— Короче, давай приезжай, на месте решим, — проговорил собственник дома.

Адрес я знал и ехал туда прямо от автосалона по трёхполосой дороге, сначала с горки, потом на горку, повернул в сторону Академгородка, проехал все девятиэтажки и пятиэтажки «академа» я попал в совершенно другой мир. Где я уже, впрочем, бывал. Сам особняк находился в уже известном мне месте, называемом «Полем чудес». Он возвышался за кирпичным забором и сам был из кирпича: два этажа основных и покатая крыша с окнами — значит, есть ещё и третий. Ворота были глухие и широкие, состояли из чёрного металла, у них я и припарковался. К слову, у периметра дома был ещё один вход, к которому прилегала кирпичная постройка с такой же крышей, как у основного дома, но поменьше, наверное, гараж. Нам открыл хозяин — мужчина лет сорока, как по виду, бывший военный. Высокий. Прямая спина, короткая стрижка «ёжиком», пронзительный взгляд серых глаз, оценивающий нас и «Хайлендер». Но в углах его глаз и рта были мимические морщины, а руки казались сильными.

— Дарова, — протянул он мне руку. — Владимир.

— Привет, — порадовался я встрече. — Слава.

— Здравствуйте, — произнесла за моей спиной Ира.

— Ещё раз извините за мою дурочку. Пойдёмте, посмотрим дом, — выдохнул он и жестом пригласил нас в усадьбу.

И мы пошли. Дом, как и казалось со стороны, был двухэтажным, плюс мансарда под крышей. Весь особняк состоял из красного кирпича, с массивной дубовой дверью. Никакого гламурного гипса и лепнины, а внутри пахло деревом. Высокие потолки, просторные комнаты с небольшими окнами — словно для обороны. И множество просторных комнат. Рыжику и Ире будет где погулять. В объявлении было указано что дом 350 квадратов, настоящие хоромы в сравнении с моим домом и домом Иры.

И видя что моя девушка пошла по комнатам изучать. Я оставил её осматривать дом одну, а мы с Владимиром пошли в отдельно стоящий гараж, где в крупном белом «Лексусе» сидела девочка моих лет, светленькая, губастенькая, ухоженная. Видимо та самая, что писала мне фигню. Чтож, можно лишь позавидовать сорокалетнему мужику, или посочувствовать, что он себе завёл невоспитанную альтушку. Её же как раз можно понять, у неё один актив, её внешность, которой она «торгует». Да и его, если честно, я отчасти понимал, сам живу с бывшей практически моделью. А внешность девушки для мужчины очень важна, особенно когда тебе за сорок и ты всего остального уже добился.

Сам гараж на две машины выглядел очень хорошо. Чистый бетонный пол, хорошее освещение, смотровая яма, закрытая металлическими щитами, почти такими же, из каких сварили ворота. Я, присев на корточки, отодвинув один щит, обнажая бетонные ступени, уходящие вниз. Место, где можно спокойно осмотреть днище, сменить масло или спрятать что-то огнестрельное.

— А почему продаёте? — спросил я, глядя в яму.

— Хочу в королевство Тайланд на ПМЖ переехать, у меня наконец-то выезд разрешили. Тут всё осточертело, Родине отданы лучшие годы жизни, а теперь хочу для себя пожить, а Русь-матушку любить со стороны. Прилетая пару раз в год на могилки родителей.

— А где служили? — спросил я.

— Начинал в Октябрьском РОВД, потом перешёл в ОБЭП, потом в ГНК. Короче, помотало чуток, — ответил он.

Имеют ли менты такие дома? Только если купил землю двадцать лет назад и примерно тогда же начал строиться тут… Но это его дело, как он на него заработал, может пахал также как я?.. А может крышевал в 2000-ные коммерсов отбивая и от бандосов.

— А я в Кировском ОВО, — произнёс я.

— О как. Виталий Шукин ещё работает? — спросил он.

— Нет, — покачал я головой. — Я такого не знаю…

— Сколько времени прошло, — протянул он. — Ну, короче, тридцать миллионов за дом. Только тебе могут ипотеку не оформить на такую сумму, я знаю, какие у ментов сейчас зарплаты, плюс у тебя тачка кредитная, скорее всего.

— У меня родители понимающие, могут себе позволить, — произнёс я, вставая с корточек.

— Родители — это важно, — кивнул он. — Ну что, как поступим?

И тут пришло сообщение от Иры:

«Этот дом просто супер! Я по всему прошлась, тут и подвал есть, и спальни две светлая и моя будущая мастерская на верхнем этаже».

«Понял. Ну тогда берём. Я пока о цене толкую с Владимиром». — ответил я, добавив, — «Всё таки, скинь сиськи!»

«Дурак!» — получил я ответное сообщение, — «Люблю тебя!»

Но я продолжил диалог с Вовой:

— Я тебе сегодня отдаю сто тысяч рублей. Ты пишешь расписку, что их принял в качестве оплаты за аренду дома, и вношу ещё сто тысяч в качестве залога за мебель, если я вдруг съеду и что-то испорчу. Если же всё хорошо и дом меня примет, то мы оформляем сделку на тридцать миллионов. Даже если ты будешь за рубежом — у меня просто сумма в крипте.

— Хорошо, давай на том и остановимся. — кивнул он и мы пожали руки в знак предварительных договорённостей.

Вернувшись в дом, по которому во всю гуляла Ира, мы сели на первом этаже в гостиной за стеклянным столом и, достав паспорта, оформили расписки в двух экземплярах, в которых подписями закрепили наши договорённости. А после обменялись контактами. И Вова сказал, что пришлёт юриста, чтобы тот всё оформил правильно, как только я решусь на покупку. Отдав мне ключи — физические и электронные — от гаража. А я отдал деньги и, попрощавшись с разновозрастной парочкой, мы остались с Ирой в этом доме.

— Он прекрасен, — произнесла она, прильнув к моей груди.

— Дом? — уточнил я.

— Ну не Владимир же, — фыркнула Ира.

— Ну не знаю, его девочке вроде нравится, вон как ревнует. На грани безумия, — пожал я плечами.

— Да дура она. Я её кажется знаю, она в эскорте работала, от модельного агентства Моряков и Компания, — вспомнила Ира.

— Да и хрен с ней. Но дом я соглашусь хороший. Но я вынужден буду позвать ребят с работы, которые напичкают его нужной мне электроникой и всем необходимым для моей службы, — предупредил я.

— Тут даже кабинет у тебя личный будет, ты сможешь там хранить все свои тайны, — произнесла она.

— Спасибо, Ир, за понимание, — прижал я её к своей груди.

И отписавшись куратору Еноту о том что я переехал на новый адрес, я получил ответ, что завтра всё перевезём, и завтра же установим системы. Далее, я утвердительно ответил на его вопрос: удобно ли с 14.00 до 17.00 отсутствовать дома. А сам пошёл осматривать свои владения, пока Ира залипла на женский стендап по телику в гостиной.

Гуляя по дому, я отметил, что в нём две спальни, три туалета: два возле спален на втором этаже с отдельными ванными и один на первом этаже для гостей. Мой кабинет был на первом, как и кухня, и, видимо, раньше тут был винный погреб, потому как запах чего то кислого стоял крепкий, похоже было на то, что Владимир развлекался изготовлением своего алкоголя, но после ряда провалов решил завязать, и теперь тут была котельная, которая отапливала весь дом.

Выключатели тёплых полов оказались у входной двери на стене первого этажа и у лестницы для каждого из последующих этажей. Однако в подвале теплого пола не было, хотя тут из-за котла и так будет жарко. Лестница на второй этаж была сразу за гостиной, в которой располагалась мягкая мебель и большой телевизор на стене. Видно было, что Владимир принимал тут людей по долгу своей службы. На втором этаже разместилась библиотека с полками бумажных книг в твёрдых переплётах, спортзал с тренажёрами и борцовским ковром три на три, с мешками для бокса, и детская комната сейчас пустующая. Видимо, она готовилась под совсем маленького ребёнка, но что-то пошло не так, и, судя по отсутствующему износу в этой комнате, можно было предположить, что детей тут так и не было. Зато «детская» имела окно, откуда прекрасно просматривался внутренний двор, где, кроме ровного травяного газона, ничего не было. Хотя нет — была беговая тропинка по периметру всей территории, усыпанная рыжей резиновой крошкой. А в противоположном от ассенизаторного люка углу участка, в тени пары высоких сосен, стояла добротная, срубленная из толстого бревна баня с небольшой верандой. Рядом с ней виднелась аккуратная постройка летнего туалета и сложенный из кирпича широкий стационарный мангал, накрытый козырьком от дождя.