– Да мало ли, что у нее было в голове! Разве так можно с детьми? Она же и сглазить, и отравить вас могла! – воскликнула полненькая женщина, сидящая через два стула от Даши. Ей явно было не очень комфортно, она все время ерзала и беспокоилась, как будто искала опору, не знала, за что ухватиться.

– Наверное. – Даша повернулась, посмотрела ей прямо в глаза и кивнула с благодарностью. Полненькая сразу перестала ерзать. От Дашиной уверенности или от того, что ей в этот момент показалось, будто ее пришпилили к стулу. – Наверное. По крайне мере, очень может быть, что она могла нас отравить. А разве алкоголь не яд? Конечно, яд. Особенно для детей. В тот вечер мне было очень плохо. Меня рвало всю ночь, я не могла встать на ноги весь следующий день, а потом у меня начались головокружения, очень частые. Я могла идти и вдруг упасть. Меня до сих пор укачивает даже в лифтах. Мама тогда решила – переходный возраст. Врачи говорили, что-то сосудистое. Я не вникала. Но твердо уяснила, что алкоголь для меня – это плохо. И спустя несколько лет, когда я выросла и уже стала работать… – Она сделала паузу. – Я очень много работаю, у меня большая нервная нагрузка. Так вот, я знала, что алкоголь для меня плохо, и я начала пить. Не для удовольствия, а в наказание, когда что-то не получалось. Я знаю, у многих здесь проблемы начались как раз из-за того, что они радовали себя алкоголем, убегали от сложностей в иллюзии, туда, где хорошо. А я наказывала себя. Мне надо было загнать себя туда, где плохо. Мне нравилось наказывать себя, все разрушать. Я пила, когда была недовольна собой, я хотела, чтобы мне стало дурно, чтобы я мучилась. Потом оказалось, что алкоголь давал мне не только способ наказать себя физической болью, этим мерзким состоянием, но это была еще и возможность изолировать себя, усложнить жизнь. Я стала напиваться перед важными встречами, срывала переговоры, чтобы потом носиться, извиняться, унижаться и стараться каждый раз придумывать способы все исправить. И у меня каждый раз получалось. Это был восторг, дофамин и очень крутое чувство – меня любят и ценят, несмотря ни на что. Даже если я сильно провинилась и балансирую на самом краю. Знаете, я тогда как будто расставляла для себя ловушки, падала в них и смотрела со стороны, выберусь или нет. И ведь выбиралась. И в следующий раз усложняла задания, пока однажды не сорвалась основательно. Ловушка оказалась слишком глубокой. Я пропустила момент, когда должна была вмешаться и броситься себя спасать. Наговорила лишнего конкурентам, нагрубила начальству. Пришла пьяной на встречу с партнерами. Меня уволили. Работа была для меня всем, и я тогда не на шутку испугалась. Мне стало так страшно, что я… опять напилась. Никто из моей семьи не знал, что я пью. После того как меня уволили, я почти не трезвела. Это уже был наркоз. Я просто хотела отключиться. Ничего лучше я не заслуживала. Но от близких я умело все скрывала. Просто я очень злилась на себя, и мне было жутко стыдно. Как-то раз сестра привела ко мне племянницу, чтобы я с ней посидела. Я обожаю эту малышку. Я обожаю сестру. Это главные люди в моей жизни… – Она замолчала, положила ногу на ногу, опустила взгляд и просидела так несколько минут. Потом снова подняла голову, посмотрела прямо в глаза человеку, который сидел напротив нее, и продолжила: – Сестра оставила меня со своей дочкой на пару дней. Она улетела в командировку, ее муж тоже был в отъезде. Мы играли, потом смотрели мультики, а потом… Сонечке не понравился суп, который я ей приготовила, и она наотрез отказалась его есть. Я психанула, заказала ей пиццу, а сама расстроилась и выпила. Много. Я помню, что сильно на себя злилась из-за этого всего, из-за того, что не могла держать себя в руках, не могла остановиться. Я расплакалась. Ушла в ванную, закрылась, чтобы не расстраивать Сонечку. В ванной у меня была спрятана еще одна бутылка вина. Я набрала ванну, выпила еще и, кажется, заснула… Отключилась. Племянница стучала в дверь, звала, плакала, а я ничего не слышала. Совсем ничего! Лежала в остывшей холодной воде и ничего не чувствовала. Уже ночью приехали мои родители, сломали дверь и выволокли меня оттуда. Сонечка смогла им позвонить. Представляете, что пришлось пережить ребенку? А моим маме и папе? И тогда я поняла, что могу наказывать и разрушать себя сколько угодно, но мои близкие не должны из-за этого страдать. Они этого не заслужили. Я очень сильно их люблю. Мои родители не заслужили такую дочь. Моя племянница… – Голос у нее сорвался. – Крошечная девочка не должна была в отчаянии плакать под дверью. Она так сильно испугалась, что потом пришлось обращаться к специалистам – Сонечка подумала, что я умерла, и решила, что из-за нее. Я чуть не искалечила всем жизнь. Я должна была срочно все исправить. С тех пор я не пью уже два года. Но самое главное – я постепенно стала относиться к себе лучше. Я пришла в эту программу, и мне помогли.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.