Я свешиваю ноги с кровати и пытаюсь натянуть халат. В этот момент в доме раздаётся звонок.

Мы оба замираем.

— Кто это? — Я с вопросом смотрю на мужа. — Ты ещё кого-то ждёшь?

— Нет, — озадаченно отвечает Денис. Он бросает взгляд на часы и хмурится. — Пойду, посмотрю, кто пришёл.

Он выходит из спальни, а я, завязывая пояс халата, сажусь перед туалетным столиком.

В зеркале отражается моё сонное лицо, растрёпанные волосы и лёгкая бледность.

Внезапно к горлу подкатывает тошнота. Я замираю, стараясь не делать резких движений.

Обычно это помогает. Нужно только чуть-чуть перетерпеть.

Через несколько минут становится легче.

Привожу волосы в порядок и пускаюсь вниз.

Из прихожей доносятся приглушённые голоса. Слышу, что Денис с кем-то разговаривает.

— Кто у нас в гостях?

На свой вопрос ответ получаю мгновенно. На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоит Игорь.

Я вижу, что он заметно нервничает и не решается сразу войти.

Увидев меня, парень поднимает глаза и тут же опускает их.

— Привет, Игорь, — стараюсь говорить как можно дружелюбнее.

— Здравствуй… те, — говорит сын Дениса несмело. Он запинается, словно не знает, как правильно ко мне обращаться.

— Проходи, не стесняйся, — приглашаю его в наш дом, и подросток тут же переводит взгляд на отца.

Тот едва заметно улыбается и кивает.

Только после этого его сын расслабляется, ставит обувь у стены и проходит в гостиную.

— Я ключи от дома потерял, — словно оправдываясь говорить мне Игорь. — Наверное, где-то выронил.

— Сейчас принесу свои. Сделай дубликат и верни мне мои.

«Верни мне мои» — я мысленно повторяю слова моего мужа и чувствую, как сердце неприятно сжимается.

Эти слова режут мой слух, но я стараюсь не показывать этого.

Зачем ему ключи от дома, где он больше не живёт и где живёт его бывшая жена?

У моего мужа давно другая жизнь, другой адрес и, новая семья.

Мне очень хочется немедленно задать ему этот вопрос, но рядом находится его сын. Выяснять отношения при ребёнке я не собираюсь.

Пока Денис ходит за ключами, мы сидим молча и смотрим друг на друга.

Хотя у нас с Игорем сложились вполне спокойные и ровные отношения, оставшись вдвоём без Дениса, мы оба ощущаем неловкость.

Обычно я не знаю, о чём с ним говорить. Он всегда довольно замкнут и неприветлив.

Списываю это на то, что он уже подросток, и я для него чужая. И в какой-то степени оправдываю его этим.

Смотрю на время. Прошло не больше минуты, а мне кажется, что Дениса нет очень долго.

Поворачиваюсь к Игорю и снова пытаюсь улыбнуться. Но улыбка получается натянутой.

— Как дела в школе? — задаю тот вопрос, который первым приходит мне в голову.

— Нормально, — коротко отвечает он.

— Скоро первые контрольные? — я вообще неведомая о жизни школьников, но нужно о чём-то говорить.

— Да, через месяц. Только они называются не контрольными, а проверочными, — чуть расслабляется подросток.

— Поняла… Буду знать.

И снова наступает тишина.

— Ты голоден? — вспоминаю, что на дворе раннее утро и он, скорее всего, ещё не кушал.

— Да. Я с утра был на тренировке и не успел позавтракать, — признаётся сын Дениса.

— Пойдём, я накормлю тебя.

Вижу, что парень снова начинает стесняться. Но я не позволяю ему отказаться и киваю в сторону кухни.

Он несмело идёт за мной и садится на стул у выхода.

— Что ты хочешь? Есть чай. Кофе. Какао. Бутерброды, — я лезу в пакеты с доставкой и думаю о том, что ещё дополнительно мне приготовить.

Уверена, для подростка такой лёгкой еды, которой мы любим завтракать с Денисом, не хватит.

Ставлю на плиту сковороду и добавляю немного масла.

Оно сразу начинает тихо потрескивать, а я разбиваю яйца в миску, стараясь сосредоточиться на простых движениях.

Взбиваю их вилкой, добавляю щепотку соли и делаю вид, что полностью поглощена приготовлением завтрака.

Однако меня не оставляет чувство, что пока я стою к пасынку спиной, он пристально смотрит на меня.

Не выдерживаю и поворачиваю голову в его сторону.

Я права... Сын мужа действительно смотрит на меня.

Как только он видит, что я замечаю его взгляд, он тут же начинает улыбаться. Словно автоматически.

— Вот, — заходит на кухню Денис и протягивает сыну связку.

— Спасибо, пап. Я быстро сделаю дубликат и верну тебе.

— Не переживай, — теребит по волосам Денис своего сына и притягивает к себе.

Стараюсь не смотреть в их сторону.

Отсекаю ревность, которая в этот момент бежит по моим венам.

Конечно, я понимаю, что он его сын, родной человек. Но ничего со своими чувствами поделать не могу.

Запахи от еды начинают разноситься по кухне, и меня снова начинает тошнить.

Но я стараюсь держаться и не подавать виду, что мне нехорошо.

Денис что-то рассказывает Игорю, они оба смеются, и я натянуто улыбаюсь вместе с ними.

Главное — не привлекать внимания и успеть приготовить еду до того момента, пока мне придётся сбежать в туалет.

Делаю маленький глоток воды, но становится только хуже. К горлу подкатывает очередной приступ тошноты.

Я сжимаю губы, задерживаю дыхание и опускаю взгляд на стол.

«Только не сейчас. Пожалуйста, только не сейчас», — уговариваю свой организм об отсрочке.

Затаив дыхание и стараясь не дышать, незаметно отодвигаю от себя тарелку сыром и беконом, но легче не становится.

Назойливый запах словно преследует меня.

— Юль… Всё нормально? Ты чего такая бледная? — вдруг спрашивает Денис, замечая моё состояние.

Я резко поднимаю глаза.

— Да, конечно. Жарко просто, — отвечаю я и заставляю себя улыбнуться.

Он что-то ещё говорит мне, но я не слышу его. Новый приступ подступает внезапно.

Я прикрываю рот ладонью, но сдержать его уже не получается.

— Извините. Денис, сковорода, — успеваю выдавить из себя и убегаю.

Добираюсь до ванной, захлопываю за собой дверь и едва успеваю опуститься на колени перед унитазом. Через секунду меня выворачивает наизнанку.

Слёзы выступают на глазах, дыхание сбивается.

За дверью раздаются быстрые шаги.

— Юлька, милая, ты в порядке? — спрашивает Денис, пытаясь открыть дверь ванной комнаты.

— Не заходи! — успеваю попросить его не ломиться ко мне. — Всё нормально! Иди к сыну! — отвечаю я, хотя голос предательски дрожит.

Мне хватает пару минут, чтобы взять себя в руки.

Умываю лицо, мочу холодной водой шею и выхожу обратно.

— Юля приболела? — слышу, как спрашивает у отца Игорь.

— Не совсем... — Я не успеваю вернуться на кухню, когда мой муж торопится сказать Игорю то, что я хотела бы пока утаить. — Сынок, у нас для тебя новость.

— Какая? — спрашивает Игорь озадаченно. Пока, вероятно, ещё подросток не понимает. Ну или делает вид, что не понимает.

— Юля беременна.

Я торможу, чтобы перевести дух и дать возможность Игорю собраться. Мне не нужно видеть его лицо, чтобы почувствовать его растерянность.

Секунда, вторая... десятая.

Делаю шаг и захожу на кухню. Смотрю на лицо Игоря и замечаю, что на нём нет практически никаких эмоций. Его лицо выглядит как маска.

И только глаза выдают его реакцию… В них мелькает что-то тёмное и пугающее.

Глава 7

— Правда? — выдавливает единственно слово через пару секунд.

— Да. Примерно через восемь месяцев у тебя будет братик или сестрёнка, — похлопывает отец сына по плечу.

— Круто, — я вижу, что в этом слове нет ни капли искренности.

Оно звучит пусто и безразлично, словно речь идёт не о будущем родственнике, а о покупке новой кофемашины или перестановке мебели.

У меня неприятно сжимается сердце. Обидно. Не столько за себя, сколько за Дениса.

Игорь мог бы хотя бы из вежливости поздравить отца. Улыбнуться, пожать ему руку или просто сказать несколько тёплых слов.

Не обязательно радоваться по-настоящему. Достаточно было показать, что ему не всё равно.