— О, как? Мы с Тамарой ходим парой, мы с Тамарой санитары? — тихо произнесла Мари, ошеломлённая появлением магов. — Доброго дня вам, лорды. Соскучились?
Дерзкая, независимая, строптивая, она вызывала в Риллане бурю эмоций и маг шагнул навстречу, не в силах противиться притяжению. Магия рвалась принять ту, чей образ поселился в сердце герцога.
— Мари, а кто такие санитары? И что за стих, почему я его не знаю?— вклинился Рей, догоняя Элиота.
— Понятия не имею, даже не помню, где прочитала,— не моргнув, соврала девушка. В то, что она соврала, Эл не сомневался. Каким-то внутренним чутьём осознал, что ведьмочка не хочет всем делиться с Мертоном и это вызвало прилив нежности. Значит, она не попала под драконьи чары.
— Мари, ты что-нибудь понимаешь в документах и всякой канцелярщине? — неожиданно выдал Рей и Риллан напрягся. Вот же чешуйчатый, снова гнёт своё. И закралась у Элиота мысль, что дракон это делает не просто в собственных целях, но и нарочно.
— Я? — растерялась девушка и бросила взгляд на опекуна. Эл неожиданно понял, что предложение девушку почти что заинтересовало. А если так, то она точно поняла, о чём именно речь.
Маг, больше всего на свете хотел бы снова оказаться наедине с ведьмочкой, прижать её к себе и поцеловать. Вернуть то ощущение безграничной нежности и доверчивости, когда она, испуганная падением, прильнула к нему в поисках защиты. А вместо этого лорд был вынужден терпеть притязания друга, которому вдруг понадобилась именно Солар.
— А зачем это? — уже не улыбаясь, поинтересовалась девушка.
Маг не выдержал.
Сейчас эти двое до чего-то договорятся, а ему потом наблюдать, как день изо дня Рей соблазняет подопечную? Её магия, рождённая силой природы, напоминала чистый лесной родник, глоток которого ценнее золота. Дракон наверняка тоже чувствует изменившуюся ауру Солар и это заставляет его действовать согласно инстинктам. А какой самый главный инстинкт у рептилии? Размножение и сокровищница. Нет, такого Элиот допустить не мог. И пусть Мертон ректор и как бы глава над всей Академией, но ради дружбы герцог терпел достаточною.
— Извини, Мари, всё потом,— буркнул Элиот и открыл портал, в который сильным порывом ветра буквально зашвырнуло дракона, а следом самого герцога.
Разъярённые, мужчины вышли в кабинете ректора. Мертон резко обернулся, и от прежнего весельчака не осталось и следа.
— Эл, ты не находишь, что пересёк черту?
— Не смей приближаться к Мари,— четко и внятно произнёс герцог Риллан.
Сейчас он отдавал себе отчёт в собственных действиях и словах. О возможной угрозе и последствиях. Но всё это неважно. Главное, отстоять своё право на девушку, это куда важнее. Оказалось, своими пальчиками ведьма пробралась не только под край рубашки, но и крепко сжала сердце. А оно, сумасшедшее, неистово билось, стремясь как можно скорее разобраться с соперником и вернуться к своей похитительнице.
— А то что? — поинтересовался Рей. Он не шутил, но явно провоцировал. В Мертона словно вселился дух Тьмы, и Элиот уже не раз такое видел. Дракон существо гордое и независимое, порой упрямое, но точно неглупое.
— Если переступишь черту, не убью, но покалечу. И ты меня знаешь. Рей, она для меня очень важна. И не как подопечная.
Сказанное пронеслось по кабинету, проникнув в каждый стеллаж, потолочную щель и осев на полу. Казалось бы, всего одно слово, но от него задрожали стёкла, и повисла практически абсолютная тишина. Практически. Исключение — шумное дыхание двух взбесившихся магов, давно не бившихся с равными.
С мужчинами такое бывает, но разве кто-то думал об этом в сию минуту? Они смотрели друг на друга так, что казалось, сам воздух готов воспламениться. Упрямство, помноженное на соперничество за женщину, очень часто лишает мужчин разума, а иногда и совести.
Казалось, сам воздух уже трещал из-за искр и заклинаний, готовых сорваться у соперников. Но и сам Эл, ни Рей не ожидали, что им помешают.
Дверь в кабинет ректора с треском раскрылась, явив перед двумя магами запыхавшуюся ведьмочку. Её глаза полыхали гневом и тем самым голубым огнём, что проснулся сегодня после падения. Риллан залюбовался девушкой, в который раз восхитившись её внешностью, мимикой и даже казавшимся суровым взглядом.
— Я так и думала! — вскрикнула Мари, нервно откидывая упавшую на лоб прядь волос. Она сжала руки в кулаки, готовая в любую минуту броситься то ли на помощь, то ли разгонять сцепившихся магов.
— Солар, выйди, я сказала! — раздался крик Иоланты из-за спины девушки, и в проёме появилась секретарша. Разгневанная, она напоминала бешеную фурию, а не то нимфоподобное существо, которым она пыталась прикидываться в первое время своей работы.
И тут же одновременно раздалось:
— Иоланта, не смей на неё кричать! — одновременно воскликнули маги.
— Бегу и падаю! — послышалось от Мари.
— Да я тебе сейчас космы повыдергаю, ведьма! — возмутилась вслед Иоланта. Её большие глаза были полны ярости и желания навредить девушке. Секретарша шагнула в кабинет, намереваясь показать обидчицу…
— Жаба пучеглазая,— не уступала Мари и снова сжала кулаки, на этот раз повернувшись к секретарше.
Риллан направился к своей подопечной, чтобы в случае чего прикрыть её собой. А магия уже покалывала кончики пальцев, готовая спеленать излишне недовольную любовницу Рея. Бывшую, как утверждал дракон.
Случилось то, чего не ждал ни Рей, ни даже сама Иоланта. Лишь для Элиота увиденное не было новостью. Порыв ветра вытолкнул в приёмную секретаршу, раздался грохот ломаемой мебели… Тот же ветер раскидал листы бумаги, что как листья кружили, а затем опали на пол.
Потрясённая осознанием произошедшего, девушка растерянно посмотрела на опекуна, затем на свои руки…Она глотала воздух, как рыба, выброшенная на берег и герцогу это не понравилось. Тревога пронзила сердце, заставляя действовать решительно. По виду все напоминало всплеск, бурный магический выброс, на который способны новички. Но Мари не новичок и возможные последствия нужно было срочно устранить.
— Рей, я к твоим услугам, но позже,— быстро проговорил Риллан, боковым зрением поймав кивок друга. Женская стычка охладила пыл взбешённых мужчин и вернула разум.
Элиот был готов к любой ситуации, только не к тому, что обессилевшая девушка упадёт к нему на руки. По сути, магии было использовано немного, но так все странно. С этой ведьмочкой вообще нельзя делать окончательные выводы, она то и дело удивляет. Поэтому маг поспешил построить портал домой к Солар, откуда в срочном порядке был вызван самый лучший целитель. Доктор наук, чьими услугами пользовались обитатели дворца.
Глава 38. Внимательный герцог и недовольный фамильяр
Я была в шоке. В самом настоящем. Едва осознала, что назойливую Иоланту вышибло из кабинета ректора не что-то постороннее, а я сама. Сама! Почувствовала тёплую волну, исходящую из ладоней, разжала пальцы… Ну и потом случилось то, что случилось. Зрелище неприятное, но…
Элиот подхватил меня на руки. Но прежде чем я качнулась, в голове колоколом зазвучало: ведьма, ведьма…Маринка Светлова родилась ведьмой, потому что мать и бабушка тоже ведьмы. И сестра. А отец так и вовсе…маг! Но про родню-то было уже понятно, а про меня?
Ведьма в каком-то поколении. Ужас!
Это прибило мощнее, чем осознание, что вывалилась из окна и спаслась. Мне стало вдруг так холодно, что я потянулась к лорду Элиоту, обняла его рукой и прижалась лицом, вдыхая здоровый мужской запах. А когда мы шагнули в портал, то просто зажмурилась, доверившись Риллану.
— Потерпи немного, моя ведьмочка,— прошептал маг, целуя меня в висок.— Ты вся горишь!
Спасибо, что напомнил, драгоценный опекун.
Я открыла глаза, не сразу поняв, где нахожусь.
— Только в кресло,— сразу предупредила я, пытаясь протестовать, когда маг попытался уложить меня на постель.
Собственная спальня неожиданно показалась тесной, а бережное отношение герцога заставило покраснеть.