- А, военврач? Он, что, тоже диверсант?
- А, каким, ты думаешь, должен быть врач в спецгруппе? Он тебе и в противоположную сторону путевку выпишет без задержки. Тут у каждого (ну, это уж я приврал!) - личное кладбище с половину футбольного поля.
Обалдевший Дымов прикинул в уме масштабы, и ему явно стало не по себе.
- Ладно. На сегодня все, пора и в лагерь.
** Автор - Александ Контрович.
….
Завтрак был великолепен! Казачине и Несвидову удалось невозможное: каша из горохового концентрата, позаимствованного из немецких пайков, сдобренная салом и какими-то специями, была вкусна до невозможности. Хотя, может быть, мой желудок уже переключился в режим экстремального существования. Надо сказать что я, в обычной жизни - тот еще гурман. Люблю вкусно и полезно покушать, а от недоброкачественных продуктов у меня моментально расстраивается желудок. Но в походах и на «играх», это если не вспоминать об армейской службе, перевариваю даже гвозди.
В дополнение к каше каждому были выданы пара галет с куском домашней колбасы и по кружке горячего чаю с сахаром. Глядя на изумленные лица бывших окруженцев, я подумал:
«А ведь то, что для нас обыденность, для них - роскошь, о которой они за последнюю неделю успели забыть!»
Пока я наслаждался десертом в виде чая и сигареты, ко мне подсел Трошин, так же державший в руке кружку с чаем, а в другой руке - пачку трофейных сигарет.
- Товарищ старший лейтенант, я хотел бы с вами поговорить.
- Вячеслав, ну что ты, как на плацу. В неофициальной обстановке ко мне можно и по имени, а можно и по позывному.
- Я как раз о позывных хотел вас спросить.
- Да ты присаживайся… - и я показал ему на землю рядом с собой.
- Антон, я хотел вас спросить, а почему у милиционера нашего уже есть позывной, а больше вы никому его не дали.
- Заслужил, значит.
- Но, как я понял, он не сразу с вашей группой был. Так ведь?
- Так. Но, понимаешь ли, майор, - я заметил, что от упоминания его старого звания лицо Трошина закаменело, однако продолжил, как ни в чем не бывало, - позывной - это как знак отличия, принадлежности к некоей касте, что ли.
- То есть, вы хотите сказать «не для всех»?
- Вроде того.
- А как мне можно это заслужить?
- Даже не знаю, что тебе, Вячеслав, ответить. Наверное, только делом. Хотя можно и наоборот, хотя, я думаю, позывной «Трепло» или «Балаболка», тебя не обрадует.
- Это точно! Антон, а вы не могли бы мне рассказать, как правильно позицию выбирать и вообще… А то я слышал, как Зельц про занятия с капитаном рассказывал…
- Не надо бежать впереди паровоза. Вот сейчас поедим, а потом у нас занятия запланированы. Там и увидишь. Да и себя показать сможешь. Плечо-то как, не болит?
- Да почти уже зажило. Мне товарищ военврач сказал, что еще пару дней и все будет в полном порядке.
Минут через пятнадцать, дав личному составу как следует усвоить пищу, Фермер собрал всех, кроме двух часовых, под деревьями. Причем при построении разделил присутствующих на равные группы: в одну вошли попаданцы и Зельц, в другую - окруженцы
- Ну что, товарищи военные, посмотрим, из какого вы теста сделаны! Задача у вас будет простая: вот эти вот граждане, - кивок в нашу сторону, - будут наступать на вас вот от той опушки, - и он показал на противоположный конец поляны.
- В руках у вас будут винтовки без патронов. Перезаряжайте и стреляйте, как только поймаете на прицел противника. Надеюсь на вашу честность. Задача ясна?
- Да - хором ответили «испытуемые».
Затем Саша отозвал нас в сторонку.
- Атаковать будете втроем. Пойдут: Люк, Арт и Док.
Тотен было встрепенулся, выражая всем своим видом готовность немедленно защитить честь мундира, но, вспомнив о своей раненой ноге, так ничего не сказал.
- Ну а мы с тобой, - это уже Бродяге, - поработаем Госприемкой.
- Все ясно?
- Да куда уж яснее! - ответил за нас троих Люк.
….
Вспоминает гвардии полковник Трошин В.С.
«…Мы тогда здорово удивились: " как это втроем атаковать по открытому месту шестерых окопавшихся»?
Мы с Несвидовым залегли в одной из воронок, остальные тоже попрятались. Я затвор карабина заранее передернул. «Ну» - думаю, - «посмотрим, какие вы, товарищи чекисты, страшные».
Тут командир в свисток дунул - сигнал к атаке подал.
Я в опушку пристально вглядываюсь - противника ищу. Смотрю, вроде что-то за деревьями мелькнуло. Целюсь.
Тут один из них вскочил, но совсем не там, где я ожидал, а метрах в пяти впереди, уже на поляне. Вскочил и вперед бросился. Я его стволом сопровождаю. Дыхание задержал, и только я крючок потянул, как он раз - и исчез. А я уже курок спустил. Слышу - рядом ударники защелкали - ребята тоже не успели, значит.
Чертыхнулся я про себя, и за затвор берусь. Тут гляжу - еще один, как заяц бежит. Затвор закрыл, приложился - а нету его. Стрелять не в кого.
Думаю - «Вы хитры, а мы тоже не дурачки деревенские!». И возвращаю ствол в то место, где первый залег. Сейчас он вскочит - а я тут как тут.
И действительно вскочил! Только совсем не там, а метра на три ближе и в стороне.
«Что за черт!?» - думаю.
Ну да ладно, народу на нашей стороне хватает - решил я третьего караулить. Он, как я думал, не такой ловкий, раз сразу вперед не метнулся. И начинаю пристально следить за опушкой.
Краем глаза заметил, как кто-то еще на поле метнулся-перекатился. Только я не углядел, первый это или второй был. Опять ударники защелкали. Но, по моим ощущениям - впустую.
Минуты две мы так в прятки играли, вдруг слышу, рядом кто-то покашливает. Вначале я подумал, что это сержант наш, но потом вспомнил, что Несвидов от меня слева лежит. Повернулся я, винтовку на себя потянул… Смотрю, а метрах в пяти от меня как будто кусок дерна поднялся и на меня дуло автомата смотрит.
Встал я, как оговорено было. А он - это лейтенант-разведчик был, траву отбросил и нам в тыл колобком покатился. Несвидов дернулся, на меня, вставшего смотрит. А лейтенант на колено привстал, и затвор с боевого взвода спустил, а у ППД он громко так лязгает. Ну, Несвидов все и понял - тоже руки в гору потянул.
А когда мы из воронки вылезали, то увидели, как они остальных добивали. Старший лейтенант Окунев, тут то, я уже рассмотрел, метался, что твой сазан в речке. Он к воронке, где двое «наших» сидело, подобрался, и совсем ребят замотал. Высунется - они винтари вскинут, а он опять заляжет, но затвором щелкнуть не забудет. Минуты полторы он их мучил, а потом вскочил и мимо них в тыл пробежал, а ребята как раз перезаряжались. Вот так вот нас уму разуму учили!»
…..
После нас с сольным концертом выступил Бродяга, внеся в неокрепшие умы предков еще больше сумбура.
**Бродяга. Взгляд сбоку.
Слегка обалдевшие, от полученного урока, наши окруженцы выстроились на поляне.
- Ну? - спросил Фермер. - Вопросы есть?
- Товарищ майор госбезопасности - это Несвидов. - А, где же так учат? И почему нас так не готовили?
- Хороший вопрос. Учат так в подразделениях специального назначения. Учат долго и трудно. И не всем эта наука дается одинаково. Капитан, сколько лет у тебя первоначальная подготовка была?
- Три года.
- Сколько народу через группу прошло?
- Сто десять человек.
- И сколько до конца обучения дошло?
- Одиннадцать.
- И сколько лет ты сам всем этим занимаешься, если с обучением считать?
- Четверь века уже.
Окруженцы подавленно молчали.
- Вы носы-то раньше времени не вешайте - ободрил их Фермер. - Тут ведь какие еще особенности есть? Бойца спецподразделения сначала учат таким вот премудростям, а уж потом, по специальности готовят. Ну, там взрывником или снайпером, артиллерийское дело или связь. На все это время нужно. А, у вас уже специальности есть. Из меня вот, артиллерист почти никакой, а из вас, товарищ Трошин?