Кстати, широко известен, в узких кругах, курьезный случай, когда Билл Клинтон, будучи президентом США, ошалев, от представившихся возможностей, реализации своих сексуальных фантазий, так этим увлекся, что элементарно прое...л коды запуска. За что и был подвергнут процедуре импичмента (отрешения от власти). Общественности же впарили причиной, неуемный сексуальный аппетит мальчика Билла, отвлекающий его от выполнения президентских обязанностей. Что, в данном конкретном случае, можно считать соответствующим действительности. Если принимать во внимание, что именно сексуальные игрища на рабочем месте и стали причиной утраты кодов.
А, на ряду, с ЗАСовской аппаратурой, мой пост также был оборудован и дальней связью, осуществляемой на тех же принципах, что и ВЧ связь, широко применяемой в годы Великой отечественной. Правда, накануне войны, она была еще не достаточно развито. Но, тем не менее, с ключевыми административными центрами, а также со штабами западных военных округов, такая связь была.
Ее отличало, в плане защиты от прослушивания, то, что подключиться к линии можно только в месте, оборудованном соответствующей аппаратурой. На мою удачу, пункт управления, обнаруженный мною, такую аппаратуру имел. Далее только дело техники. Особо продвинутые бойцы, в моей части, случайно получив доступ к дальней связи, без труда звонили своим родственникам. Для этого только нужно было знать позывной воинской части расположенной поблизости. Дальше все просто - выходишь на коммутатор части и просишь соединить с абонентом местной АТС. Вся сложность заключалась только в умении узнать позывной, что тоже далеко не простое дело. Поскольку, в свободном доступе, таких сведений не имеется.
Но у меня, на этот случай, было волшебное слово, которое должно было сработать по типу сказочного "Сезам". А если говорить более конкретно, то этим словом было не абы что, а имя самого Сталина. Подсказкой стало телефонное сообщение о том, что я стал мамой и, в связи с этим, моему несовершеннолетнему сыну срочно требуется материнское внимание. В виде незамедлительной финансовой помощи.
Незатейливый прием продвинутых, современных лохотронщиков вызвал у меня ассоциацию с сериалом "Тайны следствия", в котором компьютерные мошенники не просто просили денег с родственников, якобы попавшего в неприятную ситуацию человека, а делали это изобретательно, голосом самого потерпевшего. Используя для этого специальную компьютерную программу.
Основной сложностью стал поиск самой программы, но, потратив определенное количество времени и еще большее количество американских денег, мне это все- таки удалось. Другой сложностью стала ловля на живца, или, если говорить более предметно, то ловля на удачу. Как у волка из сказки: "Ловись рыбка - большая и маленькая". Что подразумевало под собой запись телефонных разговоров посредством набора средств из арсенала юного разведчика. А если быть точным, то приобретенную, за бешенные деньги, прослушку телефонных линий. Которую и установил непосредственно на аппарат ВЧ, в надежде, рано или поздно, записать голос Сталина. Потому что голос в кинофильмах, или даже, на посредственного качества грампластинках, и голос Сталина вживую, это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Обмануть, таким образом, людей, которые непосредственно контактировали с вождем, не реально. И здесь даже отговорка на плохое качество связи не прокатит. И дело даже не столько в самом голосе, но и, самое главное, в интонациях и характерных речевых оборотах, а также в тембре и, умением Сталина держать знаменитые МХАТовские паузы, которые, по утверждению очевидцев, подчас говорили больше, чем слова.
И удача мне улыбнулась. Удалось не только зафиксировать, но и записать несколько разговоров Сталина с абонентами из Ленинграда. Что еще раз подтвердило мое предположение, что обнаруженный мною узел связи, а также сам засекреченный командный пункт Себежского укрепрайона входили в единую систему обороны Ленинграда и прилегающих к нему районов. По какой-то, неизвестной мне причине они были выведены из системы, но по счастливой (для меня) случайности не отключены от основных коммуникаций. И не взорваны, как оно, наверняка, изначально предполагалось. Поэтому, я смог стать негласным свидетелем разговоров Сталина с первым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП (б) - товарищем А. А. Ждановым, командующим Балтийским флотом - вице-адмиралом В. Ф. Трибуцем, командующим Ленинградским военным округом - генерал-лейтенантом М. М. Поповым и даже с директором Кировского завода - И. М. Зальцманом. В большинстве случаев обсуждалось положение дел, входящих в зону ответственности абонентов, но, по большому счету, содержание самих разговоров меня мало интересовало. В сети можно было найти более развернутое пояснение к имевшим место событиям. Более важной явилась возможность записи голоса Сталина, так сказать вживую. Чем я и воспользовался.
- Кстати сказать, тоже своего рода раритет имеющий историческую ценность. Ведь не так уж много записей, в которых бы фигурировал Сталин, сохранилось на данный момент.
Но меня все ж таки больше интересовала возможность использования записи для реализации своей цели - предотвращения ВНЕЗАПНОСТИ нападения Германии.
Еще одной удачей стала запись разговора Наркома НКВД Берии Лаврентия Павловича с начальником Управления НКВД по Ленинградской области - комиссаром 2-го ранга С. А. Гоглидзе. Разговор состоялся в феврале, и велся на повышенных тонах с применением ненормативной лексики, идиоматических выражений и, вдобавок, частично на грузинском языке.
- Интересно, почему уроженцы национальных окраин предпочитают говорить друг с другом на родном языке, а вот ругаться исключительно на русском матерном? Неужели их язык так беден на крепкое словцо? Что касаемо европейского, так это точно. Мой школьный товарищ - немец по национальности, как то, по моей просьбе, воспроизвел весь перечень немецких ругательств. Так вот - самыми грубыми, в этом ряду оказались: свинья и собачья пиписька!
В общем матом крыл товарищ Берия, похлещи чем сапожник угодивший молотком по пальцу, а то и по другому месту. Видимо чего-то там его ставленник сильно накосячил, особенно если судить по тому, что вскоре слетел с должности в престижном, даже по меркам того времени, районе. И был отправлен на периферию, в Бессарабию, видимо для укрепления тамошних кадров. А на его место был назначен старший майор госбезопасности Н. М. Логунов. С которым удалось записать аж три разговора: в марте, в апреле и в начале июня. Причем последний разговор тоже велся тоном, предназначавшимся, отнюдь не для нежных ушей выпускниц института благородных девиц.
- Но это даже и к лучшему, поскольку если начальник говорит раздраженным тоном, то подчиненному далеко до анализа его содержания. Единственное желание - как можно быстрее завершить неприятную беседу, чтобы с рвением приступить к выполнению поставленной задачи. Некоторым образом стимулирует, знаете ли, двигательную деятельность. И, в гораздо меньшей степени, умственную. Что мне на руку.
Поскольку без звонка, от лица Берии, в органы госбезопасности приграничных республик, будь то, к примеру, хоть Нарком НКВД БССР - комиссар 3-го ранга Л. Ф. Цанава, или начальник пограничных войск НКВД БССР - генерал-лейтенант И. А. Богданов, не обойтись. А вот звонить им от имени Сталина было не только бессмысленно, но и опасно. Эти зубры, не чета салдофону Павлову, который получив прямой приказ от своего кумира, наверняка проигнорирует необходимость дублирования команды со стороны Генерального штаба, начальником которого, на данный момент являлся генерал армии Г. К. Жуков. Поскольку, как известно, находился с ним в контрах, и не пропустит возможность вставить тому фитиля, заручившись поддержкой своего покровителя. Цанава же, являвшимся личным другом Берии, наверняка ему отзвонится, чтобы во-первых, удостовериться, а во-вторых, ненароком не подставить любимого начальника. Да и Богданов, наверняка тоже. А если еще учитывать, что на тот момент, в Минске, с инспекционной проверкой находился и начальник 1-го Управления ГУПВ НКВД - генерал-майор Г. А. Петров, то вообще может получиться засада. Поэтому и звонить им должен Берия, и только он.