Орлов встал из-за стола и прошел в приемную – захотелось размять ноги. Вообще, надо больше двигаться, а то, как только переходишь на сидячий образ жизни, откуда-то сразу появляются лишние килограммы, бока и намек на живот. Обход собственного хозяйства очень способствует тому, чтобы эти бока и намеки исчезали.

– Я на ферму, – сказал он секретарю, надевая куртку и пытаясь найти левой рукой рукав. – Найдите специализированные журналы по пищевке, узнайте расценки на статью по спарже. Вопрос срочный, скажите, что выезжать на место не обязательно, все материалы и фотографии вышлем… – Рукав не находился, и Орлов выругался, после чего все-таки нашел его. – И еще, в «Вестях Нечаева» работает девушка, рыжая, она иногда бывает на собраниях в администрации. Узнайте номер ее телефона.

Лада оказалась права, утром Жанне позвонили из «Вестей Нечаева» и попросили о срочной фотосъемке.

Через два часа она уже находилась в детском саду и подсказывала нарядной заведующей, как сесть, куда положить руку и как улыбнуться.

– Расслабьтесь, Нина Владимировна, – щелк. – Вот так, – щелк. – А теперь посмотрите направо.

Рядом нетерпеливо с ноги на ногу переминалась Елена. Она искренне считала себя главной и решила, что сначала нужно взять интервью, но у Жанны, которая оставила без присмотра студию и задолжала Орлову фотографии с базой отдыха, было другое мнение.

– Тебе платят деньги, – едко заметила Елена, – можешь и подождать.

Такого отношения к себе Жанна не терпела.

– Извини, подруга, – ответила она, – если бы мне позвонили вчера, я бы скорректировала свой рабочий день, а так – пришлось все отодвигать на потом. И деньги тут ни при чем. У меня срочный заказ для Орлова, а гонорар там намного больше, чем в вашей газете. Так что скажи спасибо, что я согласилась.

И, надев на лицо приветливую улыбку, Жанна отправилась фотографировать заведующую, а Елена только поджала накрашенные губы.

Фотосъемка много времени не заняла, и уже полчаса спустя Жанна садилась в машину, пообещав к четырем прислать обработанные фотографии в редакцию.

До студии на машине было минут пять, не больше, но этого хватило, чтобы вернуться мыслями к вчерашнему вечеру.

Когда Жанна приехала к маме, та была одна. Они вместе попили чай, обменялись новостями, а потом мама очень тяжело вздохнула:

– Не знаю я, что делать с Яриком, Жанн, совсем не знаю. Чует мое сердце, связался он с плохой компанией. Стал какой-то резкий… Отца на него нет, чтоб ремнем по заднице прошелся.

Ярик вернулся домой в половине двенадцатого.

– Почему так поздно? Почему не отвечаешь на мамины звонки? – тут же пошла в атаку Жанна.

– А, – усмехнулся брат, – тяжелая артиллерия пожаловала. Я как бы уже совершеннолетний.

– Завтра с утра у тебя колледж, ты об этом помнишь? – расслабленность Ярика моментально вызвала в Жанне злость.

Стоит в дверном проеме здоровый лось, на лице ухмылка, в носу пирсинг, волосы окрашены перьями в блонд, ничего по жизни, кроме тусовок, не волнует.

– Да разве вы дадите забыть? – сделал шаг и вошел на кухню. – Пожрать чего-нибудь есть?

– Ты где был? – требовательно спросила Жанна.

– Где был, там меня уже нет. И вообще, я взрослый мальчик.

– Взрослый? – взвилась Жанна. – Взрослый – это тот, кто если и заявляется домой ближе к полуночи, то предупреждает об этом родных, а не заставляет их пить пустырник. Взрослый – это тот, кто учится, когда за его обучение платят. И вообще, знаешь, взрослый – это тот, кто платит за свое обучение сам. Если есть время на тусовки, то может найтись и на подработку, тебе так не кажется?

Брат выслушал тираду молча, взял тарелку, подошел к плите и стал накладывать остывший ужин.

– Все сказала? Может, я как раз и занимаюсь такими делами, которые позволят мне платить за колледж самому? В голову не приходило?

– Интересно, где это ты такими делами занимаешься?

Ярик сел за стол, посмотрел на Жанну исподлобья и молча стал есть.

Мама вскочила и засуетилась.

– Может, чайку? А, Жанн? Мы так давно не собирались втроем.

Жанна согласилась на чай. Остаток вечера она внимательно приглядывалась к брату. Мама говорила про плохую компанию. Плохая компания бывает разной.

«Лишь бы не наркотики», – думала Жанна.

На первый взгляд никаких явных признаков. С остальным они как-нибудь справятся. Наверное.

Весь обратный путь до дома Жанна размышляла о том, каким образом можно узнать что-то о жизни брата подробнее. Раньше он таким не был. Поздний переходный возраст? Влияние новых друзей? Пора самостоятельности и крутизны? Так это до первого инцидента, пока не получит по ушам знатно.

Шел уже первый час ночи, и улицы города были пусты. Жанна закурила.

На перекрестке оказалось, что не одна она в столь позднее время катается по Нечаеву. Перед Жанной, ожидая зеленый, стоял старый «форд-мустанг» – прекрасный гоночный автомобиль. Машина Степана. Было удивительно узнать, что этот большой лысый дядька рассекает на гоночной машине. Ему скорее подошел бы огромный черный джип, но… Степан любил машины и понимал в них толк. А еще ему было плевать, кто и что про него скажет. Этим Степан очень нравился Жанне.

Заметив ее, он мигнул фарами, мол, привет.

Жанна в долгу не осталась и тоже мигнула. А потом, миновав перекресток, Степан дал себя обогнать. Весь последующий путь он следовал за Жанной. Когда она припарковалась у подъезда, то, прежде чем направиться к дому, подошла к «мустангу». Степан опустил стекло.

– Привет, – сказала она. – Ты решил за мной последить?

– Я решил за тобой приглядеть. Поздно уже, самое время для придурков. Пойдем, провожу до квартиры.

– Ты серьезно?

– Вполне, – хмуро ответил Степан, поднял стекло и вышел из машины.

Жанна попыталась отшутиться, но Степан лишь сказал:

– Смотри вперед.

Он действительно проводил ее до квартиры и, когда она открыла дверь, бросил:

– Пока, – и быстро спустился по лестнице.

Вот ведь. Жанна вздохнула. Хороший мужик. Кому-то здорово повезет.

Воспоминания о вчерашнем вечере, вернее, ночи были так свежи, что, задумавшись, Жанна проморгала поворот к студии. Пришлось разворачиваться.

Она едва успела припарковаться и открыть дверь своей мастерской, как пришла мама с ребенком. Требовалось фото для спортивной секции.

После них пришел мужчина. Сорок пять лет, фотография на паспорт.

И только после мужчины Жанна принялась за фотографии из детского сада, а затем и за оставшиеся кадры с базы отдыха.

Ровно в четыре вечера материалы были отправлены в «Вести Нечаева», а ближе к шести – секретарю Орлова.

Статью с опросом про прививки Лада сдала утром. В обед она съездила в магазин «Фокус Феи» и сфотографировала интерьер. Продавец была та же, и Соня ее предупредила, поэтому трудностей не возникло. Лада еле удержалась, чтобы не прихватить с собой нежную голубую чашку. И позже похвалила себя за выдержку. Она и так выбилась из бюджета.

После обеда в редакции снова встал вопрос о необходимости написать статью про реконструкцию городского парка и почти сразу же снова был отложен до лучших времен, потому что кто-то позвонил Рудику и сообщил главреду о том, что на орловской туристической базе отдыхает Фрол Пиотровский.

Рудик вдохновился:

– Нам нужно интервью с ним! Это ведь такое событие для нашего города!

– Да-да! – тут же подхватила Елена. – Это будет бомба. Фрол Пиотровский и в наших краях.

Прекрасные глаза тронуло мечтательной поволокой. Думать надо: где Фрол и где Рудик.

– На интервью с дамой он согласится быстрее, чем с мужчиной, – размышлял тем временем главред, – поэтому поедет Лада.

– Почему Лада? – тут же возмутилась Елена. – Вячеслав Юрьевич, вы мне не доверяете как журналисту?

Прекрасная надула губы и готова была устроить сцену. Ну надо же!

«Он не доверяет тебе как женщине, – подумала Лада. – Ревнует».