ПЕТРУСЬ БРОВКА

ИЗБРАННАЯ ЛИРИКА

Библиотечка избранной лирики

Издательство «Молодая гвардия, Москва, 1966

Scan, OCR, SpellCheck А.Бахарев

Содержание

От составителя. Евг. Мозольков

Утро. Перевод Я. Хелемского

Криница. Перевод В. Звягинцевой

Надя-Надейка. Перевод Д. Осина

Возвращение музыканта. Перевод А. Прокофьева

Если б мог я... Перевод А. Кудрейко

Кивач. Перевод Д. Осина

Бондарь. Перевод Д. Осина

Дубовый лист. Перевод Я. Хелемского

Журавли. Перевод Д. Ковалева

Жаворонок. Перевод Д. Ковалева

Пахнет чабёр. Перевод Я. Хелемского

Ошибка. Перевод Я. Хелемского

Жёрнов. Перевод Я. Хелемского

Тропинка в Остэр-Бее. Перевод Я. Хелемского

Александрина. Перевод М. Исаковского

«Казался веком день весенний...». Перевод Я. Хелемского

«Чуть угловата, острогруда...». Перевод Я. Хелемского

«Я знаю: красоту любимой...». Перевод Я. Хелемского

«Сентябрь засыпал все тропинки...». Перевод Я. Хелемского

«Пылают клёны у дорог...». Перевод Я. Хелемского

Слава. Перевод Я. Хелемского

«Я много знал самовлюблённых...». Перевод Я. Хелемского

Письма. Перевод Я. Хелемского

«Люблю я солнышко в зените...». Перевод Я. Хелемского

«В стихах воспето всё на свете...». Перевод Я. Хелемского

Зимнее. Перевод Я. Хелемского

«Ещё я крепок и подвижен...». Перевод Я. Хелемского

Основные книги П.У. Бровки

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ

Нежные и суровые, всегда искренние стихи, песни и поэмы Петруся Бровки

стали спутниками жизни нескольких поколений советских людей.

Ми привыкли встречать его произведения в дни наших праздников, вспоминать его лучшие строчки в часы раздумья, вглядываясь в будущее или

воскрешая в душе минувшее.

Народный поэт Белоруссии Петрусь Бровка родился 25 июня 1905 года в

крестьянской семье. Хорошо помнит он убогую, безрадостную жизнь старой

дореволюционной белорусской деревни, кабалу помещиков и кулаков, произвол и

насилие царских чиновников.

Осенью 1924 года Петрусь Бровка — председатель сельсовета. Вскоре

комсомольская организация посылает его на газетную работу в Полоцк. Здесь на

страницах окружной газеты в 1926 году появляются первые стихотворения Бровки.

С горячей песней в сердце прошёл поэт-коммунист вместе со своей страной

большой путь напряжённого творческого труда, борьбы, роста. Десятки книг

стихов и поэм Петруся Бровки, в том числе книга «А дни идут...», удостоенная

Ленинской премии, получили признание миллионов читателей. Мне вспоминается, как взволнованно звучали его стихи в годы Великой Отечественной войны.

Вызванное войной огромное напряжение сил помогло поэту открыть в себе новые

возможности. Стих его становится ещё напевней, музыкальней. В лучших его

стихах военного времени многое – от песни, в частности - от народной песни.

Любовь к земле, которая вскормила его, по которой пролегли незабываемые

тропинки детства и пути-дороги его боевой комсомольской юности, — любовь к

этой земле живёт в каждой строчке поэта.

Поэзия Петруся Бровки близка нам своими высокими гражданскими чувствами, революционным пафосом, который соединяется с самым тонким неподдельным

лиризмом. Художник, чьё творчество может служить примером боевой, политически

страстной поэзии, Петрусь Бровка написал много волнующих лирических

стихотворений — раздумий о юности и старости, любви, смерти и вечном

обновлении жизни. Мы видим, как в стихотворениях поэта последнего времени, в

частности, в сборниках «А дни идут...», «Труби, мой бор!», его поэзия

становится особенно человечной, задушевной, эмоционально богатой. Примером

глубокого и вместе с тем поэтического осмысления темы смены поколений может

служить стихотворение Бровки «Дубовый лист». Любовь к жизни, сознание до

конца исполненного долга, глубокое ощущение своей связи с будущим — вот

истоки той силы, которая сильнее страха уничтожения, которая делает

«оптимистической» трагедию смерти.

Умение установить дружескую, «интимную» связь с читателем, особый

доверительный тон обращения П. Бровки к своему современнику высоко оценил

замечательный советский поэт, обычно сдержанный в своих оценках и признаниях, Михаил Светлов. В заметке «Письмо вместо рецензии» он писал П. Бровке: «Я

тебя люблю за то, что ты умеешь беседовать. Будь ты в Полесье или в Америке, ты беседуешь со мной. Это драгоценный дар... Ценность поэта заключается в его

особенности. Когда ты говоришь... я сразу вижу тебя. Тебя, умеющего писать

только добрые книги, тебя, который может завоевать любую аудиторию».

Присоединяясь к этим словам, остаётся выразить уверенность, что самая

широкая аудитория любителей поэзии с удовлетворением примет эту небольшую

книжечку.

Евг. Мозольков

УТРО

Всё радует меня порой весенней:

Зелёный бор шумит над головой,

Сверкает над полями просинь.

Я слышу, как ступают лоси

Тропою горною на водопой.

Гремит их топот в отдаленье...

А солнце греет.

С головы до пят

Я весь теплом его объят.

Гляжу с улыбкой на восток.

Петух с рассветом протрубил, как мог, Своё «тру-гу-у»

На вымокшем лугу.

Над кучей мусора – куриный хоровод.

Петух забил крылами

Так, словно собирается в полёт

Над рощами, над вешними полями.

Я слышу бег бурлящих рек.

Среди травы негаданно раздался

Ромашек смех.

Касаются моих ресниц и век

Лучей сияющие пальцы.

Я слышу, как уходят в глубь земли

Дубов извилистые корни,

И каждый в почву врос.

Я слышу в поле дружный скрип колёс –

Мешки на пашню повезли,

Они полны семян отборных.

И храп коней я слышу утром ранним, А ветер с юга ласковым дыханьем

Уже овеял всё кругом.

И всё мне по сердцу, по нраву:

Раздолье пожней, тень дубравы,

И тракторов недальний гром,

И юной рощи обаянье,

И над родившимся листком

Кукушки первой кукованье.

Я слышу плеск озёрных вод –

То на заре проснулся сом.

Уже скворец в свой новый дом

На завтрак червяка несёт.

Птенцы клюют, очнувшись ото сна,

Встречая шумно день весенний.

Поклон тебе, бескрайняя весна,

Пора счастливых пробуждений!

1936

КРИНИЦА

В лесу под горою

Криница струится;

В прозрачной кринице

Живая водица.

А рядом – дорога,

И тень, и прохлада.

И путники рады

Студёному кладу.

Расходятся струи

По кружкам, кувшинам –

Утехою в длинном

Пути по долинам.

А по небу месяц

Проходит дозором,

А звёзды над бором

Ложатся узором.

Подпаском ходил я

Не раз на полянку,

Поил спозаранку

Трубу-берестянку;

Умывшись водою,

Студёной и чистой,

С приветом, со свистом

Играл голосисто.

Под праздник Купалы,

Сбираючи мяту,

Гадали тут прежде

О милых девчата.

Сбылось их гаданье,

Сбылось по примете:

Есть хаты, есть клети,

Есть малые дети...

Послушай: как станет

Вдруг на сердце горько,

Спустись-ка с пригорка,

Наполни ведёрко.

В лесу под горою

Криница струится;

В прозрачной кринице

Живая водица.

1940

НАДЯ-НАДЕЙКА

Плачет в лесу сиротливо жалейка:

- Стихла ты,

смолкла, Надя-Надейка!

Кто ж это думал,

как это сталось?

Чёрная темень в глазах закачалась, щёки запали,

руки завяли.

- Надя-Надейка,-

плачет жалейка,-

больше рукам твоим

жита не жать,

жита не жать,

снопов не вязать!

Пятую ночь на берёзе у хаты

низко висит она в петле проклятой.