- Так, часики на землю положи, а сам в сарай иди, там, в глубине ларь стоит - насыплешь себе в сидор картопли, сколько влезет.
……..
…..
*** Взгляд со стороны. Вспоминает Тотен
«Ну что же, вот оно. Теперь все по-настоящему. Никаких тебе криков «попал!». Если попадут, убьют к чертовой матери. И никаких «Император защитит»… - Мысли роились, наскакивая друг на друга. - Интересно, как драгоценная моя? И Мишка? Увижу ли их еще?»
В голове творился форменный бардак. До этого момента думать было некогда, а теперь во время этой «прогулки» до деревни, мысли как будто кто-то выпустил на волю, и они как дикие пчелы устроили хаос в голове. Вспомнив принцип, «мысли пачкают мозги», он попытался их унять, сконцентрировавшись на рутине: «Спокойно, с пятки на носок… веточка… обходим, смотрим вправо. Кусты шевелятся? Показалось…»
Через некоторое время таких самоувещеваний голова несколько прочистилась, и мысли уже можно было хоть как-то внятно структурировать.
«Как сюда попали - не понятно. Дырки во времени и прочая научная и не очень фантастика. Да, пожалуй, и не важно уже. Карты сданы и придется играть с тем, что на руках. А на руках у нас сорок первый год. Жесть… Одно успокаивает, вокруг ребята, которые могут научить буквально всему, лишь бы первую стычку свою пережить. Выжить, вот и все что нужно. А дальше времени вагон будет и стрельбу подтянуть и азы рукопашки освоить. Хорошо еще здоровьем вовремя занялся и физуха теперь в более-менее пристойном состоянии. Так что шансы есть и неплохие».
Идти с немецким карабином по лесу было непривычно - слишком длинный. Постоянно приходилось смотреть, чтобы не зацепиться за ветку стволом или прикладом. Это не современные (хотя что теперь значит «современное»?) автоматы, легкие, и, главное, короткие. С привычной игрушечной G36 или M4 он мог пройти Бог знает сколько километров, а потом еще и действовать более-менее эффективно. А теперь «мышечную память» придется загрузить еще и немецкой винтовкой. Тяжесть - это ерунда, да и распределен вес все же очень грамотно, «кар» - все же, удобное и прикладистое оружие. Длинный вот только, собака, придется к этому привыкать, но еще не известно, что лучше, «кар» или МП-38, который «по ощущениям» тяжелее.
«Надо будет на досуге научиться правильно вскидывать винтовку, а то не зря командир ругался на то, что у «привода» вообще нет отдачи Да и Тоха с Люком только презрительно хмыкали, когда видели кого-нибудь из страйкбольстов, палящего из «калаша» с одной руки. Боже мой, сколько же всего нужно освоить!»
Пострелять из «девяностовосьмого» «в жизни» как-то не пришлось. Из «мосинки» стрелял, да и собрать-разобрать могу. Может стоило взять ее? Впрочем, будем надеяться, занимательное вечернее чтение не пройдет даром: Колян «Берсерк» столько книг по оружейке подогнал в свое время - читать не перечитать. Хорошо, что былое увлечение «германщиной» сказалось и книжки по «девяностовосьмому» и «тридцатьчетвертому» были изучены первыми и наиболее внимательно. С «эмгачем» и так все понятно, а с «каром» разбираться придется.»
Хрусть!
«Бл… под ноги… внимательнее… Теперь каждая минута - учеба, каждая секунда! Внимательно… Это у ребят от двух до двадцати лет военной службы с участием, у тебя только те несколько лет, что ты - «солдат выходного дня».»
Приятно конечно, когда Шура говорит, что я достиг состояния «чОткий воин», но шаромет-одно, а настоящий лес - совсем иное…
«Внимательно… Выжить вот и вся задача. Выжить, а дальше уже будем разбираться как возвращаться будем «своим ходом, год за годом» (интересно, откуда эта цитата? Забыл…) или переносом каким». Мысли пачкают мозги, так что смотрим по сторонам и перестаем думать, пора смотреть, слушать и чувствовать.»
И он обратился в слух, зрение и обоняние.
*** Фрагмент написан Алексеем Деминым.
………….
Но, когда я зашел в сарай, вглядываясь в царивший там полумрак, дверь за мной со скрипом захлопнулась. «Вот попал!» - пронеслось у меня в голове. Спустя пару мгновений я понял, что в сарае я не один - в дальнем углу кто-то встал с соломы, покрывавшей земляной пол.
- Ну, будем знакомиться? - спросили меня из темноты.
Однако в этот момент мой пленитель заорал кому-то во дворе:
- Семка, етить тебя налево! Где ты? А ну полезай на клеть, да маши хосподам официрам. А то в клети уже пятеро спойматых.
Из темноты ко мне вышли трое в военной форме. Правда, выглядели они похуже, чем «наши» окруженцы. У одного был синяк в пол-лица, а шею другого украшала повязка из грязнущего бинта. В петлицах третьего я разглядел три треугольника, причем, судя по отсутствию других эмблем, он был из пехоты.
- Так знакомиться будем? - повторил старший сержант.
- Можно и познакомиться.
В этот момент человек, до этого сидевший в тени, встал и сделал шаг ко мне.
«Опа!» - мелькнула у меня в голове мысль, когда в луче солнца, пробивающегося сквозь щель в стене, грозно сверкнула рубиновая шпала, а на порванной и закопченной синей фуражке увидел такой знакомый по книгам малиновый околыш.
- Кто вы такой? - грозно спросил незнакомец.
«Да, серьезно тебя звезданули!» - подумал я, заметив темно-синие круги вокруг глаз, хорошо заметные даже в полумраке сарая.
- Вы бы присели, товарищ лейтенант госбезопасности, а то, у вас, наверное, голова кружится.
- Вы что, врач?
- Нет, но в травмах разбираюсь, - машинально ответил я.
Какая та мысль сидела занозой в мозгу, не давая, сосредоточится…
- Это как? - спросил чекист.
- Вам лучше ответить! - вступил в разговор пехотный сержант.
«Лучше… Лучше… Лу… Каких таких «официров» звал хозяин этого зиндана?» Тут я вспомнил великолепный фильм, который я любил в детстве, но потом много лет не пересматривал. Там тоже куркулистый хуторянин заманивал красноармейцев, запирал их в погребе и флагом вызывал бандитов. Вот зачем наш «гостеприимный» хозяин посылал какого-то Семена на крышу сарая! А в плен мне очень не хотелось
- Товарищи военные, вы можете называть меня Василием…
- Что? - слегка удивился сержант.
- Извините меня, конечно, но вам действительно так важно знать, как меня зовут?
«О господи, время то уходит, а они тут обмен визитками хотят устроить!»
- Что значит «Василий»? А документы какие-нибудь у вас есть? - проговорил гэбэшник
«Его сейчас стошнит, а он допросы тут ведет… Гвозди бы делать из этих людей! И забивать…»
- Нет, документов у меня нет. А у вас?
«Ой, побьют тебя сейчас, языкастый!»
- Да что вы себе позволяете? - это снова сержант.
- Вы меня еще раз извините, но, по моим прикидкам, в деревне минут через двадцать будут немцы.
Вы можете спросить меня, с чего я это взял? Ну, размахивание флагом видно примерно с километра, а машина или мотоцикл, даже по местным раздолбанным дорогам, проедет это расстояние минут за десять. Накинем еще минут пять на сборы. И пять - на непредвиденные обстоятельства
Сержант дернулся ко мне:
- А ты откуда знаешь?
- Когда меня в сарай заталкивали - слышал, как куркуль этот кого-то просил сигнал каким-то «официрам» подать. И упоминал, что пятеро уже тут. Вас тут четверо, соответственно я - пятый.
- С чего ты взял, что он немцам сигнал подает? - спросил боец с подбитым глазом.
- А кому, по-вашему?
- Может заградотряду нашему?
- А товарищ лейтенант госбезопасности в этом сарае просто в тенечке отдыхает?
Тут голос подал сам энкавэдэшник:
- Что вы предлагаете… товарищ Василий?
«Хороший знак. Хотя бы на пять минут они перестанут меня допрашивать»
- Все зависит от того, сколько немцев за нами приедет. Если их человек пять, можем и справится.
- У них оружие.
- А может, стену выломаем? - спросил я.
- Не получится, мы здесь уже второй день сидим… - включился в конструктивный разговор сержант.
- А тут палок никаких нет, сарай все-таки?