Поехал на рейсовом автобусе, за час добрался.
Штурманом в экипаже мой однокашник по училищу.
— Ну ты как? Спрашивает.
Хорошо, что нашел мне шлемофон с глицерином. Это такие уплотнители для того чтобы глушить звук двигателей, иначе не услышишь радиообмен и переговоры по СПУ.
Район полета нам заявлен от Шипунского до Лопатки. Коротко поясняю что и как будем искать. Предварительно с командиром набросали на карте галсы, нанесли районы в которых вероятна нахождение иностранной лодки. Это я уж подпитался прошлыми знаниями. Наши лодки пока в районы не вышли, сейчас должны только выходить от пирсов в сопровождении тральщиков м МПК. Их доведут до точек погружения, а далее сами…
Загрузка 36 буев «Жетон» на 40 метров гидрофон, маркеры и ОМАБ. Самолет с «Сиренью». Переоборудование на «Нарцисс» только началось. Летают на завод и там новую систему поиска монтируют.
Гидрология шестой тип. Слой «скачка». Если лодка занырнет глубже его, гидрофон РГБ может не среагировать на шум. В ПЗК она точно сидеть не станет.
Ну у нас задача немного другая.
Взлетели. Мда. с непривычки звук работы форсированного Аи-20 кажется диким. Приходится постоянно прижимать наушник, чтоб слышать переговоры в экипаже. Пошли южнее, до мыса Поворотный, а оттуда галсами 135–315 градусов длиной галса 200 км. со смещением 100 км.
Согнал штурмана на коробку «Сирени». Начал настраивать РЛС. Давненько я с «Инициативой» не возился, пять лет уже прошло.
Штурман тычет своей ногой по моей голени. Прижимаю наушник.
— Ну как там? Видно что?
— Пока настраиваю, отвык, на Иле поудобнее малёха.
— Давай, ищи, а я командиру буду подсказывать окончания галсов.
Пока ничего, волнение моря балла два. Барашков почти нет. Гоняю масштабы, пока глухо.
На третьем галсе наблюдаю что-то похожее на «кольцо»… Дергаю штурмана, наношу отметку на его карту.
— Скажи командиру, давай наберем еще метров 800 и покрутимся здесь.
— Понял.
— Теперь я сижу в носу самолета, штурман определяется поточнее, снимает пеленг и дальность от Шипуна, пишет на карте, показывает мне с вопросительным выражением лица.
Мотаю головой, нет, никому передавать не надо. Просто наблюдаем.
Думаю, нам сейчас иностранку зацепить, самое то. Все учения смажутся. Меня командующий на просушку подвесит. Отпустили полетать…
Набираем три тысячи. Сглатываю. Самолет-то не герметичный. Как в Великую отечественную.
Снова меняемся местами. Не. что-то фигово. И глубины здесь мелко переменные. От 500 до 1000 метров. И место же выбрала, как раз на границе сектора АГАМ, так зрительно прикинул. Не будешь же ждать, пока она (если это лодка) мористее выйдет. Или у нас перед выходом была какафония в эфире? Радио разведка амеров сработала оперативно. Знает что выходить будем, знает. Нужно не забыть, своего начальника на 5 МРО натравить. Есть такой отряд, слухачи-шпионы. Пусть активность в эфире за последние сутки проанализируют.
Ладно, попробуем шугануть. Может, что и выйдет. Только мы увидеть не успеем.
Пишу штурману на карте, пройти с АПМ пару галсов, может, что схватим. Но без криков в эфир. Кивает. Достает планшет, обозначает точку, подписывает координаты. Поясняет командиру по СПУ что и куда. Снижаемся… Ухи-ухи… Блин, ну у него и спуск (Пол стакана за один раз… Шутка такая есть).
Высота 60 метров, все мелькает. Низко, в окошко и неба почти не видно. Галс закончен, резко вверх. Отворот, крен влево, крен вправо — вышли на следующий галс. АПМ машет писькой… Тем что пишет. На ленте отметки-зубья. Но отписки нет. Ну да хрен с ней, нам нужно покрутиться над местом лодки, дать понять, что мы ее видим. Думаю, наш рев слышит. И наблюдают за нами РЛС с Аляски. Есть у них загоризонталки уже… Работали высоко, а тут раз и крутимся внизу. Значит что засекли. Через час-другой лодка получит оповещение и сменит район.
Отписку на ленте магнитометра так и не получили… По закону жанра должны были обнаружить. Я весь в белом. Пришел-увидел-наследил. Но увы.
Снова вылазим на три тысячи. Ходим по прямой от мыса Шипунский. Перерыв на хавчик. Тушенка, хлеб, компот из термоса.
Вспомнил, как мы на стаже на полетах Бе-12 взяли ситро в кабину. Пряники там разные. И как я его открыл. Куда там шампанскому, все залил, липкое, карта мокрая. Как оно само не рвануло.
Сходили южнее, к ГИСУ. Снизились… Работают ребята, что обнаружили узнаю только по приезду на ЗКП.
Погода изумительная, сопки, океан синий, только звук двигунов достал. Аж зубы дребежжат.
Штурман машет в сторону берега… Понятно, идем нах хауз. Посадка с прямой. Выглядываю в окно. Справа СРВ, Садовая, где жил с той жизни, Мишенная, Тёщин язык… Дальний, ближний… Сели.
Зарулили — закатили, прощаюсь с ребятами, машу рукой, меня подхватывает автобус. Приехал экипаж в столовую везти… Сказал водиле, что они с пол-часа еще будут у самолета. Он довозит меня до домика ДС и назад. Быстро-быстро мимо нашего ДОФа-подземелья и в штаб эскадрильи. Переодеваюсь, на «Жигулях» меня подбрасывают до автостанции в Елизово. Жду рейсовый. Еще минут сорок и я на «Развилке». Скоро на дежурство, поспать бы еще.
Спускаюсь в наше «Овощехранилище». Это бункер ЗКП, его так Главком Чернавин назвал, когда был здесь в моем времени.
Нашел начальника, доложился. Пошли в зал, к карте. Нарисовал примерный район и предположил, что пойдет южнее. Начальник хмыкает…
— Ясный-красный южнее. Сейчас вся наша ЖОПА вылезет, она и будет южнее.
— Как?
— ЖОПА — Жалкие Остатки Победоносной Армады.
Ну это он зря. ЖОПА будет в начале 90-х, когда остатки лодок из четырех дивизий соберут в ПАДовскую дивизию. Обозвали так ПАД — Противо Авианосная Дивизия. Только авианосцу сказать не успели, на разделку поплыли в бухту Павловского.
— Слетал не зря?
— Ну так. Отрицательный результат тоже…
— Бестолку вся твоя херомантия, от слова хер. Акустика, посылка, отметка. Вот это оно.
— Ну да. Надо сразу ей по башке колотить — «улетай туча, улетай…». Я за скрытое слежение.
— Я тоже за, но с нас не слезут. Где результат?
— Будет… Он и сейчас мог быть. Но «Дай срок, будет тебе белка, будет и свисток».
По громкой пропиликало — ужин. На выходе пропуск тоже покажи. Помню раньше, на второй день у карманов желтой рубашки темные пятна. Пропуск — достал, пропуск — спрятал. Еще и пуговичку застегни на кармане.
После ужина готовлюсь к вахте-дежурству. День прожит не зря. Что-то с Илом затягивают. Обещали сразу подогнать. А по ЗАС говорить не хотел. Шифром нужно писать.
Лодку наши все-таки зацепили. Вертушки с ВГС начали работать, отпугнули. Она на барьер из РГБ и выскочила. Два срабатывания буев было, потом оторвалась.
ГИСУ наличие лодки не подтвердил. Очевидно, что только он выход запросил, переговоры то открытые. Что за посудина, амерам прекрасно известно. Ну ГИСУ им еще нагадит. Будет такая поисковая «Усатая синица», по отлову «Огайо» у самой базы, у пролива Хуан-де-Фука. В свое время, спец допуск оформлял в институте в Советском, что б дело полистать по этой операции. Успел, на третий день в Москве спохватились и допуск мой тю-тю.
Потом дизельная пр. 641 имела с ней контакт, тоже краткосрочно. Через пару лет подойдут в 182 бригаду «Варшавы», тогда повоюем.
Я вел свою ненастоящую войнушку… Бегал отмечался у посредников. Был взят ими за жопу за хитрость. Они замордовали своими вводными. «ИПЛ уклонилась. ИПЛ оторвалась…» Мне надоело, пока они курили залез к ним на пост и в ЖБД приписал — «Уничтожена». 2 АТ-2 Ту-142.Дата. Время.
Часа три меня не трогали, потом спохватились. Параллельно информация по учебе и на ТОФ вели. Вот у них разнотык и получился. Звиздели долго. Я прикинулся валенком — я здесь новенький.
Странно, в прошлой реальности номер прошел.
Самое интересное было у подводников, по уничтожению авианосной группировки. По легенде АВМ типа «Китти Хок», пять кораблей охранения, одна ПЛА, один танкер, один корабль радиолокационного дозора. Роль авианосца исполнял БМРТ (рыболовный траулер).