Я закрыла лицо руками, сгорая от стыда. И это притом, что я-то ничего не сделала!

— А шантажиста разыщу! И в пруду утоплю!

Голкомб вздрогнул. Судя по выражению лица, он впервые слышал, что хозяина шантажируют. А я мысленно пожелала языку фальшивого мужа отсохнуть. Да, большинство слуг покинуло «зрительный зал», но два лакея всё слышали!

Когда слуги, наконец, дотащили Его нетрезвое сиятельство до спальни, он успел «вспомнить» и плохо справляющихся с обязанностями Берков, и бригадира с фабрики, опаздывающего со сроками, и собственную матушку, которую назвал не иначе, как «старой мегерой».

— Осторожнее, милорд. Вот так!

Слуги фактически уронили его на кровать и одновременно вытерли пот.

— Хоть обувь снимите, — велела я, взирая на хмурое лицо «мужа».

— Всех уволю, — пообещал он сонно.

Отлично! Можно меня первую? Только оплатить услуги не забудьте! В двойном размере!

— А призрака выведу… на чистую… чистую…

Фраза осталась незаконченной. Лорд громко захрапел. Лакеи сняли с него туфли и торопливо покинули спальню, пока я не озаботила новым поручением. Голкомб подарил сочувственный взгляд и отправился за слугами. Мне оставалось только взирать на фальшивого благоверного и злиться. Тоже мне доблестный рыцарь! Любовницу умыкнули, а он напился с горя. Да, в последнее время на лорда многое свалилось. Но не на него же одного! У меня проблем не меньше! А Тае с Паркером и вовсе хуже, чем нам двоим вместе взятым.

Его сиятельство всё храпел, и я отвернулась. Подошла к окну. Сегодня парк казался особенно зловещим. Листьев на деревьях не осталось, и голые ветви походили на кости. Они качались, и казалось, что это чудища шевелят многочисленными конечностями. Ох, ну у меня и фантазия! С другой стороны, чему удивляться? Еще и не такое придумаешь, регулярно сталкиваясь с нечистой силой. Это Берки не боятся. Они привыкшие. А я предпочту в дальнейшем избегать подобного «опыта».

— Тая… — пробормотал лорд во сне.

А я сердито сжала кулаки, вспомнив Прайса и Саттона. Не такая уж Ребекка вертихвостка. А что? Его сиятельству можно гулять на стороне, а жене нельзя? Пусть не жалуется!

Что-то привлекло внимание в парке. Некое движение.

Я прильнула к стеклу, вглядываясь во тьму.

— Ох ты, пропасть!

Опять!

На аллее, как и в прошлый раз, стоял мерцающий Паркер. Заметив, что я смотрю, он стащил потрепанную шляпу и сделал приглашающий жест рукой. В преисподнюю, не иначе. Разве не туда отправляют лжецов? Я в страхе отпрянула от окна, а призрак покачал лохматой головой, мол, как нехорошо, миледи. И снова поманил за собой.

Колени подгибались, но я вышла из спальни и героически спустилась вниз. Нет, в парк не собиралась. Требовалась моральная поддержка живых людей.

— Кто-нибудь, — нервно позвала я, заворачивая в гостиную.

— Миледи?

Голкомб, как по заказу, сидел на диване с газетой.

— Что-то случилось? С Его сиятельством?

— Н-н-нет. Он храпит. В смысле… э-э-э… спит. Там. В парке. При-при-призрак. Он меня зовет. Хочет что-то по-по-показать.

Голкомб вскочил.

— Чей призрак?

— Паркера.

— Пойдемте, посмотрим.

Я опешила.

— Как? Сейчас? Там же те-те-темно.

— Ну… — протянул Голкомб. — Возьмем фонарь. А еще можно Берков позвать.

— Ох… — простонала я, понимая, что он настроен решительно. С Берками или нет, всё равно потащит меня в парк. Но лучше с Берками. Они хотя бы знают, как обращаться с призраками. В том числе, не слишком дружелюбными.

Вышли впятером. Мы с Голкомбом, борцы с нечистью и увязавшийся за нами Мюррей с ружьем, которое вряд ли могло помочь против призрака. Осенний холод пробрал насквозь. Или это страх закутал, словно в кокон? Я, и правда, ощущала себя в ловушке. Зачем я Паркеру? Может, его подговорила Ребекка? Сначала забрала Таю, теперь нацелилась на меня?

— Где именно вы видели призрака, миледи? — деловито спросила госпожа Берк.

— Вон там, — я махнула в сторону левого крыла.

Берки пошли первыми. За ними Мюррей с драгоценным оружием.

— Не бойтесь, миледи, — проговорил Голкомб. — Я не дам вас в обиду.

Я промолчала. Ох, еще один доблестный рыцарь. Давно ли стараниями духа взмывал вместе с лордом в воздух?

Деревья скрипели на ветру, а мне чудился волчий вой. Или плач не упокоенной души.

— Ты что-нибудь ощущаешь? — спросил господин Берк жену, дойдя до указанного места.

Она остановилась и прикрыла глаза.

— След присутствует. Но слабый.

— Да вон же он! Паркер! — завопила я истошно.

И, правда, Паркер. Намеревался завернуть за угол дома. Но промедлил. Глянул на меня и вновь махнул рукой. Мол, поторопитесь.

— Я никого не вижу, — проговорил Голкомб взволнованно.

— Мы тоже, — отозвалась госпожа Берк. — Похоже, призрак садовника показывается только леди Флеминг. Удивительно, но факт. Чего он хочет?

— Чтобы мы пошли за ним на южную сторону дома.

— Тогда не стоит медлить.

Мы шли быстро, но совсем не походили на боевой отряд. Разве что Берки могли сойти за воинов. Ружье Мюррея плясало в руках, того гляди, пальнет не туда, куда требуется. Голкомб храбрился, но я нутром чувствовала его нервозность. А я… я бы предпочла кинуться назад в спальню — под бок к храпящему лорду.

— Куда теперь?

На южной стороне темнота казалась еще гуще и опаснее. Деревья здесь повыше, а от пруда веяло сыростью. А еще безнадежностью.

— Паркер… он… он идет к…

Проклятье! Я чуть не затопала. Садовник топал прямиком к треклятому водоему, который я упорно считала зловещим и даже мистическим.

— Он идет к пруду.

— Не утонул же Паркер, в самом деле, — проворчал Мюррей.

— Возможно, кто-то ему помог, — «обрадовала» госпожа Берк.

Дворецкий смерил ее яростным взглядом, но она не отреагировала. Первая отправилась в указанном направлении. Муж засеменил следом. Остальные двинулись менее охотно. Особенно я. Появилось стойкое ощущение, что итог сегодняшнего «приключения» не понравится категорически.

Паркер остановился у кромки воды и показал пальцем на пруд.

— Мне войти в воду? — ужаснулась я.

Призрак замотал головой.

Ткнул пятерней себе в грудь и кивнул на водоем.

— Вы там? — голос осип со страху.

Паркер закивал, радуясь моей догадливости, поклонился и исчез.

— Ох… — меня трясло, будто в лихорадке. — Кажется, он хотел показать, где тело…

— Значит, нужно обследовать пруд, — изрекла госпожа Берк.

— И как вы собираетесь это сделать? — спросил Голкомб с сарказмом. — Нырнете в ледяную воду? Нынче не июль, знаете ли…

— Это не потребуется. У нас есть знакомый маг, способный поднять со дна всё, чему там лежать не полагается. Нужно лишь разрешение леди Флеминг.

— Нет, — воспротивился Голкомб. — Решение примет лорд. Когда… когда…

«Проспится», — чуть не бросила я. Но вслух сказала:

— Я разрешаю. Госпожа Берк, пошлите кого-нибудь из слуг к магу. Пусть явится на рассвете. Хочу покончить с неприятным делом поскорее.

— Но… — начал было Голкомб.

Однако я не услышала. Зашагала в сторону дома. В тепло. Он кинулся за мной, готовясь высказать аргументы. Понятно, какие. Я же не леди Флеминг и не имею право отдавать подобные приказы. Но, признаться, мне надоело плыть по течению.

— Ничего не желаю слышать, — оповестила я.

— Но лорд…

— Пьян в стельку.

— Послушайте…

— Хватит! Чего вы боитесь, господин Голкомб? — я остановилась и глянула с яростью. Жаль, он не увидел ее в темноте во всей красе. — Если вы не причастны к исчезновению Паркера, вам ничего не грозит. Или же опасаетесь, что в пруду найдут вашу драгоценную Ребекку?

— М-м-мою? — переспросил он испуганно.

— Совершенно верно. Я же не дурочка. И не слепая, в отличие от лорда. Но, по-моему, вам пора спуститься с небес на землю. Этой женщине вряд ли есть до кого-то дело, кроме себя любимой. Подумайте над этим на досуге…

Я оставила обалдевшего помощника лорда в одиночестве и почти бегом добралась до главного крыльца. Темнота больше не пугала. Адреналин в крови зашкаливал. Ух, какая я деловая! Приказала обыскать пруд, высказала, что думаю, Голкомбу. И куда подевалась скромница Ева? Неважно. Пусть там и остается. А я доведу дело до конца, чьи бы тела не подняли со дна.