– Хочу предложить тост за вас, ребята. – Голос Иры и рука Кирилла, сжавшая под столом ее колено, помогли Лиле вернуться к реальности. – Вы преодолели десятки препятствий, остановили плохого парня и… – Полурусалка замолчала, подбирая слова. Им с Валиком рассказали подготовленную Советом версию, что одержимый в паре с приезжим вампиром убивали ведьм и оборотней из чувства мести и расовой ненависти. Подобную полуправду скормили и остальным полуночникам. – И при этом остались целыми и невредимыми, – закончила блондинка. – За вас, вы – мои герои!

Макарова горько скривилась: ну-ну, целыми и невредимыми. Заметив краем глаза тревожный взгляд Кирилла, стерла циничное выражение с лица и безмятежно улыбнулась, сделав глоток вина.

Вервольф ловил малейшие изменения в ее настроении, и это начинало раздражать. Чрезмерная опека напрягала. Да, его заботливость приятна, но порой хотелось остаться одной и подумать, осознать, просто всплакнуть. А он не оставлял ее надолго даже в ванной – начинал беспокоиться, если задерживалась дольше четверти часа. Неужели боится, что она что-то сделает с собой?! А еще были ночи, полные нежности и… целомудрия. Кир спал в соседней комнате, оберегая ее сон, готовый явиться на ее малейший писк и вырвать из лап кошмара. И то, что он носился с ней как с хрустальной вазой, также безмерно раздражало. Наверное, она неблагодарная дурочка.

Лиля подавила вздох и прислушалась к разговору за столом. Решение отметить Ирин день рождения дома у Лили позволило ей поздравить подругу и не нарушить режим, навязанный Давидом.

Щебетание неунывающей Ирки и мягкая деликатность вампира возвращали ощущение нормальности. И можно было хотя бы на время забыть об увиденном и пережитом.

– Мы, наверное, пойдем, – решил Валик и объяснил для Иры: – Лиля устала, почти засыпает. Да и дождь усиливается, так что нам пора.

Полурусалка тактичностью не отличалась, но суждениям вампира в последнее время доверяла. Поэтому, тяжко вздохнув, принялась собирать свои подарки.

Лиля хотела предложить ребятам остаться на ночь, но звонок в дверь отвлек ее.

– Кто это там? – буркнула Ира. – Мы никого не ждем.

– Ты, может, и не ждешь, – возразил вампир, – не говори за всех.

Кир встал из-за стола и пошел открывать. Парень в мокрой форме курьера доставил посылку для Лили Макаровой.

– Ну что там? – От любопытства Ира не находила себе места. – Открывай скорей!

– А это тебе, – озадачилась хозяйка квартиры, протягивая имениннице открытку и продолговатую бархатную коробочку.

– Мне? – Блондинка моментально вцепилась в протянутые предметы и стала читать: – «С днем рождения, Ирина! Пусть все твои мечты исполняются в срок. С любовью, Кассандра».

– Ого! – только и смог произнести Валентин. На его памяти вампирская ясновидящая никому не отправляла поздравительных открыток.

В подарок Кассандра прислала серебряный браслет в виде змеи, который Ира присмотрела в магазине сувениров «Заморские гостинцы».

– Так вот кто меня опередил! – догадалась Лиля. – А я за ним возвращалась, но Кассандра оказалась быстрей.

– Да ладно тебе, твой комплект нижнего белья тоже классный, – великодушно успокоила подругу полурусалка и застегнула браслет выше локтя. – Правда, прелесть?

В дверь снова позвонили. Лиля переглянулась с Киром.

– Может, курьер что-то забыл? Я вроде бы расписалась в получении. Пойду посмотрю.

– Я с тобой, – кивнул оборотень.

Лиля недовольно закусила губу, но не возразила. И чтобы позлить парня, не глядя в глазок, открыла дверь. И оцепенела. Светлые волосы, спускающиеся до плеч и завивающиеся кольцами из-за дождя, лучистые серо-зеленые глаза и мягкая улыбка. Женщина в возрасте чуть-чуть за тридцать – не красавица, но для нее самая прекрасная на свете.

Лиля проглотила вставший в горле ком и помотала головой, прогоняя видение. Увы, женщина, как две капли воды похожая на ее мать, не исчезла. Девушка разозлилась: ангел Смерти ведь обещал больше никогда не принимать ее облик!

– «Костюмчик» не жмет? Ты ведь говорил, что больше никогда его не наденешь!

Женщина удивленно приподняла брови:

– Лиля, детка, у тебя температура?

Макарова ощутила легкое головокружение: голос, интонация характерны лишь для одной женщины. Единственной живой родственницы.

– Бабушка? – пораженно выдохнула она, делая шаг назад и упираясь спиной в торс оборотня. – Это ты?

– А что? Сильно изменилась? – Макарова-старшая кокетливо поправила рюши на груди. – Так что ты там говорила о моем костюме?

Бабушкин гардероб раньше состоял из строгих деловых нарядов серого и черного цвета. Сейчас же Лиля окинула взглядом ее красную брючную двойку с белоснежной блузкой и нерешительно кивнула.

– Тебе идет. Ба, а что ты с собой сделала?

Полина Ивановна выглядела моложе раза в два, вряд ли у внучки теперь повернется язык называть ее бабушкой.

– Прошла ритуал омоложения, – объяснила женщина. – И процесс продолжается, скину еще годков десять – пятнадцать – и остановлюсь на достигнутом.

– Хочешь выглядеть моей ровесницей? Может, еще и замуж выйдешь? – Вопрос прозвучал грубо.

– Может, и выйду, – усмехнулась Полина и наконец обратила внимание на Кирилла. – Молодой человек, будьте так любезны, занесите чемоданы в дом.

Старшая Макарова величественно вплыла в коридор. Лиле и Кириллу пришлось последовать за ней. Через полчаса, проводив вампира с полурусалкой, они втроем перешли на кухню: пара заняла мягкий диванчик, а старшая ведьма, непринужденно закинув ногу на ногу, уселась на стуле напротив них.

Взгляд Полины Ивановны – насмешливый и понимающий – заставлял Лилю нервничать, и она, потерянно сжимая ладонь оборотня, искала у него поддержки и спокойствия. Кирилл выглядел хладнокровно-собранным, словно ему предстоял не разговор со старшей родственницей любимой женщины, а бой без правил с опасным и хитрым противником.

– Как я убедилась, тебя нельзя оставлять одну надолго, – высказала свое мнение старшая Макарова, – ты оказываешься в эпицентре неприятностей.

– Лиля сумела их успешно преодолеть, – тихо возразил Кирилл. – Она проявила мужество, которого подчас лишены маги-мужчины.

– А вы, молодой человек, если не ошибаюсь, Кирилл Булатов, выступаете в роли адвоката моей внучки? – ехидно поинтересовалась Полина Ивановна.

– Данилевский – я оставил фамилию приемного отца, – поправил ведьму Кир. – Лиля не нуждается в защитниках, но как моя невеста может рассчитывать на поддержку.

– Невеста? – Женщина неприятно улыбнулась. – Не припомню, чтобы ко мне, главе рода, обращались с брачными предложениями.

Кирилл поднялся и, как требовал того обычай, поклонился:

– Позвольте, я сделаю это сейчас. Полина Ивановна, прошу вас благословить наш с Лилией союз…

Договорить ведьма ему не дала: властно махнув рукой, попросила отложить сватовство на потом.

– Мальчик, вначале я хочу обсудить с внучкой некоторые ее ошибки. И раз вы объявили себя ее защитником, разрешаю присутствовать при нашем разговоре.

Лиля обреченно наклонила голову: бабушка порой бывала невыносимой стервой. На первый взгляд Полина ничем не оскорбила Кирилла, но ее снисходительный тон и холодный взгляд предупреждали, что оборотень пришелся не ко двору и она сделает все, чтобы отвадить его от единственной внучки.

– Вы извините меня, молодые люди, но я с дороги и хочу чаю.

Лиля услужливо предложила его приготовить, втайне обрадовавшись возможности напоить бабулю успокоительным сбором – двойная доза мелиссы и мяты любого сделает добрей и покладистей.

– Не суетись, детка, присядь. Чай заварит Митрофаныч.

Будто дожидаясь момента, когда назовут его имя, посреди кухни проявился домовой. И тотчас, подпрыгнув к Лиле, замахал на нее тонкими ручками и что-то сердито запищал.

– Подожди-подожди! – Полина поморщилась. – Расскажи все по порядку, маленький хозяин.

Домовой немного успокоился, но его лопотание понимала только ведьма. С каждым произнесенным словом домашнего духа-хранителя Полина Ивановна становилась мрачнее.