Никто не проронил ни слова и не двинулся с места. Люди глядели на Фульциния, ожидая приказов, безоговорочно вверяя свои жизни в его руки. Сальвий дал им надежду, но такую призрачную, что полагаться на нее было нельзя.
«Ну, что тут можно сделать?».
Фульциний еще раз оглядел обитель. Высокий дом, больше похожий на башню, полукругом охватывала стена почти двадцати футов высотой.
«Влезть на нее без лестниц будет трудновато. Ворота… Ничего, крепкие такие ворота. Тому, кто захочет их выбить, придется повозиться. А это что там такое?»
В дальнем конце двора громоздилась куча битого камня. Какая-то пристройка, то ли амбар, то ли конюшня. И ее разломали для каких-то надобностей. «Это нам может пригодиться. Так…»
— Женщин и детей в башню! Запритесь там и чтоб носа не высовывали! Эй, а вы куда?! Да, ты! Как звать?
— Анк Плоций, господин! Я мирный торговец из Мевании, я всего лишь…
— А эти?
— Мой сын и племянник, господин солдат. Спурий и Секст. Мы здесь…
— Галл! Бери себе этого Плоция и его ребят. Вон те камни тащите на стену, туда где ворота. Валите как придется, но чтоб их было много!
Плоций пытался что-то сказать, но Галл заорал на него не хуже центуриона, и дело пошло. Видя, что у женщин от страха ноги приросли к земле, и в дом никто не спешит, Марк обратился к Зенобии.
— Мне некогда с ними возиться. Прошу тебя, позаботься о них. Уведи всех в башню! А своих сестер пока оставь тут.
Мать настоятельница смерила его тяжелым взглядом, явно не собираясь выполнять указания, но тут же вмешался Феликс.
— Зенобия, делай, как он говорит! Марк — опытный воин, он лучше нас всех знает, что надо делать. Во имя Господа, повинуйся ему!
— И от жреца польза бывает… — пробормотал Фульциний, видя как быстро Зенобия наводит порядок среди женского населения обители.
— Вы двое, — бросил он жмущимся у колодца сестрам, — помогайте Галлу, пока не появятся варвары. Потом — быстро в башню. Проныра! Бери этих двоих, укрепляйте ворота. Чем? Задницей твоей! Вон хоть те доски тащите! Ливия! А ты почему не в башне?!
— Ни в какую башню я не пойду. Я буду сражаться рядом с тобой.
Миг он смотрел ей в глаза. Щеки девушки раскраснелись, ноздри раздувались от волнения.
«Все равно всем умирать. Так какая разница?!»
— А, пес с тобой! К воротам!
Святой отец, не ожидая команды, тоже схватился за доску. Работа кипела. Обитель готовилась к бою.
Многого сделать они не успели, крепкие дубовые ворота перегородили телегой Плоция и старыми досками, да натащили на стену груду камней. С отъезда Сальвия не прошло и получаса, как улицы покинутого города наполнил грохот копыт и грубые голоса варваров. Отряд Гундобада вошел в Карсулы.
Фульциний немедля отправил монахинь в башню, а сам, вместе с Пронырой и Галлом, поднялся на стену, укрывшись до поры за низким парапетом. Галл натянул тетиву на свой лук. Стрел у него было всего с десяток, но хоть будет чем варваров угостить.
Те, кто возводил эту стену, строили ее с расчетом на оборону, но они явно не предполагали, что защитников будет так мало. Утешало одно — вряд ли варвары имели хоть какое-то осадное снаряжение, а значит, взобраться на стену им будет непросто. Но что это изменит, когда они высадят ворота?
Топот копыт приближался. К несчастью, обитель стояла недалеко от северного конца Карсул и конный отряд неизбежно должен были проехать мимо нее. Так и случилось. Ржание коней, звон упряжи и гул голосов раздались совсем близко. Варвары остановились подле обители, переговариваясь на своем языке. Затем зычный голос прокричал на латыни:
— Эй, кто там есть! Открывай ворота!
Фульциний выдохнул и медленно выпрямился во весь рост. Солнце блеснуло на шлеме и лорике. Опершись о парапет, он посмотрел вниз. Не меньше тридцати конных столпились на улице. Их лошади переминались с ноги на ногу, нетерпеливо фыркая. Длинноволосый варвар с перебитым носом без шлема, но в кольчуге и дорогом плаще, хмурясь, глядел на ворота. Похоже, их предводитель.
— Что вам здесь нужно? — громко спросил Марк, стараясь придать голосу надменность и твердость. — Эта обитель находится под защитой Рима.
Голоса смолкли. Варвары, как один, уставились на него.
— Чего? — их командир хрипло рассмеялся. — Ты кто такой будешь?
— Я — Марк Фульциний, военный трибун армии Марка Лициния Красса. Кто вы такие и что делаете на землях Рима?
Теперь хохотали все варвары. «Ничего. Потянем время, а там видно будет».
— В общем так. Мы тут ищем одну девчонку. Зовут Ливия Паулина. Есть тут такая?
— Нет!
— Да ну? А кто есть? Кончай болтать, да отворяй ворота. Сами посмотрим.
— Сюда вам не войти.
— И кто нам помешает? Ты что ли?
— Я и мои солдаты.
Предводитель придержал горячего коня и с интересом посмотрел на Фульциния.
— И много вас там?
— Для вас будет достаточно.
— Да что ты говоришь! А ну-ка покажитесь. Может, мы так перепугаемся, что удерем, куда глаза глядят, а перед этим прощения попросим?!
Последовал новый взрыв смеха.
— Да что с ним толковать? — выкрикнул кто-то. — Сломаем ворота да глянем что там за птички!
Фульциний быстро оглядел вражеский отряд. Есть ли у них луки? Луков видно не было.
— Ну что? Сами откроете или как?
— Вот что я скажу тебе, варвар — убирайся, пока цел! В обитель вам не войти. Сюда идет римская армия и, если не поторопитесь, вас перебьют как собак!
— Слыхали, как крыса запищала? — варвар обернулся к своим. — Ну да мы сейчас вытащим тебя из норы, посмотрим, как ты тогда запоешь! А твою башку, римская крыса, я сам отвезу Гундобаду. Ломаем ворота!
С десяток варваров загарцевали под стеной, явно примериваясь влезть. Остальные спешились, дружно подхватили валявшийся на дороге обломок колонны и бегом бросились к воротам.
— Давай! — заорал Марк, хватая увесистый булыжник.
Галл поднялся во весь рост, мгновенно натянул лук и пустил стрелу. Один из всадников с криком полетел в пыль. На него не обратили внимания. Варвары с хэканьем раскачали колонну и бухнули в ворота. Створки затрещали.
Марк и Проныра яростно швыряли вниз камни. Рухнул, обливаясь кровью из пробитой башки, лохматый верзила, осел на землю лысый толстяк в чем-то похожем на шкуру. Тщательно прицелившись, Галл вогнал стрелу подмышку еще одному. Варвары не удержали колонну, она грохнулась, едва не отдавив неудачникам ноги. Ответом был злобный крик.
Всадники отпрянули от стены и схватились за дротики, Фульциний успел увернуться, Галла же лезвие только что не причесало. Все трое скрылись за парапетом.
— Кусайся, римская крыса! Кусайся, пока можешь! — вождь бургундов захохотал. — Навались, навались, ребята! Раскачивай!
Место раненых и убитых мгновенно заняли их товарищи. Те, у кого были щиты, прикрывали их как могли. Новый удар обрушился на ворота. Фульцинию показалось, что старинный дуб всхлипнул. Оставалось недолго.
— Вниз! К воротам!
Скатившись со стены, Фульциний мельком глянул на бестолково мечущихся у телеги людей.
— В башню все! Сейчас здесь будет жарко.
Плоций и его мальчишки не заставили себя уговаривать. Ливия упрямо осталась стоять. Марку показалось, что она готова заплакать.
— Они ищут меня, — прошептала она, пряча глаза. — Если вы согласитесь…
— Выдать тебя? Так они нас и помилуют! Чем это ты им насолила? Жаль, узнать не успею.
— Ливия Паулина, — пробормотал жрец, — Ну конечно! А я-то, старый дурак, не узнал тебя…
— Дай мне меч, — неожиданно сказал он.
— Чего?!
— Не думал, что снова возьму в руки оружие, но, видно, пути Господни неисповедимы! Грех сей велик, но Бог меня простит. Я надеюсь.
Фульциний протянул ему меч Сальвия. Святой отец перекрестился, обмотал левую руку плащом и обнажил клинок.
«А ведь ты не всегда был жрецом», — с удивлением подумал Фульциний, увидев знакомую стойку.