Так вот, про тактику. Нет защиты от этих дальнобойных монстров. Сорока килограммовые снаряды с восьмью килограмма взрывчатого вещества (ВВ) даже бетонные перекрытие проломят. Так ещё где тот бетон в степи взять? Потому придумали такой ход. На старых позициях, разобрав частично здание вокзала, соорудили позиции оборонительные с деревянными пушками и танками. А сами танки общим количеством десять, то есть одна рота, выдвинули вперёд на три километра вдоль железной дороги и выкопали всем полком ночью ямы для них с пологим спуском. Заехали в него Т-26Р и их сеткой накрыли.
Когда пушки начали стрелять и стал кружить Тип-91, то дали ему немного покружить и скорректировать правильно огонь, а потом из деревни выехали замаскированные под домики танкетки и автомобили ГАЗ-АА с Эрликонами и сбили пернатого. Пушки целый час работали по брёвнам, а потом рота танков подъехала к позициям уставших артиллеристов и разогнала обслугу пулемётами. Подъехали на грузовиках бойцы, зацепили страшно дорогущие девайсы, купленные японцами у Германии за сорок тысяч рейхсмарок – тяжёлые полевые гаубицы, произведённые на фирме товарища Круппа, и увезли. Снаряды погрузили на машины (тяжёлые гады) и убрались. Вот огорчился должно быть рикугун – хуйо, узнав об исходе баталии.
Теперь, раз японцев и самого «хуйю» учили немцы, то будет черёд бомбардировщиков. Потому весь полк споро восстанавливал ложные позиции и опять маскировал в деревне китайской зенитки под домики.
Не подвели. Прилетели. Как бы ни полусотня самолётов. Пополам тяжёлые бомбардировщики «тип 93» (Ки-1), производства концерна Мицубиси и истребители Тип-91. Трогать их не стали. Высоко. Эрликоны могут и достать, но потом часть улетит, и позиции японцам будут известны. Подозревая, что разбомбить китайскую деревушку для них моральной преградой для мести Гайдзинам не станет, решили не трогать, пусть степь перепахивают, и посмотреть, а что будет дальше. Чего ещё сумрачный немецкий гений может измыслить.
Ждали два дня. Иван Яковлевич болел и трофеи перебирал. Количество наград ещё выросло. Даже один древнего вида орден добавился. Как пояснил знаток Японии Светлов это прямо раритет из раритетов. Им только самых больших начальников в стране Восходящего солнца награждают. Называется – Орден Цветов павловнии. Наверное, с того генерала сняли бойцы РККА, ну, который рикугун – хуйо. Знак ордена представлял собой изображение восходящего солнца, с исходящими от него лучами, обрамлённого цветами павловнии. В центре расположен красный эмалевый кабошон, окружённый серебряными двойными лучами, также покрытыми красной эмалью.
– А это не рубин в центре, – даже облизнулся Брехт.
– Нет, это просто выпуклость покрашенная эмалью, – разочаровал начинающего фалериста бывший хорунжий.
– Сволочи, на наградах экономят.
А ещё Брехту принесли японский журнал. Светлов хоть и морщился, но немного попереводил. Журнал был настолько необычным, что Брехт прямо глазам своим не верил.
В март этого 1936 года японский журнал «Клуб Сёнэн» опубликовал иллюстрации под названием «Всемирный конкурс изобретений в области транспорта», в котором были рассмотрены различные транспортные средства передвижения будущего. Самолёт был с турбореактивным двигателем и на крылатую ракету из будущего смахивающий. Поезд на монорельсе, автомобиль с шарообразными колёсами. Вот чё! А в СССР их по-прежнему макаками называют и варварами. А товарищи технику семимильными шагами вперёд двигают.
![Дон Педро (СИ) - _nWHlN0OQn4MM40URrM29yw.jpg](https://all-library.ru/pic/7/8/0/5/1/9/780519/1658128709/_nWHlN0OQn4MM40URrM29yw.jpg)
Событие двадцать первое
Так надоело это всё Брехту. Сидишь целый день на жаре в палатке, потеешь, а выматься негде, а ночью в степи холодрыга, под одеялом и шинелью мёрзнешь. Домой охота к тёплой Куй под бочок. И в баньку.
Попросил дотащить его до телеграфа Иван Яковлевич и с маршалом Блюхером связался. Понятно, что шифровок ни каких не знает, потому спросил прямым текстом в лоб:
– Василий Константинович, не нравится мне эта война. Никто в атаку не идет, долго нам ещё тут сидеть?
– Точка тире точка, – ответил Блюхер. Послал что ли.
– Говорит, что сегодня свяжится с Ворошиловым и узнает.
– Стойте, Иван Фёдорович, – Брехт всех русских пленных отправил уже домой, а телеграфиста Долгунова попросил остаться. Связь же нужна. Рация есть, но две тысячи километром не малое расстояние. Пусть будет запасная.
– Стою.
– Передайте Блюхеру, чтобы он Ворошилову сказал, если японцы чего в виде пардону предлагать будут, то пусть наши требуют границу по озеру Ханка исправить. Там она по воде проходит небольшим участком. Пусть всё озеро станет Советским.
Вовремя Брехт про него вспомил, устал уже с озера гонять китайских браконьеров. Там на китайской стороне деревня большая и они чуть не до самого нашего берега заплывают, охотясь на птицу водоплавающую и сети ставя. Почти отучил. Просто, когда появились Аэроплоты, то бойцы плавали, собирали китайских браконьеров и заставляли месяц отрабатывать на самых грязных и тяжёлых работах, потом пороли от души и голыми на китайский берег высаживали, лодки и улов, естественно, конфисковывали. Почти от браконьеров избавились. Не понравилось китайцам русское гостеприимство. Но ведь лучше саму возможность браконьерства исключить. Пусть всё озеро Ханка будет Советским.
Ответ от командарма пришёл на следующее утро. Вовремя. Васька с хорунжим бывшим как раз перевезли всё золото и в один из ГАЗ – АА в патронный ящиках, на десяток гвоздей забитых, сложили. Ящики, помня про вес этого металла, не перегружали. Старались, чтобы вес соответствовал. Две тонны чуть многовато для полуторки, но, во-первых, в мастерской грузовикам рессоры сразу по получению на более мощные меняли, а во-вторых, бензин с более высоким октановым числом, из-за добавок спирта, делал двигатель процентов на двадцать мощнее. Так что, выдержит. Кроме того, не своим же ходом поедет техника, как сюда привезли на платформах, так и назад увезут.
За это время телефонисты соединили палатку Брехта со станцией Забайкальск, и с маршалом удалось поговорить по телефону.
– Вань, заканчивай там. Помирились мы с самураями в очередной раз. Радуйся, твоё теперь озеро Ханка целиком. Да, Ворошилов сказал, чтобы подготовили представления на ордена. Больше чем на тридцать, как ты выражаешься, губу не раскатывай. Себя не считай, на вас с комиссаром Аронштамом будет отдельный приказ. Состав подадут прямо на станцию Маньчжурия, там и будете грузиться. Молодец, не подвёл, вот что значит гвардия!
Грузились два дня, трофеев набрали кучу целую. Механики из девяти подбитых танков два умудрились тоже на платформы закатить. Соединили гусеницы, двигатели из девяти два собрали. Ну, чуть башня дырявая, так он, как танк, и не нужен, будет ещё одна зенитная установка. Кроме того двенадцать крупповских пушек, это ни хрена не маленький габарит. Каждая еле на железнодорожную платформу влезает. А ещё грузовики немецкие, что от японцев достались. Это были не просто машины, а прямо настоящие вундервафли. Молодцы японцы, знают что выбирать. На 1936 год это лучшая грузовая машина в мире.
«Айнхайтс-Дизель» – 2,5-тонный грузовой автомобиль с дизельным двигателем и колёсной формулой 6x6. Как-то ещё, правда, их замаскировать нужно, чтобы в Хабаровске не отобрали.
Нога за две почти недели, что загорали в Маньчжурии, стала заживать и в штабной вагон Брехт уже пусть и с палочкой, но сам зашёл. Тронулись, выпили по чуть-чуть за победу советского оружия. В купе втроём ехали. Русское воинство. Немец, армянин и еврей.
Еврей, он же армейский комиссар второго ранга Лазарь Наумович Аронштам напился и стал Брехту угрожать.