– И что? Там таки ничего и нет? – задрал я бровь, точнее попытался, под бандурой прибора все равно мимику разглядеть было невозможно.
– Теперь нет, – кивнул капитан. – А так пяток сигналок снял, и два датчика закоротил. Примитив самый стоял, к тому же один датчик какие-то признаки жизни подавал, а второй был окончательно и бесповоротно сдохшим.
– А толку нам с того, – недовольно проворчал я. – Под твоими кустиками машина все равно не пройдет, придется напрямую через поляну переть. Ладно, я уже смирился с тем, что мы тут наследим… Патруль откуда идет?
– С востока.
– Хорошо, тогда вылезай на тропу и отслеживай, когда кто-нибудь попрется. Сможешь их успокоить? Только желательно без трупов и шума…
– Без трупов – вряд ли, – отрицательно покачал головой Стингер. – Их все-таки трое и они в брониках и касках, нет гарантии, что получится оглушить аккуратно. Вдвоем с Волосатиком или с тобой – сможем, в одиночку… не возьмусь.
– Черт, народу не хватает, – настроение у меня начало портиться. – Потапыча я хотел за руль посадить…
– Посади фсбшника, пускай отрабатывает, – капитан пихнул меня локтем в бок. – Насколько я помню, полянка была относительно ровной, авось проедет…
– Придется, – я недовольно стал присматриваться к полянке, как будто надеясь увидеть под снегом неровности рельефа. – Ну не хочется мне детей этих на глушняк валить, не хочется…
– Сентиментальным становишься… – хмыкнул зам, но тут же согласился со мной. – Хотя, мне если честно тоже неохота их класть, ребята ж ни в чем не виноваты, да и вообще в наших играх не при делах. Да и свои вроде как…
– Ладно, дуй на тропу, может здесь никто и не появится, – ну да, надежда умирает последней. – Потапычу потом по рации объяснишь, как тебя найти. И будем приступать потихоньку. Вот жопой чую, без спецэффектов не обойдется вся эта мистика.
Стингер коротко и едва слышно хохотнул и нырнул в кусты, моментально сливаясь со снегом. Правда в ПНВ его все равно было видно, хоть и хреново. А я побрел обратно к машине, стараясь держаться поближе к деревьям. Там и в самом деле было поменьше снега, соответственно и следы были не так заметны, как на открытом пространстве.
А вот следы от машины… Последний километр правда, агрегату дался совсем нелегко. Вот уж не знаю, благодаря чему, то ли водительскому искусству Потапыча, то ли его же виртуозному мату, но сюда мы кое-как доехали, даже толкать буханку не пришлось. Только вылезти всем, кроме водителя, и топать пешком. Но колея сзади осталась… Даже сейчас ее было великолепно видно, а уж днем. И еще мне не давал покоя след, оставленный нами на выезде из колеи. Оставалось полагаться только на всемогущий русский "авось", до утра заметить не должны были… Правда эта с позволения сказать "дорога" находилась от нас сейчас совсем недалеко и вроде бы по ней пока никто еще не проезжал.
Пулеметчик топтался около водительской двери, уже в обнимку со своим любимым "Печенегом", и насторожено поглядывал вокруг. Я жестом успокоил его, поманил за собой и, обежав машину, открыл дверцу салона.
– Вылезаем, приехали, – опять же жестом предложил я выгружаться пассажирам. Те выползли, поеживаясь от ночного холода. А я с сомнением оглядел эту парочку. Ну ладно, Лисицкий автомат себе на плечо хотя бы прикладом вверх повесил, хоть как-то до него дотянуться сможет, если понадобиться. Девчонка же "Калаш" вообще оставила в салоне, хорошо хоть кобуру с выделенным ей пистолетом на пояс прицепить не забыла. Нда, интересно, как она его из-под бронежилета доставать собирается, да еще из застегнутой кобуры… Ладно, работу над ошибками я ей попозже устрою
– Проблемы? – спросил полковник, передвигая автомат себе под мышку и пытаясь хоть что-то разглядеть в лесу. ПНВ то мы ему не давали, без некоторого навыка толку с него не особо и много, тем более, пока сидишь в машине.
– Пока нормально все, – качнул головой я. – Значит так, Клест, сможешь проехать триста метров по заснеженному лесу в свете фар? Вроде летом ям особых тут не было…
– Не знаю, Дракон, – фсбшник с сомнением осмотрел лес. – Но попробую. Может с ночником получше будет?
– Вряд ли, – остудил его порыв Потапыч. – С фарами удобнее, а с ночником еще и сноровка нужна. Кстати, командир, а чего не я то? Я ж точно справлюсь.
– Ты дуешь сейчас на верх склона, и ищешь там Стингера. А потом вместе с ним стережете тропу патруля. Если на свою голову они появятся – то постараетесь их просто оглушить. Но это, конечно по возможности, главное – сами не подставляйтесь.
– Понял, – кивнул пулеметчик и начал было разворачиваться, но я придержал его за рукав.
– Стоять. Еще не все. Думаю, когда портал откроется вы сами увидите, но я все равно вас дерну по рации. После этого – галопом в ворота, меня не ждать, ни на что не отвлекаться, я пойду последним. Все, вперед…
Потапыч еще раз кивнул и убежал в темноту. Я повернулся к полковнику:
– Теперь ты. Сидишь за рулем, никуда не вылезаешь, по моей команде врубаешь двигатель и едешь… Ты видел, откуда я пришел? – я дождался согласного кивка и продолжил. – Вот туда и едешь, только не торопись, ради всех святых. Как портал выглядит представляешь? Ааа… черт, конечно нет… В общем, это, как правило, черное пятно, в котором… тваю… это проще показать, чем объяснить. Но я думаю, что не спутаешь. Если что – я буду стоять рядом. Правишь прямо в него и на что не оглядываешься. И это, готовься потом тормозить и быстро, хрен его знает, что там прямо перед выходом окажется. Ну и ствол под рукой держи, на всякий случай, мне просто некого вперед послать на разведку… Вроде все.
Полковник сумрачно кивнул и полез на место водителя.
– Так, Оля, с рацией разобралась? – повернулся я к девушке.
– Да, она почти такая же, как у нас, – кивнула она.
– Хорошо, напоминаю, в радиоэфире – только по позывным. Берешь автомат и идешь за мной. Выполняешь мои приказы и ради Бога, ничему не удивляйся…
Девушка послушно кивнула, а что ей еще оставалось то, и полезла за автоматом. А потом принялась закидывать его на плечо. Я с трудом удержал желание перевесить ей оружие так, чтобы она могла им хотя бы воспользоваться, напомнив себе, что человек необстрелянный, куда пальнет – неизвестно. А так, авось пока она автомат с плеча сдергивать будет, все уже закончится и стрелять не придется. Ну, будем надеяться.
И я не торопясь пошел обратно, постоянно оглядываясь, чтобы убедиться, что девушка не отстает. Ну и подходить к вратам стал не через поляну, а по кустам, как Стингер и советовал. Там кстати обнаружились его следы, было видно, что капитан пытался их заметать, но видно все равно было неплохо. А уж те места, где он снимал датчики и сигналки прямо-таки бросались в глаза. В эфире возник короткий диалог, Стингер с Потапычем опознавались, но быстро затих. Ну, похоже они уже на месте, да и я как раз подошел к березе, справа ограничивающей врата. Надо начинать.
И я вытащил из подсумка левой рукой металлический многогранник. Черт, с прибором ни хрена не видно, символы на гранях рассмотреть не могу. Странно, Зигфрид говорил, что они вроде как светиться должны. Хотя… Я решительно расстегнул фиксирующие ремешки и сдвинул прибор на шлем. А вот теперь символы и впрямь светились, и достаточно ярко. Вот только как-то неправильно, но в чем эта неправильность… А, ну да, светится то они светились, вот только вокруг себя ничего не освещали. Вот блин, странно, нелогично, неправильно…
– Что-то не работает? – тихо спросила у меня за плечом Оля.
Я повернулся и сурово посмотрел на нее. Впрочем, какая разница, ПНВ у нее все равно нету, не думаю что она могла рассмотреть мое выражение лица.
– Ну вы так уставились на это камень, – девушка нашла нужным пояснить свои слова, видимо подумав, что я обернулся с вопросом. Так, стоп, она разве не видит, что символы испускают отчетливое зеленоватое сияние. Или… действительно не видит?
– Этот, как ты выразилась, камень светится или нет? – стараясь говорить спокойно спросил я.