что для того, чтобы сделать копию, нужно было затратить время. Копии машин делались очень подробными. А в конце месяца нужно продемонстрировать свою поделку, и рассказать о модели, и об образце, с которого эта модель сделана. Я посмотрел на шкаф, который был забит модельками, и скривился. По уставу клуба, я должен был проводить не меньше часа в клубе ежедневно. А работать мне когда?!
О! А чего я туплю? Я отбросил метлу, и направился к школе. Ну-ка, где тут у нас кабинет директора? Ого, какая дверь! Прямо ворота в замок. Их что, штурмом берут? Постучавшись, вошёл, и попал в приемную. Слева вход в логово дракона, то есть в кабинет директора. Напротив входа стоит стол, за которым расположился секретарь, — опять мужчина. Справа — стулья, на которых сидели приглашённые. Сейчас там сидели два учителя, которые немедленно уставились на меня. Я поздоровался, поклонился, и спросил у секретаря, могу ли я увидеть господина директора.
— По какому вопросу?
— По вопросу клуба, — сообщил я.
— А что за проблема с твоим клубом?
— Я бы хотел обсудить это с директором, — не буду я перед тобой тут распинаться, а потом ещё раз у директора. Секретарь указал мне на стул: — Присядь, я доложу о тебе директору.
Это он меня так смутить решил? Я присел на удобный стул рядом с учителями, и принялся ждать. Кто смутился, так это учителя. Косятся на меня, говорят в полголоса, с постоянными оговорками. И несёт от них недовольством. Минут через пять из кабинета директора вышли две учительницы, а вслед за ними и господин директор, — Антонио Родригез. При появлении начальства, все вскочили, и склонились в поклоне. Мне тоже пришлось вставать и кланяться. Осмотрев приёмную, директор остановил свой взгляд на мне.
— А вы, сударь, по какому вопросу ко мне пришли?
— По вопросу клуба, господин директор, — отвечаю я, подняв голову.
— Клубами у нас занимается госпожа Перез. Почему вы не подошли к ней?
Чего, правда что-ли? Вот чёрт, я и не знал.
— Боюсь, что госпожа Перез не сможет решить мой вопрос, господин директор.
— Вот как? — у директора поднялись брови. — Что ж, давайте выслушаем вас, может быть и смогу решить вашу проблему.
Всё-таки Родригез деликатный человек. Ведь явно просек, что я не был у этой Перез, мог бы и докопаться до нахала, или просто отослать меня к ней. Нет, решил сам разобраться. Я прошел в кабинет директора, и огляделся, пока директор занимал свое место. Кабинет у директора был немаленьким. Большой стол во главе, торцом от него длинный стол, покрытый зелёным сукном. Думаю, что за этим столом, разместился бы весь педагогический состав. Вдоль стен стояли шкафы с книгами, журналами и документами. В углу кабинета стояло знамя нашей школы, я видел его на первой линейке. Обстановка деловая, сразу проникаешься уважением к месту, и к человеку, который это место занимает.
— Ну что же, сударь, изложите свою проблему, — спросил директор, дав мне оглядеться и проникнуться.
Я в нескольких словах рассказал, что у меня есть постоянная подработка в автосервисе Люси, и если я буду тратить время на клуб, то могу потерять работу. Родригез покивал. С работой тут не шутят, работающий школьник, — это многое значит. Но просто так отмазать от клуба он не сможет. Надо принести справку от Люси, и от Анны. И лишь потом я могу рассчитывать на освобождение от клуба. Я пообещал, что справку я принесу. Вот и отлично, тогда до встречи. Главное, чтобы справки эти принесла сама Анна. Хорошо? Хорошо. А пока, надо трудиться на благо страны, школы и прочее… Как же они тут любят нотации читать! Выслушав покорно небольшую речь, поклонился, и покинул кабинет. В приемной меня опять с любопытством осмотрели, но промолчали, и я покинул школу. Надо к Люси съездить, поболтать. Да и Гарсию давно не видел, уже неделя прошла.