Домой с Тиалтом мы вернулись в середине дня. Разместились на диване в гостиной. Я легла на его бедро, почитываю романчик, который мне великодушно подарила Озара – мать Тиалта. Муж в это же время читает о ритуалах и ласково гладит мои волосы.

- Что у тебя с рукой? – перехватываю его, осматриваю сбитые костяшки.

- А, пустяки, - отмахивается. – Слегка кожу ободрал.

- Там ещё осталась заживляющая мазь. Я принесу, - вспархиваю с дивана под бурный протест Тиалта.

Бегу наверх за мазью, в том же темпе обратно. Оказавшись внизу, наношу средство на сбитые костяшки. Муж смотрит на меня с нежностью и умилением. А на повторные расспросы, как так получилось, не отвечает, только отшучивается.

Я же не дура, чтобы не догадаться, отчего могут быть такие следы. Подрался с кем-то, мой драчун.

Возвращаюсь к чтению книги. Некоторое время не вижу букв, думаю о Тиалте, беспокоюсь, а потом погружаюсь в страстную историю. Спустя тридцать минут чтения начинаю похохатывать.

- Что там? – спрашивает муж.

- Хорошая книга, - отвечаю, сдерживая смех, - но, кажется, твоя мама хочет нас развратить. Это же пособие порока!

- И там есть что-то такое, чего мы не делали в спальне?

- Нет, но тут довольно развратные постельные сцены, - приподнимаю книгу к лицу Тиалта, он читает и откладывает свою.

- М-м-м… Надо это попробовать, - подтягивает меня к себе на колени, обхватывает за талию, запечатывает губами рот. – Книга о нас вышла бы интереснее, правда?

- Да, - отвечаю и веду пальцем по смазливому лицу. – Ты идеально подходишь на роль главного героя, сердцееда, который для всех разбойник, а для любимой женщины – само совершенство.

Тихо целуемся и мурлычем друг другу в губы. Сейчас наши поцелуи не порочны, они нежны и чувственны. Так целуются влюблённые, которым предстоит долгая разлука.

В дальней части гостиной послышался шорох, и я оторвалась от сладких губ, смотрю через мужское плечо. К лестнице крадущейся походкой идёт Агатри. Юбку подобрала, поправляет лиф. Очевидно, она нас не видит.

- И куда это ты собралась? – спрашиваю громко, чуть привстав с бёдер мужа.

- Ой, - служанка испугалась и схватилась за выскальзывающие из платья груди, - миледи… Вы здесь… А я… Дай думаю, приберу наверху…

- В таком виде? Ты забыла, что я говорила насчёт открытого декольте и короткой юбки?

- Простите, миледи, - строит невинность.

- Ты уволена, - говорю жёстко. – Собирай свои манатки, и чтобы через час тебя здесь не было. Ясно?

- Но как? Миледи, я же… Я…

- Что ты? – я конкретно разозлилась. – Идёшь наверх «прибираться», точно зная, что скоро вернётся герцог. Ты ведь в его спальне планировала протирать пыль?

- Миледи, я…

- Пошла вон! – кричу, указывая на дверь.

Тиалт посмеивается, глядя на наши разборки. В это же время в гостиную входит Ризар, а за ним и дворецкий.

- Что здесь происходит? – строго спрашивает муж.

- Я уволила служанку, - говорю и сажусь на диван рядом с Тиалтом. – Она слишком многое себе позволяет.

- Так в чём проблема? – Ризар перевёл взгляд на девушку. – Можешь быть свободна. А тебе, сладкая, мы подберём новую помощницу, - Ризар присаживается около меня, нежно целует. – Я соскучился.

- Но, милорд, я ни в чём не виновата! – кричит Агатри. – Я ничего не сделала! Вы не можете меня уволить!

- Если моя жена приняла решение, значит, так и будет.

- Милорд, прошу прощения, - важно вмешивается дворецкий. – Агатри прекрасно выполняет свои обязанности. Стоит пересмотреть решение мисс Дайлиш.

- Миссис Ди-Эмари, Говард. Решение своей жены я полностью поддерживаю. Можете быть свободны.

- Милорд, причины для увольнения нет, - настаивает дворецкий. – Я работаю в этом доме тридцать лет. Агатри моя внучка. Вы не можете выгнать её по прихоти вашей жены. Это противоречит нормам трудового кодекса.

Ризар угрожающе поднялся, я стала за его спиной.

- Ещё одно слово, Говард, и ты уйдёшь вместе с ней. Твоя внучка очень мило прибирается в моей спальне, всячески изображая самые развратные позы. Она вытирает пыль своим бюстом, мерзко постанывает и слишком часто «случайно» заходит в мою спальню.

- Милорд, ваши слова безосновательны и не подкреплены фактами.

- Вон из моего дома! Ты и твоя внучка здесь больше не работаете!

- Я проработал здесь тридцать лет!

- Стенли! – Ризар крикнул вбок, и в дверном проёме появился средних лет мужчина, приложил шляпу в груди. – Выведи этих двоих и займи должность дворецкого. Ты заслужил.

- Спасибо, милорд, спасибо, - мужчина поклонился и быстро направился к Говарду, подхватил его под локоть и, не слушая возмущений, повёл в сторону подсобных помещений.

Ризар сел на диван рядом с нами, тянет галстук-удавку с шеи, тяжело вздыхает. Я чувствую себя виноватой в сложившейся ситуации, но одновременно радуюсь, потому что муж отстоял меня.

- Давно хотел его уволить, - тихо смеясь, говорит Ризар, - только повода не было. А эта пигалица… Она думает, что выглядит сексуально, когда вываливает всё своё добро. Это отвратительно.

- Согласен, Ри, - поддерживает Тиалт. – Раз пошло такое дело, можно уволить ещё и подругу Агатри? Пару раз встречал её в своей спальне. В одежде, но в такой, что её будто и нет.

- Вот значит, как, - я недовольно хмыкнула. – Эти девицы на моих мужей охотились…Обнаглели вкрай.

- Мы на них не смотрим, потому что у нас прекрасная жена, - Ризар подхватывает меня, усаживает на свои колени, нежно целует. – Каждый рабочий день теперь как пытка, потому что ты далеко. А стоит увидеть тебя в коридоре, как мне хочется растолкать всех и зажать тебя в углу.

- А представь, каково мне, я сижу на её лекциях! Всю пару со стояком!

Ризар тяжело вздохнул, сместил взгляд на Тиалта и вдруг стал серьёзным, как и подобает ректору.

- А теперь к тебе, Ти, - пересаживает меня на диван, поднимается и нависает над нами страшной громадиной. – Какого чёрта ты сегодня устроил? Ты понимаешь, что за это я должен тебя исключить? Ты избил студента на глазах у трёх десятков свидетелей! Кулаком в лицо, а потом ещё и об колено! Ты в своём уме?! На тебя написали донос! И я должен принять меры.

- Не надо читать мне нотации, - возмущённо прерывает тираду Тиалт. - Мне достаточно этого от родителей. Лучше скажи, сколько человек подписались под доносом, гм? Сколько?

- Ни одного.

- Вот. И сам догадайся почему.

- Что там случилось, Ти? – беру младшего за руку. – Обязательно нужно было кулаками махать? За это исключить могут. А ты уже на последнем курсе. Осталось всего ничего. Зачем в драку полез?

Тиалт взглянул на Ризара, спрашивая, стоит ли говорить.

- Ну скажи уже, - разрешает ректор, - хуже не будет. Что там случилось? Очевидцы говорят разрозненно, никто не хочет называть причину драки.

- Потому что тебе в лицо никто не повторит то, что сказал Пейл. Если надо будет, я дам ему по морде ещё раз. Пусть только попробует сказать что-то о Лесси. А ты можешь меня исключить, потому что извиняться перед отморозком я не буду. Если хочешь подробностей, он спрашивал, как мы трахаемся с мисс Дайлиш, вместе или по очереди, кого она предпочитает: ректора или студента, берёт в рот или нет. Учти, сколько всего он сказал, прежде чем я ударил. Я сдерживался. Извини, Лесси, что говорю это при тебе.

- Ты же не исключишь его, Ри? – поднимаюсь, глажу плечо мужа. – Тиалт получит диплом через полгода. Он же не виноват. Его спровоцировали.

- Я тебя не исключу, - говорит Ризар, - но до конца года ты должен войти в список премиантов. Понял? А с тем говнюком я разберусь.

- Да не хочу я в премианты, - Ти фыркнул.

- Это моё условие. И ты обязан его выполнить. Ты ни хрена не учишь, но выходишь на балл выше среднего. Если ты приложишь хоть каплю усилий, закончишь академию с отличием. Перед тобой откроются все двери, и тебе не придётся зависеть от отца. А сейчас у тебя выбор, либо сидеть на шее у отца, либо у меня. Оба варианта делают тебе мало чести. Сейчас ты ответственен не только за себя, но и за свою жену, наших будущих детей. Пока мои дела идут хорошо, но что будет спустя десять лет? Нашей семье нужна вторая опора. Так будь ею, чтобы не пришлось работать Лесси.