- Ситуация шесть восемь шесть! - вопил в рацию кто-то за гущей каменных ангелов. - Срочно пришлите подкрепление!
Где-то, кажется в небе, взвыла полицейская сирена. Пролетела мелкая дрон-дрянь, блеснула объективами. Слева на лежащих смотрела печальная каменная дама, судя по эпитафии, при жизни откликавшаяся на имя Мариса Перкинс, справа опирался о плечо коленопреклоненного мраморного архангела суровый усопший красавец по имени Ч.-К. Кэпвелл. Незваными гостями здесь явно были недовольны.
- Вот сейчас они... - предупреждающе начал Ганн, видимо, имея в виду не покойников и статуи, а служителей местных правоохранительных органов. - Брось свой музейный экспонат...
- Это рабочий экспонат. И у меня почти сотня патронов, - слегка преувеличила Катрин. - Но, в любом случае, ты полицейской "кавалерии" не дождешься. Ты же лишнего наболтаешь, да, товарищ полит-координатор?
Ганн не понимал или делал вид, что не понимает. Шпионка ударила его рукоятью пистолета в область почки.
Видимо, так больно ему еще никто не делал. Онемел, казалось, глаза из орбит выскочит.
- Тебе ведь говорили, что у тетки большой опыт, - напомнила Катрин и повторила экзекуцию. - Ну-ка, что там с зубками? Верни тетю где взял.
Корчился, но все же напрягся. Стойкий шмондюк, этого не отнять. Что за дурацкий у него чип? Абсолютно идиотская идея электронику в зубах прятать, киношная шуточка...
...Видимо, склад. Затхлый пыльный воздух, ящики. Прыгуны не удержались на вершине штабеля - Катрин показалось, что углов у пирамиды с полусотню и половина ей определенно досталась. Лежали в темном проходе, Ганн стонал.
- Что за несдержанность? - прохрипела Катрин. - Лежишь с приличной женщиной, веди себя прилично.
- Послушайте, Екатерина. Давайте договоримся, - взял себя в руки полит-координатор. - Я могу...
- Ты ничего не можешь! - зарычала шпионка, ловчее перехватывая "маузер".
Она била Ганна в лицо, в подбородок, окончательно перестав сдерживать руку. Гад вообще не представляет себе, что такое "вероятностное попадание" и "личная квота", ему кажется, что прыжок с чипом просто забавное приключение. Да и вообще бесконечно обнимать полуголого, чрезвычайно неприятного мужчину попросту невозможно...
Рукоять маузера раздирала дурно выбритые щеки, разбивала пытающиеся заслониться пальцы. Хрустели зубы, в лицо шпионке брызгала кровь. Попытки схватить за разящую руку закончились - Ганн только бессмысленно выл и бил в ящики ногами.
- На место или сдохни! - рычала Катрин. - Я тебе башку вместе с электроникой отобью.
- Ыыф, - взмолился-всхлипнул прыгун. Угроза навсегда лишиться чипа подействовала.
- Давай! - сдерживая свою руку, приказала шпионка.
...Опять темно, но рядом голоса, а под спиной разломанная этажерка. В сгибе руки по-прежнему зажата шея конвоируемого. На данный момент скользкого и бесчувственного, в вульгарно распахнутом халате.
- Москаленко! - заорала Катрин.
- Я! - немедленно откликнулся комвзвода и в коридор повалили люди...
...- Ко мне цепляйте, - требовала Катрин. - Он со мной уже немного научился считаться.
Запястье Ганна приковали наручниками к левой руке шпионки, другую длань задержанного прикрепил к своей мощной анархической руце товарищ Дугов. Ткнул врага под ребра и поинтересовался:
- Как он это делает? Как исчез?
- Иллюзионист, мля... - Катрин добавила о полит-координаторе несколько искренних слов и попросила. - На морду ему плесните. Еще не хватало, чтобы сдох.
Смотреть на Ганна было жутковато. Особенно на левую сторону физиономии - сырая котлета, да и только. Впрочем, когда начали умывать над тазиком, беглец пришел в себя, начал бормотать и ругаться вполне членораздельно, следовательно увечья были легкой тяжести. Крепкомордый полит-координатор попался.
- Заткнулся живо! - гаркнула Катрин.
Ганн глянул на нее, на наручник, и вновь сомлел.
- Поехали в штаб, - злобно сказала Катрин. - В бесчувственном виде он меньше тошноты вызывает.
- Постой, ты ж вообще мокрая и это... запачканная, - спохватился Дугов. - Да и он тоже.
- Да и хер с ним. Не на бал направляемся.
- Нет, это, Екатерина Олеговна уж ни в какие ворота, - Лисицын расстегивал свою шинель. - Не хватало только простудиться. Давайте-ка хоть сверху сухое накиньте.
- Жакет промокший по весу как кираса, - признала шпионка. - Но наручник отстегивать нет желания - подопечный еще тот резвун.
Жакет с нее попросту срезали - "попутчики" орудовали кинжалами шустро. В накинутой на плечи офицерской шинели, на пару с Дуговым выволакивая к машине вялого пленника, шпионка окончательно согрелась.
Загрузились на заднее сиденье, пара автоматчиков вскочила на подножки, анархист оседлал багажник.
- В Смольный, - скомандовал Лисицын с переднего сиденья. - Только не гони, людей растеряем.
- Соизмеряю, - заверил Колька, оглянулся, оценил физиономию арестованного и сделал логичное предположение:
- Укусить вас хотел, да, товарищ Катерина?
- Почти. Коля, езжай, не выводи из себя, - нервно попросила шпионка.
Чуткий водитель кивнул, "Лорин-Дитрих" на удивление ровно тронул с места.
Катрин пыталась успокоиться, но не очень получалось. Доставали мысли сугубо сюрреалистические, типа прыжка всем автомобильным экипажем куда-нибудь в меловой период, на берега теплого болота с меланхоличными диплодоками и любознательными крокодилами-антропофагами. Завернутый в пальто Ганн явно пришел в себя, и, хотя дергаться не пытался, совершенно неясно, что у него на уме. Хотя, конечно, чип у полит-координатора явно индивидуальный, крупные объекты с собой не потянет. Лоуд как-то упоминала, что в недалеком будущем изобретут развлекательные "попрыгунки", которые почти сразу и запретят в силу полной "ненужности, аморальности и опасности для здоровья". Но в каком варианте будущего это произойдет и не враки ли это вообще, оставалось неясно - оборотень частенько несет всякое-разное, не затрудняя себя объяснениями и достоверностью. Но получается, басня об индивидуальных чипах вполне себе правда.
Все ж какая дрянь эти "прыжки". Особенно в компании неадекватов типа полит-координаторов.
Притормаживая перед мостом, Колька обернулся и нахлобучил на голову шпионки свою шоферскую фуражку.
- Ловко, - удивилась Катрин. - С чего такая галантность?
- Ветерок, считайте, вообще ноябрьский. А у вас голова влажная. Волосы жалко, потому как красивые, - объяснил рыцарственный гонщик.
Ветер, действительно был холодноват. И вообще Катрин была сыта северной столицей по горло.
Прибытие следовательской группы в Смольный не осталось незамеченным. Когда конвоировали задержанного шпиона-попрыгуна многолюдными коридорами, следовательскую группу опережал слух: отдел Островитянской еще одного подрывника поймал! По лестнице едва пропихались - народу сбежалось уйма.
- Мало вы его измордовали, - сетовал седоусый красногвардеец. - Таких на месте стрелять надо.
- Только после окончания следствия, - отрезала Катрин. - Пусть рассказывает.
- Так тоже верно, - признал рабочий. - Ну, Орготделу виднее. Дожимайте его, змея мелкого.
- А он чего, из офицеров? - крикнул с верхнего пролета парень в мохнатой папахе, опасно наваливаясь на перила животом и указывая на шинель с погонами на плечах Катрин - по виду явно трофейную.
- Вы, товарищ, поосторожнее, не свалитесь ненароком, - холодно посоветовал шагавший за подконвойным Лисицын. - Шинель моя. И никакие офицеры гарнизона в террористических актах не замешаны. Это я вам как представитель штаба Округа заявляю.
- Да мы ж не про вас, а про других, - малость стушевался парень, и оглянувшись, сообщил кому-то. - На Воскресенской шпиона поймали. Офицеры от моста заметили, а наши прямо в воде за жабры взяли. Веслом глушили, во как оно!
Да, от народа правду не скроешь. Детали, конечно, могут и приукрасить, но суть уловлена верно.