Телефон зазвонил посреди ночи.
- Йоклол возьми! – выругался Тирр, - за такое хочется убить! Кто?!!
- Оказывается, тут по соседству есть служба психологической помощи, - сонно пробормотала Марго, - и наш номер отличается на одну цифру… К нам теперь часто звонят посреди ночи самоубийцы всякие… Я выключить забыла вечером… Спи спокойно.
Маг ухмыльнулся. Конечно же, забыла, его стараниями. После того как младший ушел спать, он быстренько утащил Марго в их спальню, после чего они вспомнили бы о внешнем мире только при землетрясении или там ядерной войне. Хм… самоубийцы? Забавно.
Телефон снова зазвонил.
- Выруби его на расстоянии, - посоветовала Марго, - огненный шар брось, что угодно, лишь бы заткнулся…
- Сейчас.
Тирр надел халат, вышел в коридор, притворил дверь в спальню и снял с аппарата трубку.
- Моси-моси[35]?
- З… здравствуйте, это телефон доверия? – раздался несмелый мужской голос.
- Слушаю вас, - отозвался маг и пошел на кухню: за четыре часа с Марго он растратил бездну энергии, надо бы что-то покушать.
- Простите, а что с вашим акцентом?
- Я долго жил в США, - ответил он.
- Я… понимаете, я хочу покончить жизнь самоубийством.
- С работы уволили или жена ушла? – пальнул наугад Тирр.
- Жена… Как вы угадали? – удивился собеседник.
- Ну вы же не первый сюда звоните.
- Д-да… да, конечно, вы правы… То есть, на самом деле, она давно ушла, четыре года уже…
- И что же, вы только сейчас надумали? – искренне удивился маг.
- Вы понимаете, сегодня мой день рожденья… Ну то есть был, то есть вчера – сейчас ведь уже за полночь…
- Без четверти четыре, если быть точным.
- Да… И вот сегодня, то есть вчера, мне исполнилось сорок лет…
- Поздравляю.
- Не с чем тут поздравлять, - вздохнули на том конце провода. - Я весь вечер просто просидел на кухне. У меня и гостей-то не было…
- Не звали, или не пришли?
- Да некого мне звать! Жена ушла, нового никого с тех пор… как-то не сложилось… Друзей в общем-то тоже нет… с работы, что ли, кого? Как будто мне там эти рожи не опостылели… никто там, кстати, даже и не вспомнил, что у меня юбилей…
- Стало быть, я угадал дважды, с карьерой у вас тоже не сложилось.
- Да какая там карьера! Сижу там каждый день, как проклятый, с девяти до шести, а меня до сих пор воспринимают, как мальчика на побегушках! Йошихара, сделай то, Йошихара, сбегай туда… поксерь эти бумаги и отнеси Кодаме-сан… У Кодамы-сан, между прочим, для этого секретарша есть! Дура двадцатилетняя с наштукатуренной мордой… Мой начальник на восемь лет моложе меня и говорит мне «Йошихара», а я ему – «Кодама-сан»…
- Ну, хорошо. А что вы сделали, чтобы это изменить? – поинтересовался Тирр, доставая из холодильник салат из морепродуктов.
- В смысле, что сделал? Говорю же, работаю там каждый день, как…
- Это я понял. Вы приходите на работу, которую терпеть не можете – поправьте меня, если я ошибаюсь…
- Ненавижу!
- Ну еще бы, - хмыкнул маг. - Приходите и тупо отсиживаете от сих и до сих, мечтая, чтобы день поскорее закончился. Никакой инициативы, естественно, не проявляете, планами и перспективами не интересуетесь, любое поручение воспринимаете, как наказание, а не как повод проявить себя – не говоря уже о том, чтобы выйти на начальство с собственными идеями. Творческий подход вам чужд. Так чего ж вы хотите? По-моему, отношение к вам как к работнику – вполне адекватное.
- Просто мне не повезло с работой.
Тирр проглотил кусочек маринованного кальмара и хмыкнул:
- Так за чем же дело стало? На свете тысячи профессий. И миллионы рабочих мест.
- Да, но… в сорок лет как-то поздно начинать все сначала, - вздохнул Йошихара.
- Что же мешало вам подумать об этом раньше?
- Ну, я не знаю… привык как-то… надеялся, что-то еще изменится…
М-да. Типичнейший неудачник, среди людей таких завались. То ли дело дроу: каждый из них стремится наверх. Каждый из них готов для этого идти по головам и трупам. Одни достигают цели, другие гибнут по пути. Неудачники есть у всех народов, но люди с этим как-то умудряются смиряться, живут, чтобы в итоге пытаться покончить с собой. Как глупо. Неудачники есть и у дроу, но они совсем иные. Дроу либо добивается успеха, либо гибнет в попытке. Неудачник-человек – тот, кто не пытается вообще.
- Надеялись, но ничего не предпринимали, совершали одни и те же действия и ожидали иного результата. Ясно. Жена вас только поэтому бросила, или и другие причины были?
- Ну, поэтому тоже… Чего ты, говорит, добился, работаешь за гроши, повышения и то попросить не можешь… другие каждый год в тропиках отдыхают, а мы даже на Окинаву съездить не можем… Машина – старая «тойота», да и ту ты разбить умудрился…
- Разбили?
- Ну джип дорогой, «Ниссан», передо мной встал как вкопанный, а я что сделаю? Так и влетел ему в зад… а полиции что, кто сзади, тот и виновник… еле расплатился… А «тойоту» так и отдал на слом, и не продашь ее, и починить не на что, не говоря о том, чтоб новую купить…
- Четыре года?
- Почти пять уже…
- И за это время вы не только не смогли скопить денег на новую машину, но и не пытались найти более денежную работу? Да и за все предыдущие годы тоже…
- Ну, вы же знаете, где мы живем! Это вам не Штаты, тут нас сто двадцать шесть миллионов на крохотном архипелаге, поди пробейся…
- Знаю. Некоторые жители этого архипелага к сорока годам стали миллиардерами.
- Ну нету у меня способностей к бизнесу… не всем дано.
- Понятно. Значит, работать под чужим началом вы не умеете, начать свое собственное дело не можете. Ну а что вам дано, в таком случае?
- В смысле?
- В прямом. Хоть какие-то таланты у вас имеются? Пусть даже коммерчески невостребованные.
- Н-ну… я не знаю…
- Может, вы стихи пишете?
- В училище писал, потом забросил…
Тирр проглотил порцию салата и предложил:
- Прочтите что-нибудь.
- Ну, я уже не помню… ну… вот, например: «Когда гуляли с тобой мы под полной луной, твои глаза светились, как полночные звезды»…
- Ясно. Хокку писать и то вам не дано. Ну, про музыку и живопись я уже и не спрашиваю… Это вы будущей жене такое писали?
- Н-нет… была другая девушка, однокурсница… я, по правде сказать, тогда так и не решился с ней объясниться…
- Ясно. И ни под какой луной вы с ней тоже не гуляли. А с будущей женой вас, очевидно, мама познакомила?
- А вот и нет! Ну то есть не совсем… тетя.
- Итак, - подытожил маг, - жена бросила вас потому, что вы – тряпка и размазня без каких-либо заметных способностей, будь то в возвышенных или в практических областях. Это все, или есть еще причины? Лысина, дурной запах изо рта или от ног?
- Откуда вы…
- Опыт, Йошихара, опыт. Знаете, сколько таких, как вы, я уже перевидал? Ну давайте, договаривайте уж до конца. Раз позвонили, то нечего скрытничать. Вы импотент, не так ли?
- Нет! Ну то есть не совсем… «это» я могу, а вот детей у нас никак не получалось… Доктор жене сказал – с ее стороны все в порядке…
- А вам что сказал доктор? Вы обследовались?
- Вы понимаете, я с детства ужасно боюсь ходить по врачам…
- Понимаю. Знаете, в чем ваша главная проблема, Йошихара-кун? – фамильярно спросил Тирр.
- В чем?
- В том, что вы лузер. Классический и безнадежный.
- Кто?
- О, небо, вы и английского не знаете? Loser. На японский это слово обычно переводят как «неудачник», но это в корне неверный перевод. «Лузер» происходит от глагола to lose – «проигрывать». Проигравший всегда знает, что сам виноват в своем проигрыше, и окружающие это знают, и относятся соответствующе. И поэтому, кстати, западный проигравший сохраняет шанс добиться выигрыша в будущем. Но у вас не так. «Неудачник» происходит от слова «удача». Вы во всем вините слепой случай, рок, фатум, обстоятельства, ближних, дальних, работу, природу, небеса, весь мир – но только не самого себя! И вместо того, чтобы пытаться что-то реально исправить, вы будете умиляться собственной непутевостью и пить сакэ.