Опоздавший Карл?Теодор цу Гуттенберг, вошедший в кабинет канцлера, поздоровался со всеми, перебив докладчика, и, извинившись, прошел к ближайшему от сидящей во главе стола Анхелы Меркель стулу. По дороге он успел подробнее рассмотреть присутствующих и мысленно похвалил себя за сообразительность. Действительно, на этом внеплановом совещании присутствовали только соратники по партии. Нет, никакого нарушения демократии, что вы. Совещание было посвящено специфическому вопросу и поэтому приглашены были лишь те министры, кто необходим для его рассмотрения. Ведь не приглашали же министра обороны на совещание по решению кризисных вопросов с газом и нефтью? Так и сейчас не пригласили министров экономического блока, поскольку вопрос был политический и военный. Карл мысленно улыбнулся пришедшей в голову мысли, что обсуждаемый вопрос был воистину русским: «Что делать?». Действительно, собравшиеся пытались решить один из множества появившихся вместе с внезапно свалившимся из сорок первого года прошлого века СССР вопросов: «Что делать с Восточной Пруссией?» Найти решение было действительно непросто. Немецкое население, полностью поддерживающее нацизм, не прошедшее денацификацию, возглавляемое преступными организациями никак не вписывалось в реалии современной ФРГ. Но с другой стороны они оставались немцами, как территория стала (или осталась? Юристы ломали над этим голову) – германской, а значит – правительство должно решать и ее проблемы.
Томас де Мезьер, министр внутренних дел, укоризненно посмотрев на прервавшего его доклад Карла, продолжил:
– Во время марша НДПГ в Дрездене произошло несколько крупных столкновений между ними и представителями левых партий. Пострадало более пятидесяти человек, двое из которых в настоящее время находятся в реанимации. Мною выделены дополнительные силы полиции, но подобные столкновения происходят во многих городах, особенно на Востоке, и сил полиции не хватает для поддержания порядка.
– Что вы предлагаете? Использовать армейские подразделения? – недовольство в голосе канцлера мог не заметить только глухой.
– Возможно, придется прибегнуть к армейской помощи, – ничуть не смутившись, ответил Томас, косясь на Карла.
– Мы готовы, если будет соответствующее решение, выделить части сухопутных войск для усиления полиции. В настоящее время по моему указанию в воинские части выданы щиты, дубинки и защитные костюмы. Части военной полиции уже готовы приступить к патрулированию в Берлине, – Карл?Теодор отреагировал мгновенно. – Простите, дамы и господа, но у меня одно важное и срочное сообщение – поляки приступили к переговорам с Восточной Пруссией, объявлено прекращение огня. Получено также сообщение, что части вермахта, вторгнувшиеся на территорию СССР, начали отступать с захваченных ранее территорий. Сегодня ими возвращен русским Каунас.
– Значит, поляки все же прислушались к нашим рекомендациям, – с удовлетворением констатировал министр иностранных дел, и сразу сменил тон. – Но легче нам от этого не стало, американцы наконец сформулировали свои предложения. Они согласны с присоединением Восточной Пруссии к Германии при условии ее полной денацификации. Признавать независимость или передавать этот район русским наши союзники не собираются ни при каких обстоятельствах. Поэтому, если Восточная Пруссия останется территорией, управляемой нацистами, Соединенные Штаты оставляют за собой право на вооруженное вмешательство с целью восстановления исторической справедливости и уничтожения антигуманной идеологии, осужденной человеческим сообществом, – Гвидо словно читал документ по памяти.
– Такое нельзя допустить ни в коем случае! – тут же отреагировала Анхела Меркиль. – Что начнется, если американцы будут убивать этнических немцев, и какими будут наши политические перспективы, я думаю, никому объяснять не надо.
– Один «Союз Изгнанных»…, – начал Томас, но его тут же перебил Карл?Теодор.
– Который активно поддерживают некоторые из наших коллег, – недовольно заметил он, – зачем было присутствовать на их митинге, да еще столь демонстративно?
– Извините, коллега, но это объединение включает более полумиллиона активных членов и ему сочувствуют не менее пяти миллионов избирателей, чьи голоса будут нашей коалиции отнюдь не лишними.
– Коллеги, коллеги, вы отвлеклись от обсуждаемого вопроса, – осторожно вмешалась Урсула фон Ляйтер.
– Вы не правы, – стараясь говорить спокойно, ответил ей Карл?Теодор, – если мы будем идти на поводу у экстремистов…
– Какие экстремисты, коллега, – тут же язвительно ответил Томас де Мезьер, – добропорядочные граждане нашей демократической страны, желающие исправить некоторые перекосы истории, из?за которых они были депортированы с родной земли. И когда есть реальная возможность эти требования удовлетворить, отказ от ее использования был бы не просто глупостью, а преступлением.
– Мы не на митинге, – желчно заметил цу Гуттенберг, – поэтому я предлагаю перейти к более конкретному обсуждению. Юридически…
– Вы у нас министр обороны, а не юстиции, – перебил его де Мезьер.
– Господа, господа, давайте без личных выпадов, – примиряюще заметила Урсула.
– Тем более, – словно не замечая министра внутренних дел, продолжил Карл?Теодор, – что с присоединением восточнопрусского анклава они получат дополнительно немало сторонников. Нам необходимо тщательно обдумать как мы сможем адаптировать почти три миллиона новых граждан, воспитанных на чуждых нашим обществом принципах и склонных к силовому решению проблем. Юридически все население анклава попадает под законы о денацификации… Например, как быть с их призывом в вооруженные силы?
– Не волнуйтесь, Карл, – мягко заметила Урсула, – я уже поставила задачу перед моими специалистами. И не забывайте, что большинство из упомянутых вами миллионов – жители Восточной Пруссии, которые не собираются переселяться к нам. А полмиллиона новых граждан мы адаптируем, могу вас в этом заверить.
– Дамы и господа, – вступила в разговор Анхела и все замолчали, – думаю, что я выражу общее мнение о необходимости возвращения анклава Восточной Пруссии, одной из исконных немецких земель в состав Германии. Естественно при условии денацификации и роспуска преступных организаций, а также наказания военных преступников. Полагаю также, что вы все понимаете, что наказывать за несовершенные преступления мы никого не будем. Как и выдавать уже один раз наказанных для повторного осуждения. Все дела будут рассматриваться только в германских судах и только германскими судьями, – Меркиль внимательно осмотрела всех и добавила. – Я полагаю также, что мы просто обязаны иметь свою территорию на границе с СССР. И не допустить появления второго Косово рядом с нашими границами, к тому же населенного нашими соотечественниками. Это всем понятно? Поэтому господин Вестервелле лично проведет переговоры с правительством, – Гвидо утвердительно кивнул, она на секунду задумалась и продолжила, – …земли Восточная Пруссия. Господам цу Гуттенбергу и де Мезьеру приготовить планы интеграции вооруженных сил и полиции соответственно. Части, запланированные к переброске в этот район, привести в полную готовность так, чтобы они могли начать передислокацию немедленно после подачи сигнала. Полицейские части тоже, – добавила Анхела и улыбнулась:
– Я думаю, дамы и господа, мы сейчас приняли судьбоносное решение, которое поддержит не только бундестаг, но и большинство населения нашей страны.
Украина, г. Ковель. Управление НКВД.
А. Н. Блинов, лейтенант ГБ
Сидевший перед Андреем человек выглядел жалким и испуганным, даже и не верилось, что именно он при задержании сумел зарезать сержанта Гусева. Блинов дождался, пока Мария Ивановна заправит бланк в пищущую машинку, и кивнул переводчику. Началась привычная уже за год самостоятельной работы прелюдия допроса:
– Фамилия? Имя?
Записывая в протокол данные на Гюнтера Фляйшмана, радиста из дивизии СС «Викинг», он вспомнил деревню, в которой успели побывать бандиты. Повешенный глава сельрады, трупы, женские и детские – его семья, расстрелянные комсомольцы, совершенно седая, с трясущейся головой, учительница, в глазах которой застыло страдание. «Борцы за свободу» сначала хором изнасиловали ее, а потом сожгли ее дочь, заперев в школе. Хотели сжечь и ее, даже уже облили бензином, но не успели. Подоспевшие бойцы из разведбатальона сорок пятой стрелковой дивизии уничтожили бандитов, а заодно и бывших с ними немецких разведчиков. Одного только пленного и захватили. Что не удивительно, учитывая увиденное ими. Допросить пленного нашли время только сегодня, из?за События и других дел хватало, и полученные от него сведения стали, похоже, не очень важны.