Хешке подошел к столу, занял стоящее возле него кресло и какое-то время потратил на изучение блюд и приправ. Потом взял в руки чайничек и, очарованный лучистым поблескиванием материала, его теплой золотистой окраской, совершенством формы, наполнил чашку желтой жидкостью лимонного оттенка. И тут же выпил до дна, пораженный незабываемым, несравненным вкусом напитка. И только наливая себе вторую порцию, обратил внимание на мастерское изготовление чашки. Она была сделана из легкого, словно пух, материала, напоминающего кость, но тонкого и хрупкого чуть ли не до прозрачности. И на ней не было никаких украшений: совершенство формы не требовало подчеркивания.

Хешке понял, что он оказался в руках людей, которые знают, как услаждать себе взгляд.

Голодный, как волк, он набросился на еду: смесь остро приправленного мяса, соуса и почти лишенных вкуса белых зернышек, которые он не мог идентифицировать. Поначалу он скривился, так как еда оказалась едва теплой, а он терпеть не мог холодной пищи, но тут же с аппетитом уничтожил все содержимое тарелки.

Удовлетворив голод, он почувствовал себя значительно лучше. Беспокоящие мысли, что он оказался в руках недоумков, не удавалось заглушить довольно долго, но сейчас Хешке гораздо сильнее занимала необычайность его положения.

Они его не убили и, вроде бы, убивать не собираются. Теперь все представлялось значительно лучше, чем до этой необычной встречи.

Хешке внимательно осмотрел помещение. Оказалось, что пропорции четыре к одному могут производить очень приятное впечатление. Хешке подумал, что ему никогда не пришло бы в голову придать комнате именно такую форму, и все же что-то в этом было: помещение доставляло эстетическое удовлетворение. Недоумки они или не недоумки, подумал Хешке, но художественным вкусом обладают наверняка.

Он вспомнил Блэйра Обломота и его яростные речи в защиту недоумков. И почувствовал боль в сердце. Бедный Блэйр.

Неожиданно Хешке понял, что слышит еле уловимый рокот машин, доносящийся из-под пола. У него создалось впечатление, что помещение двигается вверх, слегка клонится на сторону и тут же восстанавливает равновесие.

Ну, ясно! Он находится на борту какого-то транспортного средства.

Хешке прошелся вдоль стен, выложенных горизонтальными листочками цвета меда, и остановился перед устройством, возле которого недавно стоял недоумок. Устройство, опирающееся на массивное основание, напоминало умывальник. Когда Хешке приблизился к нему, плоский серый экран наполнился нейтральным светом, и на нем появились слова:

ТЫ ЛЕТЕТЬ МЕЖЗВЕЗДНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Чисто функциональное написание букв было лишено какой-либо индивидуальности. Далее следовала схема, состоящая из сильно и слабо выделенных точек, на которые накладывался целый ряд концентрических окружностей. От центра оторвалась стрелка, которая медленно двинулась к краю схемы, а потом пунктиром ушла в пустое пространство.

Хешке понял, что перед ним находится карта неба, но, будучи дилетантом в астрономии, не смог по ней ничего прочитать.

Он подождал немного, но никакой новой информации на экране не появилось. Но и увиденного ему было достаточно, чтобы почувствовать парализующий страх. Его цивилизация еще не располагала средствами для межзвездных перелетов, хотя и изучила довольно хорошо околицы родной планеты вплоть до системы Сатурна. Сам факт, что недоумки пользуются столь совершенной техникой, болезненно ранил расовое самосознание Хешке, который подсознательно пытался выявить в своих похитителях черты интеллектуальной или духовной ущербности, которые должны были являться характерным признаком всех недоумков.

Погруженный в размышления, он бродил туда-сюда по комнате. Машинально толкнул двери, через которые вышел его надсмотрщик, потом потянул за ручку. К его изумлению, дверь легко поддалась, уходя в стену.

Он выглянул в пустой коридор, выложенный такими же медового цвета пластинками, как и его комната. И заколебался. Может, недоумок забыл запереть двери? Он все же вышел из помещения и побрел по коридору, настороженно озираясь, полный абсурдного чувства вины, убежденный, что спустя мгновение кто-то обязательно остановит его.

Коридор кончался круглым залом, от которого радиусами разбегались другие коридоры. Хешке тихонько крался вдоль стены и по очереди заглядывал во все проходы. И неожиданно оцепенел: по коридору с правой стороны к нему шел недоумок, которого Хешке ранее не заметил.

Хешке решил не оказывать сопротивления и с беспомощно опущенными плечами стоял, поджидая недоумка. Недоумок замедлил шаги и взглянул на него с интересом пытливого исследователя. Потом жестом, явно означающим приветствие, поднял руку, слегка поклонился и пошел дальше.

Хешке недоуменно уставился ему вслед.

– Гражданин Хешке!

Археолог испуганно обернулся. Голос принадлежал лейтенанту Ганну, который почти что бегом приближался еще по одному из коридоров.

– Слава Земле, что я вас отыскал, – произнес Титан, запыхавшись. – Я боялся, что с вами что-нибудь сделали.

– Так вы тоже свободны?

Титан кивнул.

– И Аскар тоже. Этим дьяволам все без разницы: они отдали нам весь корабль.

– Но почему?

– Понятия не имею. Если пытаться понять мысли недоумков, то можно голову сломать. Наверное они хотят понаблюдать за нами, когда мы этого меньше всего ожидать будем.

Титан осмотрелся по сторонам, обшарил глазами стены, пол, потолок, явно надеясь отыскать подслушивающие устройства.

– А где Аскар? – спросил Хешке.

– У себя в комнате. Погрузился в депрессию, сидит и отказывается разговаривать.

Хешке внимательно поглядел в глаза Титану. Он подметил признаки нервного истощения. Ганн был сообразителен и хорошо обучен, но и он оказался подверженным нервному стрессу: в конце концов, согласно идеологии, которую он исповедовал, он оказался в самом сердце ада.

– Пойдемте, – подтолкнул Хешке лейтенант. – Если мы будем двигаться, нас окажется труднее подслушать.

Он потащил Хешке за собой вглубь одного из коридоров, крупно шагая и бормоча тихим, нервным шепотом:

– Только тихо, – предостерег он. – Мы не должны их настораживать.

– Вы что-нибудь знаете? – заинтересовался Хешке.

– Мы летим в межзвездном пространстве. Корабль, очевидно, располагает аппаратурой, дающей возможность одновременно перемещаться и в пространстве, и во времени. Мы всегда подозревали, что у чужаков что-то такое имеется. Так или иначе, но то, что с нами произошло, противоречит теории Аскара, будто чужаки являются землянами.

– Чужаки? – удивился Хешке. – Но ведь...

Ганн взглядом заставил его замолчать.

– Это же очевидно. Недоумки работают на чужаков. Это как раз в их стиле. Нас наверняка собираются доставить на какую-то базу.

Да, подумал Хешке, для него это очевидно, поскольку укрепляет веру в Мать Землю, очищает ее от подозрения в измене, что было бы, появись на ней две равноправных коренных расы.

Даже сам Хешке, хотя и не был согласен с доктриной, все же видел в рассуждениях Титана определенный смысл.

– Но почему вы так уверены? – спросил он. – Может, это работа самих недоумков?

Ганн ответил не сразу. Он сначала внимательно огляделся по сторонам, настороженно размахивая руками.

– Не думаю, гражданин. Вы сами видели высокий технический уровень этого корабля. Невероятно, чтобы его построили недоумки. Значит, они должны были сами открыть возможность путешествовать во времени, а для этого требуется гений. Деградировавшие расы не располагают таким мыслительным потенциалом. Они могут проявлять умение, это верно, но не гениальность. Так что, гражданин, за этим, наверняка, кроются чужаки.

Это тоже звучало похожим на правду. Хешке пришлось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за Титаном. Но в то же время, если признать правоту Ганна, это означало бы, что во вселенной действует гигантская тайная сеть, направленная против Подлинного Человека...

Ганн опять подтолкнул его, увлекая в боковой коридор. Они миновали то ли зал, то ли холл, в котором группа недоумков, стоящая возле стенного экрана, изучала какие-то таинственные кривые. Недоумки негромко спорили, лишь на мгновение прервав беседу, чтобы скользнуть глазами по проходящим людям.