- Я бы хотел извиниться, - довольно уверенно начал адепт и замолчал.
- Давайте считать, что извинились. Это все о чем Вы хотели поговорить?
- Да. То есть, нет. Мне сегодня сказали, что нашли нового руководителя, но я отказался и хочу остаться у Вас.
- Информацию к сведению принял. И давайте на этом прекратим этот ненужный мне, и тяжелый Вам, разговор. Напоследок, я Вам дам совет. Постарайтесь подружиться с остальными ребятами. Это поможет вам и в учебе, и в Ваших стремлениях относительно Дарьи, - покраснел то как. Не проронив ни слова, лишь благодарно кивнул.
Сам же намеревался направиться в библиотеку. Слишком много еще предстоит прочесть, что бы иметь хоть какой-то фундамент для поиска виновных. А из зацепок, у меня только металлические оружия убийства, вот и ищу записи о кузнецах. Обо всех преподавателях ведутся записи, вот эти бумаги я и просматриваю. Да и вообще, читаю о кузнечном деле все что могу понять. Так же я сходил в музей при академии. Там было много произведений разных мастеров. Но ничего напоминающего работу виденного мной оружия, я так и не заметил. Конечно, можно было пойти напрямую в кузнечный квартал. Да и повод у меня есть – на меня напали, ищу себе достойное оружие. Им я и воспользуюсь, но позже. Хочется подобрать материала. Знаний полученных от случайных встреч с кузней вместе с Анари недостаточно.
- Доброе утро дамы, - поприветствовал я ученицу с ее куратором на арене. – Вам, наверное, интересно, зачем я вас позвал? Вижу что интересно. Так вот, я вас позвал для того, что бы ты, - указал я на Ирину, - тренировалась, а ты – ее лечила, по необходимости. Возражения не принимаются.
Я давил улыбку, а они метали молнии в меня. Вот с такой вот вступительной речи началась тренировка. Тренировка была посвящена бою на шестах. Да и прошла она вполне неплохо. Каждый поединок был лучше предыдущего. Ирина прямо на глазах улучшала свои навыки. К услугам Дианы, мы так же прибегали, трижды.
- Итак, дамы. Ваши закулисные интриги меня немного притомили. Потому пора их решать. Согласны с этим? – еще бы они были не согласны. Вон как глазоньки блестят.
- И так, представим, заметьте, только представим, что я согласен. Ответьте мне вот на какой вопрос, что дальше?
- Что значит «что дальше»? – первой попыталась понять сказанное Диана.
- Для особо хитрых и красивых, но малосообразительных дам, поясняю. Как вы видите наши дальнейшее отношения? Не надо мне рассказывать обычаи и прочее, я их уже и сам прочел. И прекрасно понимаю, на что вы пошли с этим предложением. Прошу у вас прощения, что повел себя так. И все же. Ирина еще адептка, и ей предстоит выбрать королевство, к которому относится, а там количество женихов будет свое. Как вы видите этот момент в дальнейшем? – от такого вопроса Ирина не знала что ответить. Кажется, испуг прошел по ее лицу. Кстати это странно, ведь еще в первом разговоре, я упоминал этот вопрос.
- Это не проблема, – нашлась Диана. Или же она готовилась к этому вопросу. – Мы оформим документы, если она и ты согласен, и она станет моей сводной сестрой.
- Решение принимать Ирине. У нее голова для того, что бы ею думать, а не носить шапку.
- Я согласна, если это необходимо, - чистая констатация факта и ничего более.
- Так ты согласен стать нашим мужем? – не сдавалась Диана. Глаза Ирины выдавали этот же вопрос. А я себя чувствовал как на базаре. Речь не о духовном и вечном, не о чувствах описанных многими поэтами и писателями. А о обычном ходовом товаре. Хотя, наверное, не такой циничной твари как я рассуждать такими категориями. Девушки мне нравятся. С этим трудно поспорить. Люблю ли я их? Да, но не уверен, что это там сама Любовь.
- Согласен, согласен, - позволил я себе небольшую улыбку. И обнял обеих девушек. – Услышу, что соритесь, обеим голову сниму, - эта фраза прошла мимо их ушей. Они были довольны, довольны, тем чего добились.
Вот так вот я обрел двух жен. Пусть еще не официальных, но все же жен. Признаться меня сопровождали смешанные чувства. С одной стороны, по местным реалиям, я в принципе нормально обеспеченный человек – работа в академии это привилегия, и дана она не многим. По тому обеспечить дам я могу.
Второй момент, что меня беспокоил, это та обыденность с которой все произошло. В старом мире, уже давно не было браков по любви. Но все равно, это было как то не привычно. Не было конфетно-букетного периода, кучи нервов и всего прочего. Это вовсе не вкладывалось в мою голову.
Но главное, что меня беспокоило – это изменения в себе. Этот момент я понял не сразу, но понял. Я легко согласился на все это. Не могу этого объяснить, но разговор с Ириной на постоялом дворе, был в корне отличным от того, что произошел между мной и Дианой. Разговаривая с Ириной, я ясно понимал, что мне нужно отказаться от отношений, дабы не ломать ей жизнь. А вот дальнейшее беседы, такими не были. Я вроде и мыслил так же, но в корне был не согласен с тем, что должен отказаться от того (точнее тех), кто мне небезразличен. Почему произошла такая перемена во мне? На ум приходило два момента. Первый, это то, что я околдован или опоен чем-то. Но этот вариант сразу же разбивается о неоспоримые доводы. На меня не действует магия. А факт влияния зелий я уже успел проверить. По тому, или это все связано с моим состоянием во время лечения, или на меня воздействовало что-то, чего нельзя определить известными алхимическими методами, или же существует магия, которая на меня действует? Кстати надо бы проверить, может кроме магии жизни на меня все остальные типы действуют?
Я не знал ответы на эти вопросы, но я точно был уверен, что не готов и не хочу что-то менять в сложившейся ситуации. За все время, это были первые неясности, которые меня скорее радовали, чем настораживали.
Возвращаясь к девчонкам, я им сказал, что, несмотря на все случившиеся, отношения я не намерен пока что менять. Как минимум до того момента, пока не будут оформлены документы Ирины на вход в семью Дианы. Возражать они мне не стали, может по причине тех правил, что вступают в подобной ситуации, а может по причине логичности моих слов.
Вся неделя была как под копирку. День начинался с тренировки и ею же заканчивался. Сутра я мог лишь поработать с Ириной, сам же нагружался вечерами. Я и не заметил, как соскучился за своим спарринг партнером. С ним я работал в полную силу. А вот с Ириной я работал не в полную силу, по двум причинам. Во-первых, она, все-таки, еще уступает мне в уровне владения оружием, а во вторых – я не владею остальными видами оружия на том же уровне, что и катанами. Тренировку же Ирины я построил по следующему принципу, учитывая ее скорость осваивания материала, каждое оружие будет отрабатывать примерно по неделе. С той лишь разницей, что каждый день она будет сражаться со мной одним и тем же оружием (шест на этой неделе), я же каждый день брал что-то другое: шест, меч, глефа, копье и так далее. На всех утренних тренировках присутствовала Диана. Пошли даже слухи, что они меня обучают владению мечем, раз палка мне не помогла.
Днем я занимался с адептами: на уроках со всеми, после уроков – только со своими. За эту же неделю мы, а вернее они, доделали весь заказ от гильдии. Я был рад их успехам, неплохими алхимиками могут получиться девчонки, парни – теоретически тоже были неплохо подкованными, но уж слишком рассеяны местами. Но вмести, они компенсировали недостатки друг друга.
Вечерами я сидел и читал историю болезни Дианы, если надоедало это чтиво – шел читать в библиотеку о кузнецах. Возвращаясь к истории болезни Дианы, я пока что мало чего понимал. Судя по бумагам, ей были нанесены раны кинжалом в руку. Кинжал был смазан ядом, состав которого до сих пор установить не удалось. Будучи еще в том возрасте неплохо знакомой с магией жизни, Диана смогла избавиться от следов пореза. Но через некоторое время она начала ощущать режущую боль ниже бывшей раны, с ее эпицентром в безымянном пальце и мизинце. Обезболивающие эликсиры, так же как и магия, не давали покоя. Диана не чувствовала руки, но боль не унималась. Все известные маги и алхимики лишь разводили руками, но не могли найти причины этого. Если я не напутал ничего, то среди записей, по почерку, я обнаружил наблюдения мастера Ролана. Но они были малоинформативными. Адские боли преследовали Диану около полгода. Затем боли начали утихать и появились проблемы с функциональностью всех пальцев руки. Итог, полное прекращение боли и слабая функциональность мизинца и безымянного. По тем же бумагам, функциональность была вовсе мизерной, но со временем Диана смогла немного разработать пальцы.