Наклонившись, чтобы коснуться губами ее ароматных волос, Валлек прошептал:

— Дай мне смыть с себя дорожную пыль, и мы поговорим.

Когда Валлек вернулся из купальни — вымытый, расслабленный и одетый в удобные льняные штаны, — предзакатное солнце заливало комнату густым золотистым светом. Летний день был теплым, и он заметил, что окна открыты, ловя случайный ветерок.

Войдя в гостиную, он увидел Равенну, которая тоже переоделась после своего «приключения». Он замер. Вместо невзрачного платья на ней было нечто среднее между халатом и платьем, состоящее из множества драпировок. Бледно-розовая ткань была перехвачена на талии поясом с полудрагоценными камнями; текучий материал подчеркивал изгибы ее фигуры и длину ног. Платье было без рукавов, оставляя открытыми нежно-лиловые руки. Свои длинные волосы она распустила, и они тяжелыми волнами падали ей на спину.

Валлек невольно замурлыкал. Она выглядела как королева на отдыхе. Хильда явно заходила сюда, пока его не было — это был ее стиль. Зверь внутри ревниво поднял голову. Равенна была слишком соблазнительна в этом наряде, чтобы кто-то еще видел ее такой. Мягкие линии говорили о чем-то домашнем, интимном. И это ему нравилось. Он так ей и сказал.

Ее щеки окрасились в темно-лавандовый цвет.

— Спасибо.

Покраснела. Как мило.

Валлек чувствовал на себе ее взгляд, пока разливал вино по кубкам. Было рановато для выпивки, но он решил, что они оба заслужили это в ожидании ужина. К тому же вино придаст сил для предстоящего разговора. И все же ее настороженный взгляд напомнил ему слова Асты: «Ты должен ее успокоить».

Заметив, что она снова уселась у дальнего окна, Валлек решил попробовать. Дни разлуки доказали — он больше не вынесет такой дистанции. Если он хочет преодолеть пропасть между ними, нужно менять стратегию.

Валлек достал доску для талфона, поставил ее на обеденный стол и подвинул второй кубок к пустому стулу.

— Присоединишься? — спросил он, усаживаясь на свое место.

Она перевела взгляд с него на доску и обратно, а затем поднялась и подошла к нему. Валлек ощутил крохотный укол триумфа, хотя и скрыл улыбку, открывая коробку с фигурами.

— Уступаешь право первого выбора? — спросила она.

— Для тебя — да. И на этот раз не вздумай поддаваться.

Она поджала губы, сдерживая улыбку.

— Не понимаю, о чем ты.

— М-м. Тебе пора менять стратегию. Я больше не твой король.

— Нет? — Она не поднимала глаз от фигур, выбрав черный комплект — его любимый.

— Нет, — подтвердил он. — Я намерен быть твоим азаи.

Он потянулся через стол и взял ее руку в свою.

— Ты уверен, что это мудро? — прошептала она.

— Ни капли. И все же… я бы ничего не стал менять.

Это заставило ее наконец поднять взгляд. В ее глазах читалось искреннее удивление.

— Я только усложняю твою жизнь, — сказала она.

— А еще ты делаешь меня счастливым. — Он поднял ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони, слегка коснувшись кожи клыком. — И изводишь меня до крайности.

Но он готов был терпеть это всю жизнь, если это цена за право быть с ней.

Его зверь все еще во многом решал за него, но даже рассудительная часть Валлека признавала: они подходят друг другу. Он хотел ее, и он хотел узнать ее по-настоящему. Хотел получить шанс. Он не знал, что это принесет его королевству — несомненно, новые трудности. Но он и раньше сталкивался с вызовами.

Пока ничего не было решено. Слишком много фигур в игре. Их связь слаба. Хротгар ждет ответа. Ульрих подозревает неладное, а взор фэйри обращен в их сторону. Все эти проблемы можно было бы решить, просто избавившись от нее. Но избавиться от Равенны значило бы вырезать часть самого себя. Жизненно важную часть. Он не мог ее отпустить. Валлек найдет способ. Даже если это будет означать одиночество на троне, налоги фэйри, гнев Ульриха и борьбу с Хротгаром — пусть так. Он никогда не отступал и не собирался начинать сейчас, когда на кону было все.

Но он не решался сказать ей это прямо сейчас. В ее взгляде было нечто большее, чем просто неуверенность. В ее глазах жил страх, и он хотел его победить. В этом мире ей нечего бояться. Он не позволит. «Ты должен ее успокоить».

— Какими бы ни были твои страхи, скала, я встречу их вместе с тобой. Поведай мне о своих сомнениях.

Равенна медленно покачала головой.

— Дело в том… я боюсь, что принесу тебе лишь боль.

Валлек недовольно зарычал.

— Я готов рискнуть.

— А если я — нет?

— Тогда я буду доказывать тебе каждый день, пока ты не убедишься, что риска нет. — Валлек подался вперед, опираясь локтями на колени, чтобы держать обе ее ладони в своих. — Давай договоримся, скала. Я хочу быть твоей парой, а не королем. Поэтому я не буду держать тебя взаперти.

Ее рот приоткрылся от шока.

— Я могу уйти?

— Нет, — проскрежетал он, сдерживая рык. — Ты останешься со мной. И ради твоей безопасности, пока что, ты будешь надевать человеческое лицо, покидая эти покои. Но… да, днем ты сможешь выходить. Под охраной.

Она долго сидела неподвижно, поджав губы.

— И что ты хочешь взамен?

Валлек невольно рассмеялся. Умница.

— Я хочу правды. Всегда.

Ответ ей явно не понравился. Она высвободила руки и принялась расставлять фигуры на доске.

— Не думаю, что могу это обещать.

— Я заслужу твои секреты. Пока что мне достаточно любого твоего ответа, лишь бы он был правдивым. — Он взял комплект из розового кварца — тот, которым она любила играть. — Мне нужно знать как можно больше, чтобы защитить тебя.

Она искоса взглянула на него.

— Что произошло в пути?

Ничего не упустит. Эйдис права, из нее вышел бы грозный политик.

Сохраняя спокойный тон, он рассказал ей о корабле фэйри и о том, кого они ищут. Рассказал об обещаниях Амаранты за поимку преступницы-полукровки. Она слушала, не выдавая себя ни единым жестом, и сделала первый ход.

— Она ищет тебя? — спросил Валлек.

Равенна ответила не сразу. Ее фиалковый взор казался отрешенным.

— Я не преступница, — наконец произнесла она. — Я никогда не видела королеву фэйри и не жила в их землях с самого раннего детства.

Валлек кивнул. Он чувствовал, что в этом ответе скрыто гораздо больше, но на время этого было достаточно. Скоро он завоюет ее доверие. Заметив, как напряжено ее тело, Валлек добавил:

— Амаранта не друг Балмирре. А враг моего врага может стать союзником.

Если она шпионка, как думает Ульрих, — он переманит ее на свою сторону. Если она та, кого ищет Амаранта, — он спрячет ее и защитит. Это было не просто политикой — Равенна принадлежала ему. Лицо его пары оставалось непроницаемым, но это было неважно. Пусть переварит его негласное обещание. Когда придет время, она сама придет к нему.

— А пока… расскажешь мне, что ты знаешь о землях фэйри? Он надеялся, что эта тема будет безопасной, и не прогадал. Равенна начала увлеченно рассказывать об истории и политике своего народа. Валлек внимательно слушал, делая ответные ходы на доске. Она объясняла, что общество фэйри похоже на улей, в центре которого стоит королева. Линия королевы была древней и могущественной, но даже она должна была со временем уступить место другой.

Однако Амаранта этого не сделала. Века назад, вместо того чтобы отплыть на Близнецы — острова у западного побережья — и погрузиться в «каменный сон», возвращая себя и свою магию земле, Амаранта бросила вызов судьбе. Она истребила своих дочерей, сестер и племянниц, чтобы никто не мог ее заменить. Магии земель фэйри нужен был проводник, и Амаранта осталась единственной, кто мог исполнять эту роль.

Это усугубило проблему. Фэйри слишком сильно полагались на магию. Они отказались от еды и питья, поддерживая жизнь лишь чарами. Они увядали, их кровь чернела. Валлек с изумлением осознал, почему те воины на берегу выглядели как скелеты. Они буквально морили себя голодом.

— Ты не отказываешься от еды, — заметил он, забирая одну из ее фигур.