– Не горю желанием. – Я смерила его уничтожающим взглядом. И без него знаю. Крис вкратце обрисовал все, что случилось в клубе. Будь оно трижды проклято.

– А я все же скажу. – Коп наклонился еще ближе, так что его рожа оказалась в нескольких дюймах от моего лица. У него проблемы с дистанцией? Не знает, что такое личное пространство? – Своей новой игрушкой, которую ты непременно трахнешь. – Губы Адамса изогнулись в останавливающей сердце/тормозящей поезд/высушивающей тело и прочее дерьмо, связанное с полной остановкой жизнедеятельности, улыбке… будь я помешанной на членах, нимфоманкой, мгновенно бы потекла или пустила слюну, но возбуждением тут и не пахло.

Ярость, ненависть, жажда схватить мудака за волосы и бить об стол… вот, чего я хотела на самом деле, а не предаваться слепым фантазиям.

– Да, что ты?

– Да. Хотя, я назвал тебе свое имя. – Он откинулся назад, вытянув руку вдоль спинки диванчика. – Ты даже не спросила, одинок ли я. Может, я был не свободен, а ты потащила меня к себе. – Адамс выдохнул. – Жаль, что ты уснула.

– А ты, я смотрю, пытаешься вызвать во мне чувство вины. – Я отпила коктейля. Ошибалась я или нет, но в его словах, проскальзывал оттенок обвинения, будто я умышленно обгадила его удовольствие, а не, потому что надралась в свинью и была не способна как-то реагировать. – Последний кто, сыпал на меня упреками, угодил в больницу. – И я не блефовала. Встретился мне в жизни один такой мудак. После его грубых оскорблений, я незамедлительно всадила ему в ягодицу стальную палочку для волос. Как же он вопил от боли! С тех пор, «кандзаси»13 – не просто украшение, но и способ усмирять выблядков.

Адамс хмыкнул, с особым любопытством изучая мое лицо, будто мы только что познакомились. Когда его внимание приклеилось к моей груди, я поджала губы. Ну, что за недомерок? Его тупое соблазнение или что он там делает, так же для меня эффективно, как и пластырь против раковой опухоли.

– Веселая пьянчужка. Тебе бы понравилось со мной трахаться. – Его взгляд потемнел, став почти черным.

Назвать меня алкоголичкой – наивысшее оскорбление! Я не ухожу в запой и не вываливаюсь за добавкой, в лихорадочном похмелье. Я знаю, в какие дни можно нажраться в стельку и когда этого не стоит делать. Вчера я хотела накачаться алкоголем, так чтобы у меня отнялись ноги, а мозг превратился в кисель, но знай, я, с кем познакомлюсь, осталась бы дома. Половой гигант, размахивающий членом перед носом у заплесневелых дамочек и то скромник, по сравнению с этим надменным мужланом. Если у него есть хозяйство и он им ублажает вагины женщин, это не означает, что я захочу того же. Ни за какие награды, я не соглашусь на интрижку, как и продолжать бессмысленный разговор.

Assez. Достаточно.

Нравится смаковать собственные фантазии, ну, так я быстро это исправлю и верну мудака с небес на землю.

– У тебя пять секунд, чтобы свернуть долбаную тему, коп. Иначе, – подхватив стакан, я улыбнулась, придав тону сладостно-зловещий оттенок. – Я так глубоко затолкаю этот стакан тебе в глотку, что врачам придется вытаскивать его из твоей задницы.

Адамс завис и на это раз, в его глазах отразилось… благоговейное восхищение. Он в восторге от моих слов… или тупо представил, на что будет походить, если меня разозлить и вынудить схватиться за стакан? Впервые вижу человека, который испытал удовольствие, вместо того, чтобы разозлиться.

Что. За. Хрень?

ГЛАВА 9

Припарковавшись у жилого здания, Адамс не сразу вышел из машины. Он задумчиво барабанил пальцами по рулю, бросая на меня косые взгляды. Я сказала – косые? Неа. Явные, с сексуальным подтекстом и все из-за того, что у меня был во рту леденец. В данный момент, я страдала похмельем и нуждалась в сахаре не для соблазнения его кобелиной натуры, а для зарядки мозга. Хотя, откуда ему знать, как я справляюсь с интоксикацией. Да и после того, как он на меня посмотрел в забегаловке, я усомнилась в нормальности его психики.

Вот только чокнутых мне не хватало.

Бросив взгляд на офицеров, топчущихся около места преступления, я выдохнула. Вскоре, участок перестанет быть охраняемым постом. Копы разбегутся, а местные сделают из клочка земли, уголок для сэлфи. Еще через неделю, Брентвуд обрастет слухами и сплетнями, придавая реальной истории бутафорской мишуры. Если конечно, они уже не считают убийство, занимательной темой за обедом.

– Говорить буду я, а ты помалкивай. – Буркнул коп и вышел из машины.

А за такое, можно и по шее получить.

– Говнюк. – Достав из потайного кармашка сумки фальшивое удостоверение, я выбралась из авто. Надеюсь, «Маркер» со своей бандой не ошивается где-то поблизости. Неловко получится, если друзья информатора поймут, что я работаю на полицию, а прикидываюсь своей. Да, и не безопасно это. Пусть они лучше сидят в своих норах, играют в консоль и балуются пивом.

Нагнав Адамса, я поздоровалась с офицерами и до того, как коп представил бы меня подругой погибшей/дальней родственницей/внебрачной сестрой, я опередила его, показав документы. Парни удивленно подняли брови, а детектив так вообще завис, хлопая глазами. Что? Не ожидал, что у меня найдется козырь, который отлично сыграет на ситуации и даст разрешение находиться на месте преступления? Поверь, парень, я – девушка загадка. Я могу и не таким удивить.

– Вы частный детектив? – переспросил офицер.

– А что вас так удивляет? – в глазах «голубых воротничков», я выгляжу, как дешевая шлюшка, готовая отдаться за косяк. Отсутствие лифчика и леденец, который я катала во рту, только укреплял эту мысль в их головах … ииии… творил бардак с глазами Адамса. Хм… влажные фантазии, где я ублажаю твой член, не дают покоя? Закатай губу. Этого никогда не случиться. – Детектив Адамс, любезно попросил оказать ему содействие в расследовании убийства. К тому же, в моей практике, уже встречался подобный инцидент. Так, что я с удовольствием согласилась помочь поймать преступника. Есть какие-то возражения, офицер? – не разрывая зрительного контакта с «воротничком», я обхватила леденец губами и медленно вытянула его изо рта. Взгляд мужчины загорелся знакомым огоньком, а вот глаза Адамса на мгновение расширились в изумлении, а затем потемнели, превратившись в два черных омута.

Мошонка ты развратная.

– Раз, вы сотрудничаете с детективами. – Промямлил он, облизав губы. – Нет, конечно.

– Благодарю. – Улыбнувшись, я двинулась прямиком к ограждению, услышав позади, как Адамс сказал парням, чтобы они пошли, выпить кофе, мол, мы здесь побудем какое-то время.

В двух шагах от места преступления, я сдернула сумку с плеча, присев на корточки. Убрав удостоверение, я вытащила блокнот, пролистывая исписанные страницы. При дневном освещении, все равно недостаточно светло. Любая мелкая деталь, может затеряться в траве и остаться там, пока не сгниет, вместе с землей.

– Я же велел тебе помалкивать. – Прогудел голос копа со стороны. Велел? Это что, блядь, еще значит? Я ему – что, цирковая обезьянка, веселящая народ за гнилой банан? Он там случаем ничего не перепутал, чтобы разбрасываться приказами?

Вытащив леденец, я повернула к нему голову, пригвоздив ушлепка холодным взглядом. Он же смотрел на меня как на женщину, которую в скором времени поставят на четвереньки и поимеют. Темный, жадный и запрещенный по всем законам Ди-Си, взгляд. Так вот, какое наказание ты для меня придумал? Тьфу, имбицил.

– Ты не мой босс и я не подчиняюсь твоим приказам.

Коп присел рядом со мной на корточки, с негодованием сузив глаза.

– Ты здесь с моего разрешения.

– Я здесь по своему желанию. – Парировала я, вернув внимание к клочку земли, а леденец в рот. Да будь он хоть трижды против, я все равно бы сюда вернулась. Плевать я хотела на его гребаное разрешение и запреты. Захотела бы, усыпила копов и пока те дрыхнут, собрала все, что нужно для статьи.