Архивариус порой сомневался, что сами они способны дать точный ответ на вопрос о смысле своих поисков. Иногда Рику казалось, что археологи вечно ищут свое нечто просто ради самого процесса изысканий. Ему импонировали эти увлеченные люди, и архивариус всегда с удовольствием отвечал на все их запросы. Рик и сам, с подачи жены, занимался историей, считая себя неплохим знатоком прошлого, да и, к чему таить, археологи были единственными, кто интересовался архивами. Если бы не они, то общаться семье архивариуса с живыми людьми удавалось бы лишь по праздникам. Это в информационных Отделах крупных промышленных центров работали десятки, а на Арториус-1 и сотни сотрудников. Вся же земная Архивная группа и без того небольшого Архивного Отдела состояла из Рика и его жены Джейн. Впрочем, маленькую семью архивариуса не тяготило одиночество. Они с Джейн любили друг друга и поженились вопреки советам врачей, дававших призрачные шансы на появление ребенка ввиду крайне неудачного сочетания родительских ген. Доктор даже посоветовал приобрести искусственный эмбрион, но Рик и Джейн отказались, их любовь была выше любых земных проблем. Спустя пять лет Солнце было ласковым к ним – Джейн родила Элис, и счастью влюбленных не было предела. Врачи оценили это как чудесно выпавший шанс, вероятность которого исчислялась миллионными долями процента. А еще через четыре года крошка Элис повергла родителей в шок.

В тот вечер они готовились отпраздновать день рождения Джейн, и жена отправилась в салон красоты менять имидж к празднику. Рик целый день разрывался между суетой с архивными компьютерами и возней с маленькой Элис, и к вечеру совсем вымотался. Наконец флаер жены приземлился на транспортной платформе их башенки, находящейся на самом верху шпиля огромного здания Корпорации, почти упирающегося в защитный энергокупол. В этой служебной башенке, совмещавшей в себе рабочие офисы и жилые помещения, и жила семья архивариусов. Рик с дочкой на руках вышел в холл встречать жену. Сероглазая белокожая соломенная блондинка Джейн вернулась домой жгучей брюнеткой с бронзовым загаром и иссиня черными глазами. Она впорхнула в двери, поцеловала мужа и закружилась вокруг него по комнате.

– Любимый, тебе нравится? – Джейн быстрым движением скинула комбинезон и осталась в легком воздушном белом платье, еще сильнее оттенявшим загар и черноту глаз и волос. – Я разорила семью и поставила двух недельную пигментацию. Теперь я две недели буду очень плохой девочкой. Особенно по ночам! – Она звонко засмеялась и снова бросилась мужу на шею:

– Рик, тебе нравится? – Она поднялась на носочки и заглянула мужу в глаза. – Ну скажи! Хватит издеваться! Я так старалась! Я сейчас с ума сойду, если ты не ответишь, предупреждаю! – Ее смех переливался по комнате, словно ручеек.

Рик нежно поцеловал жену:

– Ты восхитительна! Я тебя обожаю! Может, отложим праздник на завтра? А сейчас объявим о наступлении ночи, чтобы ты смогла поскорее начать быть плохой?

Джейн снова засмеялась и игриво погрозила мужу пальчиком. Рик поудобнее перехватил сидящую на руках дочку, которая молча и с интересом разглядывала так неожиданно представшую перед ней в новом образе маму.

– Элис, смотри, какая у нас красивая мама! Тебе нравится? – Улыбнулся Рик и ласково потрепал дочку по соломенным волосикам.

Крошка Элис захихикала и протянула к матери маленькую ладошку.

– Мама красивая! Я тоже хочу как мама!

И в это мгновение соломенные волосы Элис плавно потемнели и спустя секунду уже были абсолютно черными. Белая кожа обрела глубокий загар, а еще недавно бледно серые глазки сверкали черными, как ночь, угольками. Элис обернулась от ошарашенной Джейн к отцу и, светясь от счастья, подытожила:

– Теперь я как мама! Папа, правда, я тоже красивая?

В тот вечер они с Джейн не сразу оправились от шока. Их малышка Элис оказалась вариативной. Редчайший рецессивный ген, возникший в начале эпохи Единения при смешении всех рас и национальностей в одну. Возникает только у женской особи. Вероятность возникновения – один к ста семидесяти трем миллионам. Не прогнозируется и не вычисляется. Абсолютно безобидный и восхитительный ген, дающий возможность управлять цветом глаз и кожи, длиной и цветом волос, естественной пигментацией тела. Сопутствующий эффект – полное отсутствие волосяных луковиц кожи на теле, кроме бровей, ресниц и нелицевой части черепа. Все известные актрисы, артистки и модели, изображениями которых полыхает огромное множество голографической продукции, фильмов, изданий, каталогов и рекламы, являются вариативными. Такой девушке обеспечено безбедное существование и всемирная известность. Жизнь на Арториус Прайм в лучах славы и миллионы кредитов. И всё вроде бы хорошо, лучшей судьбы ребенку и желать нельзя. Но… Но есть одно «но». Странные слухи ходят среди простых людей про судьбы вариативных. Периодически вспыхивает новая звезда с вариативным геном, стремительно развивается ее карьера, и вот уже смотрит она на своих родных и близких со всех экранов. Вот только из этих самых родных и близких никто и никогда больше не видит свою дочь или сестру. Приходят на счет огромные суммы кредитов, изображения с дарственной надписью, записанные сообщения, и все что угодно, но увидеть саму девушку уже никому не под силу. Она живет в роскоши на Арториус Прайм и не появляется среди простых смертных, а на все вызовы за нее отвечают специальные сотрудники Департамента Культуры и Развлечений. Через год-два вспыхивает новая звезда и затмевает старую. Проходит время, и люди забывают про некогда знаменитую девушку, а измученные родители так никогда и не видят свою дочь. Считается, что слава и миллионы кредитов портят девушек, они исполняются высокомерия, снобизма и пренебрежения к бедным и забывают про родных и близких. Но разве все люди такие? Неужели нет исключений или ген вариативности идет в паре с геном неблагодарности? Не все верили в это. И потом. Поиском вариативных девушек занимается не Департамент Культуры и Развлечений, а зловещее Особое Управление ДППЗ. Все знают, что в Департамент поддержания Порядка и Законности лучше не попадать, но Особое Управление… Оттуда возвращаются только после морализации. А это сложно назвать возвращением. Так почему же поиск звезд культуры ведет управление, занимающееся борьбой с преступниками и хроническими нарушителями уставов и законов Корпорации? А человека, указавшего на вариативную девушку, ожидает награда в миллион кредитов! Целый миллион. Огромная сумма. Не родителей девушки, а любого, кто первый догадается оповестить Особое Управление. Не удивительно, что за вариативными идет самая настоящая негласная охота. Рик и Джейн терять Элис не хотели. Конечно, Корпорация никогда не станет нарушать собственные законы, и до завершения своей третьей гексарии жизни Элис будет несовершеннолетней и неприкосновенной. Но разве родителям намного легче навсегда остаться без дочери в день ее восемнадцатилетия?