- Что такое? - нетерпеливо уточнил старший.
- Ну, то самое, - мечтательно выдохнул молодой.
Внимательно прислушиваясь к разговору я тем не менее не ослаблял внимания и следил за подходами. Дослушав до этого момента решил, что главное, что меня интересовало я услышал, а дальнейшие сопли стосковавшихся по женскому вниманию на военной службе мужиков, мне абсолютно ни к чему. И приняв такое решение стал осторожно отползать в сторону по дуге обходя место секрета. Двигало мной желание посмотреть на сопредельную территорию и тех самых пресловутых фашистов. Которых до этого я видел только на телеэкране, да и то в основном в исполнении русских актеров. А вот так вживую еще не приходилось. И это эта тяга была не преодолима. Хотя я и отдавал себе отчет об опасности, и самое главное бесполезности данного мероприятия. Но как говорится:
- Охота - хуже неволи!
Пока полз мысленно прикидывал получившийся расклад. А позволило мне это сделать без отрыва от процесса ползания по лесу то, что даже не заглядывая в "наладонник", я примерно представлял сложившуюся ситуацию. Волей случая, второй раз меня вынесло в районе так называемого "Белостокского выступа". Причем у самого его северного основания.
Этот выступ образовался в ходе операции по "освобождению" Западных областей, которая шла в полном соответствии с договоренностями между СССР и Германией по разделу территорий некогда принадлежавших Польше. Поэтому, на данный момент, такого государства на политической карте мира этой эпохи не просматривалось даже через лупу. Отошедшее к Германии получило наименование генерал-губернаторства, а советская доля пирога органично влилась в состав Белорусской ССР. На этой территории сразу стали насаждаться новые порядки, что не всегда нравилось местному населению. Но прежде всего советские военачальники озаботились повышением обороноспособности страны и развернули грандиозное строительство на новых рубежах. Новая система укреплений получила наименование "Линия Молотова". Видимо по ассоциации с заслугой действующего наркома иностранных дел, принявшего столь активное участие в процессе раздела Польши и приростания страны новыми землями.
Но являясь этаким форпостом Советского Союза в Европе, неким трамплином для ведения наступательной войны, данный выступ оказался ловушкой в условиях обороны. Поскольку, скопив значительные группировки войск у его основания, немцы срезали его в первые же дни. И одни из самых боеготовых дивизий оказались в окружении. Подразделения 10-ой, 3-ей и 4-ой армий были отрезаны от остальных войск Западного Особого военного округа и уничтожены по частям. Не помогли и недостроенные к тому времени укрепрайоны. Вот возле одного из них, Гродненского, или по другому 68 УР, я сейчас и обретался. Центром укрепрайона и всего строительства являлся городок Сопоцкин, который и был упомянут в разговоре пограничников. Исходя из того, что строительство находилось к югу от меня, то, судя по всему, я оказался на правом фланге Гродненского укрепленного района. И соответственно река, которую я видел в тылу, была не чем иным, как Неманом. Другой, равной по размерам в данном районе в принципе быть не могло.
Обстановку будущего ТВД на данном участке советско-германской границы я хорошо представлял еще и потому, что разбираясь в перипетиях начала войны, обратил внимание на один интересный исторический факт. Который, в ряду прочих, в некоторой степени объяснял причины поражения Красной армии и успехи Вермахта, на ее первоначальном этапе. Дело в том, что стремительное продвижение танковых частей Вермахта, в частности 3-й танковой группы под командованием Германа Гота, было обеспечено еще и своевременным захватом мостов через Неман. Немцы сами прямо обалдели от такого подарка. Этот факт даже был отражен в журнале боевых действий 3-ей танковой группы, вполне себе официальном документе. Там так прямо и сказано, относительно захвата мостов:: "На это не рассчитывал ни кто".
К глубоким прорывам противника еще только предстояло привыкнуть.
Методика наступления немецких танковых групп в первые дни войны с СССР напоминала принцип действия проходческого щита. При прокладке тоннелей ножевое кольцо щита вдавливают в грунт, а затем выбирается ограниченный кольцом цилиндр грунта. Немецкие танковые группы наступали двумя моторизованными корпусами на флангах и армейским корпусом в центре. Танковые соединения пробивались в глубину обороны, а наступавшая в центре пехота перемалывала оказавшегося между двумя глубокими вклинениями противника. Такое построение позволяло рационально использовать дорожную сеть и повышало устойчивость к контрударам - внешние фланги моторизованных корпусов разделяло приличное расстояние. Перерубить "проходческий щит" фланговыми ударами было нетривиальной задачей.
Важным преимуществом танковой группы Гота было отсутствие водных преград прямо на границе. Танковым группам Гудериана и Клейста нужно было форсировать Буг, а на пути 3-й танковой такого препятствия не было.
39-й и 57-й механизированные корпуса, составлявшие основу ударных сил 3-й танковой группы, двигались по расходящимся направлениям. Первый в направлении на Вильнюс, с поворотом на юг для охвата Минска. Второй на Лиду, завершая окружение Белостокской группировки советских войск и прикрывая южный фланг группы. Со своими задачами они великолепно справились, чему немало способствовал своевременный захват переправы через Неман у местечка Меркине. Передовые части 12-й танковой дивизии уже к 15.00 часам первого дня войны, с ходу захватила мост и продолжили наступление в заданном направлении.
Позднее немцы писали, что у пленного советского офицера-сапера был найден приказ, предписывающий взорвать мост в 19.00 22 июня. Это позволило им пуститься в рассуждения относительно того, что "ни один советский войсковой начальник не принимал самостоятельного решения уничтожать переправы и мосты".
Впрочем, если попробовать поставить себя на место этого офицера. Задачка не из легких. Буквально только что по радио прозвучала речь Молотова. Первое впечатление - шок. Решиться на взрыв моста довольно далеко от границы через несколько часов после начала войны было не так-то просто. Кроме того, через мосты отходили отступающие от границы советские части. Взрывать у них перед носом мосты было бы плохой идеей.
Отсутствие необходимости форсировать водную преграду уже в первые часы боевых действий сделало продвижение танков и мотопехоты Гота особенно стремительным. Пограничные укрепления были взяты с ходу. Беспокойство вызвало только донесение воздушной разведки о мелких группах советских войск, отходящих к Неману. Задачей танковых дивизий становится возможно быстрый прорыв к реке, до того как она станет устойчивым рубежом обороны. И с этой задачей в реальной истории они справились.
Но в этот раз, поезд дальше Немана не пойдет, благодаря моему послезнанию. Задача, то не слишком сложная.
- Всего и делов-то, загодя воткнуть в уже установленные заряды взрыватели. Если готовились взорвать мост к 19 часам, то установили их уж всяко-разно заблаговременно. Вед не в последний момент укладывать? Конечно, подкинуть идею подорвать пораньше было бы лучше, но в то же время и опаснее. Как доказать необходимость этого? Если уже спустя полусуток, после начала войны, на это никто не решился?
Нет! Если хочешь, что-либо сделать хорошо, то сделай это сам. Не перекладывая ответственность за принятие решения, а тем более за исполнение на других.
Поэтому мне будет необходимо находиться в самый ответственный момент поблизости от объекта диверсии.
- Так сказать, чтобы держать руку на пульсе.
Потому что, если взорвать мост заблаговременно, то это значит: во-первых, действительно лишить возможности эвакуации на правый берег отступающих частей Красной армии, а во-вторых, неожиданный взрыв в момент переправы немецких танков дает возможность уменьшить ударные части Вермахта на энное их количество. Или, в крайнем случае, в момент прохода тыловых подразделений с боеприпасами и горючим. Поскольку танки без того и другого, не более чем ржавое ведро с гвоздями, а то и железный гроб для экипажа. Но вот только фрицев за лохов держать не надо. У них всегда разведка, а тем более инженерная, была на высоте.