— Слишком аналитичный, — я, наконец, вырываю у него бумажку. — Начал знакомство со слов: «Я не токсичный, и у меня нет бывших, пищущих мне по ночам», — пародирую я голос.

Картер неожиданно усмехается, чуть улыбаясь своей красивой улыбкой, чёрт бы его побрал.

— Но кому-то же придётся дать свой номер, — замечает он. — Как тебе тот парень за шестым столиком?

Я осматриваю зал, а затем гляжу в карту, ища его.

— У него галстук с слонами.

— Верно, преступление против моды, — он кивает и снова ищет глазами по залу. — А тот, что у окна?

— Я записала его как «крипто-мессия». Говорил, что в любовь, как и в биткоин, главное — вовремя вложиться.

Микаэль поджимает губы, явно стараясь не засмеяться, и я сама слегка улыбаюсь. Подождите мы что, начали ладить?

Звучит звонок, означающий следующий раунд, и ко мне направляется симпатичный парень с густыми тёмными волосами и серьёзным, немного задумчивым взглядом. Он в моём вкусе — не вычурный красавец, но есть в нём что-то такое. Он уже подходит ближе, почти равняясь с нами, как ведущий прочищает горло в микрофон и объявляет десятиминутный перерыв, улыбаясь так, словно это шоу века. Парень вежливо кивает мне и отходит к бару.

— Лили? — зовёт меня Картер.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

— Если бы я был здесь как участник у меня был бы шанс?

Я долго смотрю на него, немного шокированная вопросом, а затем печально усмехаюсь.

— У тебя был шанс, Микаэль. Ты его благополучно — я одёргиваю себя, замолкая.

Он хмыкает, качая головой, словно был готов услышать такой ответ, но всё равно надеялся на другой.

— Ты единственная, кто зовёт меня полным именем, — он прикусывает губу, взгляд цепляется за мой.

— Если это приносит тебе удовольствие, я перестану.

— Ты такая милая, — он усмехается и поднимается. — Только не ставь «плюсы» из ненависти ко мне. Я этого не переживу.

На его лице появляется лукавая полуулыбка, такая знакомая и раздражающая. Та, что когда-то сбила меня с мыслей и та, от которой кружилась голова.

— Ты невозможен, — выдыхаю я.

— Это моё второе имя, — подмигивает он.

Где, чёрт побери, Максвелл?

Но прежде, чем я успеваю что-то сказать, я замечаю, как выражение Мика меняется. Он кажется искренним, слишком настоящим.

— Ты не обязана меня прощать. Просто — его голос теряет игривость и становится сдержанным, я бы даже сказала серьёзным, — иногда что-то уходит так быстро, что ты не успеваешь понять, как тебе это было нужно.

И он разворачивается к выходу.

— Удачи с остальными, Лилиан.

Без лишних объяснений он уходит. Оставляет меня с этим чёртовым ощущением его жгучего голоса под кожей. С дрожащими пальцами и ускорившимся пульсом.

И что это вообще было?

Я не знаю, что раздражает меня больше: он сам или то, как сильно мне понравилось спорить с ним.

Я чувствую себя глупо, оставшись одна посреди зала, окружённая смехом незнакомых мне людей. За соседним столиком две подруги обсуждают ведущего. В углу кто-то смеётся слишком громко, а внутри меня с уходом Мика образуется пустота, подпитанная злостью. Или это не злость?.. Прекрасно, теперь я уже не понимаю, что чувствую.

«Иногда что-то уходит так быстро»

Я качаю головой, пытаюсь выкинуть его голос, потому что он всё ещё внутри, и уже собираюсь направиться к бару, когда наконец-то вижу Ридли. Он о чём-то оживлённо болтает с блондинкой и до последнего не замечает меня, пока я не зову его по имени.

Услышав, он резко поворачивает голову в мою голову и извиняюще улыбается, глядя на бокал в своей руке, по всей видимости, предназначавшийся мне. На секунду мне хочется выпить, всего пару глотков, чтобы прийти в себя.

Один бокал, говорю я себе. Просто чтобы выдержать этот цирк.

Я наблюдаю, как спутница Ридли забирает этот бокал из его рук и отпивает из него, и я почти смеюсь над этим.

Ведущий снова берёт микрофон, призывая всех занять свои места и через минуту звучит сигнал, означающий следующий раунд.

Тот темноволосый парень садится напротив меня, он протягивает мне бокал с чем-то пузырящимся, по-видимому, шампанским, и я благодарно принимаю его, даже если ненавижу этот напиток. Вверх ногами читаю, что написано на его бланке и перевожу взгляд на бейдж на его груди. Брайан.

— Привет, — говорит он, глядя мне прямо в глаза. Слишком навязчиво, если вы спросите меня. — Ты очень красивая. Я даже немного растерялся.

И слишком дёшево, к сожалению. Я стараюсь сосредоточиться на Брайане, которого ещё недавно сочла симпатичным, а не на кареглазом парне по имени Микаэль, что всё ещё сидит у меня в голове. И не на полном бокале. Я чувствую этот запах, характерный для шампанского, и хоть терпеть его не могу, в руке я кручу этот бокал.

— Спасибо. Это твоё первое быстрое свидание?

— Ага, — кивает он, но почему-то я не верю ему. — Я подумал, может, пора выйти из зоны комфорта.

Я киваю и вежливо улыбаюсь. Он правда хорош собой, но почему я подвергаю сомнению каждое его слово? Жду подвоха?

Слушаю, как он рассказывает про работу и то, как он любит бегать по утрам, но всё это звучит слишком отдалённо. Как фон.

Потому что в голове вновь только Картер. Мне хочется обернуться к двери и убедиться, что он действительно ушёл. И почему мне хочется спросить, что у него будет на ужин?

А ещё хочется сделать этот проклятый глоток.

Следующий мужчина говорит с восточным акцентом. Он архитектор и кажется нормальным. Не слишком флиртует, не строит из себя загадку, но я смотрю на него и не чувствую ничего кроме вины за то, что сравниваю его кое с кем другим.

Я ставлю минусы напротив номеров участников, по-прежнему продолжая вписывать свои неуместные комментарии. Пытаюсь быть вежливой и выглядеть заинтересованной, но когда передо мной садится последний парень, я готова сказать всё, что угодно, лишь бы это закончилось быстрее.

Нужно было сбежать ещё в середине, а лучше в самом начале.

«Ты не обязана меня прощать».

— Иди к чёрту, — шепчу я, сама этого не осознавая. Мужчина передо мной раскрывает рот.

— Ты это мне? — он поднимается с места. Выглядит взбешенным. Наверное, не будь я так погружена в себя сегодня, в другой раз меня бы это даже позабавило. — Психичка.

И вот так я остаюсь одна.

Я не дожидаюсь завершения раунда — к чёрту все правила и обещания, и просто покидаю столик, так и оставляя полный бокал.

Направляясь к выходу, я вдруг меняю курс и подхожу к официантке. Это происходит само.

— Добрый вечер, — говорю слишком бодро. — Могу я сделать заказ навынос?

Девушка кивает, вытаскивая телефон.

— Я — замираю. Ну же, Лили. — Один мой друг сегодня так хвалил вашу кухню, что мне захотелось попробовать. Можете посмотреть, что он заказал, и завернуть мне то же самое?

Я официально сошла с ума.

Девушка улыбается, но ничего не говорит. Интересно, я кажусь сумасшедшей или полной фанаткой? Или и то и другое?

Через время я уже стою у выхода с бумажным пакетом в руках и нулевым пониманием, зачем я это сделала.

Только дома, когда ставлю пакет на кухонный стол, вдруг осознаю, что голодна.

«Ты всё же сбежала», — читаю на экране сообщение от Ридли. Закатываю глаза, но уголки губ всё же дрогнули.

Я смеюсь вслух, когда открываю контейнер и вижу мак-н-чиз с куриной грудкой. — Серьёзно? — фыркаю. — Этот парень якобы запекает фаршированную индейку, но в не в состоянии приготовить макароны с сыром?

Я сажусь на подоконник, пока моя остывшая порция разогревается в микроволновке. На улице уже совсем темно, и я касаюсь лбом холодного стекла. Этот день кажется слишком длинным, оставляющим лёгкую усталость и чересчур много мыслей.

Когда я нанизываю макароны на вилку, сливочный аромат бьёт в нос, но я всё равно пробую с осторожностью. На вкус намного лучше, чем я ожидала, совсем по-домашнему.

Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Настоящей улыбкой, которую почти не показывала весь вечер, и сразу же стираю эту улыбку, будто её может кто-то увидеть. Эта улыбка ощущается как предательство. Но перед кем? Перед собой, перед ним? Перед вечером, который, казалось, уже было не спасти?