Не слыхали про историю Красавина? Да, там страсти были прямо шекспировские… Отелло, Гамлет и кое-что местное в одном бокале. Коктейль из страсти, любви, крови и прочего. А началось с того, что женился господин Николай Красавин шестидесяти лет на девушке шестнадцати лет. То, что он ее захотел, понятно, а родители против ее воли заставили ее пойти замуж. Она же любила другого, но родители были против ее возлюбленного. Она смирилась. Красавин же своих сил с задачей не соотнес и быстро понял, что занялся непосильным. Как в постели, так и в хозяйстве. У жены энергии было много, ей хотелось и на бал сходить, и еще куда, а муж больше желал дома сидеть и, опрокидывая рюмочку, пасьянс раскладывать. Но и в таком положении ничего жуткого нет и жить можно по-людски. Но Красавин решил, что жена ему должна изменять, раз он совсем ни на что не способен, и стал ревновать буквально к фонарному столбу. Хотя абсолютно попусту. Сходил с нею на бал, пару раз молодые люди потанцевали с женой, ибо он по причине подагры танцевать не рисковал, так он потом скандал ей устроил – дескать, позоришь мужа прилюдно, в танце с любовником обнимаясь и бесстыдно прижимаясь! Ну и так далее. И сей околотверской Отелло стал за ней почти что круглосуточный надзор вести, как за опасным преступником. Придет домой – ее побьет, чтобы жизнь медом не казалась. Сквалыжничает, чтобы она, не дай боги, копейки на себя не потратила, ночью, когда она заснет, привязывал ее за ногу к кровати, чтобы она к мифическим любовникам не сбегала на разврат. Всех его издевательств и извращений запомнить невозможно. Вообще-то такому патологическому ревнивцу на пустом месте самое место в желтом доме. А тут на побывку со службы приезжает пасынок Красавина (это сын его первой жены, ныне покойной, но от другого брака). Корнет драгунского полка. И замученная мадам Красавина решила, что влюбилась в него. Я вообще полагаю, что это был какой-то самообман ее измученной души, благо Красавин-старший на время побывки пасынка свои фокусы перестал выкидывать. И вроде как перед отъездом корнета обратно в полк она открылась молодому человеку, что любит его, а муж ее только мучит и тиранит. Корнет же, по ее мнению, ответил, что готов разделить с нею любовь и прочее, но не может этого сделать, ибо она жена его батюшки. И я опять же думаю, что сказано было не так, а как-то уклончиво, но измученная мадам Красавина поняла все так, как ей хотелось бы понять.
После отъезда пасынка Красавин-старший с удвоенной силой начал свои фокусы показывать, и так усердно, что жена выдержала всего недели две и отравила его. Отравления не заподозрили, Красавина похоронили, а вдова попыталась объясниться с приехавшим на похороны пасынком – дескать, когда они смогут, соблюдя приличия, соединиться? Он же удивился – а с чего она взяла, что он такое должен сделать? У него есть на примете барышня, на которой он жениться собирается, а ей он никаких обещаний не давал, да и жениться на вдове своего батюшки считает дурным тоном. Мадам Красавина впала в нервное расстройство, пошла в комнату мужа, взяла его револьвер и выстрелила в корнета. Девушка она была хрупкая, но в ярости смогла удержать тяжеленный сорок четвертый калибр и даже попасть в цель. Дальше – полиция, следствие, тюрьма, где она проговорилась про мужеубийство… Корнет служить больше не смог – так ему тазобедренный сустав разворотило, что в машине он только полулежа ехать мог, а про лошадь и вовсе забыть пришлось. А дальше был суд. Обвинение требовало казни, ибо убит один, искалечен другой, и скорее всего – все это с корыстной целью. Защита напирала на полную невиновность, апеллируя к глубинам психологии и намекая, что муж, тиран и ревнивец, довел жену до умопомрачения. Полгорода Твери сидело в зале суда и, раскрыв рты, внимало изучению грязного белья семьи Красавиных. И потом с полгода обсуждало подробности и смаковало детали.
Суд, слава богам, оказался, по моему мнению, справедливым. В убийстве тирана-мужа он ее оправдал, а вот за увечье корнета отправили ее в узилище на долгий срок. Тому уж десять лет минуло, а она все еще не вернулась оттуда… Да, наделали дел ее шибко разумные родители и сладострастный старец Красавин…
За воспоминаниями дорога закончилась быстро. Сдав пистолет дежурному, я прибыл в кабинет к Солнцеву. Он с трудом поднял голову и устало поздоровался со мной. Кажись, я не ошибся в прогнозе, что сидели они и копались в вещах аж до полуночи. Мне стало слегка неудобно, хоть виноват в этом был не я, а кровосос.
– Вас желает видеть частный пристав. Мне Иван Фомич поручил, как только вы явитесь, подойти к нему в кабинет с вами.
Интересно, что мне Иван Фомич скажет? За что разнесет? За самочинное залезание и рытье в подвале? Или что я им плешь проел пожеланием утопить амулеты? За великие беспокойства вслух разносить не будут, просто подумают: а не мог бы я вовремя притупить свою бдительность…
Но я не угадал – разноса мне не было, а только всячески благодарили за избавление полицейского управления от неминуемой опасности. Оказалось, часов в шесть вечера амулеты повезли на берег Самары топить в текучей воде. У полиции для разных нужд есть и машины, есть и моторные лодки. Вот команда полицейских и выехала на лодке на середину реки и стала открывать коробки и сбрасывать амулеты в воду. Последним в воду полетел тот самый шар. Едва над ним сомкнулись не очень прозрачные (ну очень много самарских загрязнений их замутняет) воды, как произошла вспышка под водой, как будто бы там мощный прожектор включили. Вода маленько забурлила, как в чайнике, запахло чем-то горелым, но взрыва не произошло. Зато вода стала черно-бурой в диаметре метров пять. Всплыло много дохлой рыбы, кое-какая была вроде как подпаленная. Полицейские на лодке представили, что было бы, если бы вспышка была на палубе, решили, что погорели бы они к демонам, и тихо офигели.
Чуть позже офигело начальство, а особенно те, кто знал про историю с Западной улицей. Особенно неуютно становилось начальству, когда оно представляло себе эту вспышку в магической кладовой управления.
Мне трясли руку и говорили слова благодарности, а я тоже представил, как этот шарик сработал бы в квартире, когда я там был, и в свою очередь офигел…
Затем мы с Солнцевым отправились в кабинет разные бумажки писать и подписывать. Когда офигение прошло, я подумал, что теперь связь между убийством в гостинице, происшествием на Западной и нехорошей квартиркой можно считать вполне доказанной. А значит, в дело может и Борщов включиться. Лучше это будет или нет, сказать не могу, ибо не знаком с профессионализмом Борщова. Болтун он изрядный, но это может быть не единственным его качеством. Улучив момент, я намекнул Андрею Андреевичу про найденный в квартире «чекан» и возможность его получить как трофей. Андрей Андреевич глянул на меня, возможно, поразился моей алчности, но вслух про нее ничего не сказал, а сообщил, что он поставит вопрос об этом перед начальством. Он лично думает, что ни пристав, ни полицмейстер, ни судья возражать не будут. Надо будет только отследить, нет ли за стволом криминального прошлого.
Я поблагодарил и продолжил писать бумагу. Писание и подписание заняло у меня часа два, после чего я покинул управление. Устроился на круглой площади в тени и стал размышлять о происшедшем вчера и сегодняшних новостях. Размышлял я довольно долго, ибо ждал полудня, когда надо будет идти за заказами в редакцию. По моим размышлениям выходило, что в городе была команда из двух субъектов, явно связанных с Не-мертвым. Один из них не то человек, не то нелюдь с некоторыми магическими способностями. Второй – вампир.
Возможно, им помогали здешние жители из аборигенов, которые подрабатывают осведомителями для разных аборигенских государств. Задачи у них были явно разнообразными, судя по их действиям и наличию этих вот «шаров». По «шарам» я все же склоняюсь к мысли, что они скорее многофункциональны, а вспышка, которую они дают, – не портал, а взрывоподобное мгновенное высвобождение запаса Силы из амулета. Возможно, он происходит случайно, так как существуют нестабильные магические предметы. Возможно, диверсионное использование этих «шаров» также предусматривалось. Не очень ясен вопрос с купцом в гостинице – это входило в их план действий (скажем, купец должен был им привезти некий товар) или это их самодеятельность с целью личной наживы.