Помещение, в котором я оказался, по-видимому предназначалось для проживания людей, такая подземная миниказарма. Вдоль стен, которые в свою очередь были отделаны досками, выстроились нары, грубо сколоченные из подручного материала. Хотя я и не сидел в местах, не столь отдаленных, но в свое время пришлось побывать на гарнизонной гауптвахте, как в качестве караульного, так, один раз, и в качестве постояльца. Кроме того подобными изысками были оборудованы спальные места в полевых лагерях и в бомбоубежищах.
Кроме гладко обструганных досок на нарах больше ничего не было. Дальше за спальным расположением виднелись несколько проходов и дверей. За одной дверью располагалось отхожее место, плотно заткнутое, как пробкой деревянным чурбачком. Проход вел в соседнее помещение похожее на совещательную комнату. Такую ассоциацию навевал стол стоящий посередине и расположенные вокруг него стулья. В противоположной стене виднелась еще одна врезанная дверь, по типу той через которую я сюда попал. Но прежде чем пройти к ней, решил закончить обследование казармы. Не изученной осталась еще одна дверь, на удивление запертая амбарным замком.
- По-моему здесь что-то есть! Иначе, зачем запирать дверь в закрытом от постороннего доступа помещении?
- Такой замок монтировкой не возьмешь, - подумал я. - придется возвращаться в гараж за съемником, сиречь кувалдой.
Быстро сбегал и принес требуемое. После чего тремя ударами сбил на пол ржавое изделие деревенского кузнеца. За дверью мне открылась пещера Али-Бабы. Но заполненная не мифическими сокровищами, а вполне реальными образцами стрелкового вооружения времен Великой Отечественной войны. Ан нет, при более пристальном внимании, оно более характерно для времени ей предшествующего. Поскольку я не обнаружил ни ППС, ни ППШ, зато другое вооружение присутствовало в полном объеме в количестве потребном для вооружения усиленного взвода.
- Логично, - прикинул я, - если это заглубленный командный пункт укрепленного района, то для его охраны потребуется комендантский взвод.
Кстати, количество спальных мест около тридцати. На вскидку, оружия здесь столько, что хватит эти 30 человек вооружить, даже с запасом. Запас тоже понятен, для вооружения командиров командного пункта в случае необходимости. Только вот почему оставили? Почему не вывезли?
- Наверное, по той же причине, по которой не взорвали. Ну не будет строить догадки, лучше проведем инвентаризацию.
Первоначально пересчитал винтовки, стоявшие вдоль стены в самодельных пирамидах. Больше всего было "мосинок". Винтовка конструкции русского оружейника, капитана царской армии С. И. Мосина, образца 1891-1930 годов. Знаменитая трехлинейка. Трехгранные штыки, запасные обоймы в подсумках и принадлежности находились здесь же в пирамидах, на специально предназначенных полках. В общей сложности насчитал 20 штук. Плюс пять карабинов той же модификации. Они отличались от своей проматери размерами, и предназначались, насколько я помню, для вооружения кавалеристов и артиллеристов.
Рядом, как солдаты в строю, стояли 6 СВТ-40, одна даже в снайперском варианте, с допотопным снайперским прицелом. В углу притулились, уж совсем экзотические АВС, автоматические винтовки Симонова, обе с оптическими прицелами. Из них, по-моему, даже очередями можно было стрелять. Но и уход требовали за собой соответствующий. На стеллажах были разложены образцы автоматического вооружения. Пять автоматов, или точнее говоря пистолетов-пулеметов, ППД-40, с круглыми магазинами на 71 пистолетный патрон. Два ДП, пулемета Дегтярева, с большим диском, пришлепанным сверху, и раструбом пламегасителя на конце ствола. Далее стоял дедушка автоматики, пулемет "Максим", рядом с ним "Льюис", времен гражданской войны. Примерно из такого Сухов, гасил басмачей Абдуллы, в "Белом солнце пустыни". Пистолеты лежали отдельно, в специальном шкафчике, десять ТТ и пять револьверов "Наган". В отдельной коробочке лежал пистолет Коровина.
Вдоль задней стены стояли ящики и цинки с патронами на все виды представленного оружия, в количестве пригодном для ведения боя в течении длительного времени. На вскидку, если использовать все оружие одновременно, то дня на 2-3 интенсивного боя. В одиночку я смог бы расстрелять их за 2 недели. Но к счастью, воевать мне не с кем.
- И куда мне все это богатство девать? К сожалению, статью УК, за хранение оружия и боеприпасов пока еще никто не отменял.
Так, если предположить, что передо мной командный пункт, то найденное относится к системе охраны. Об этом говорит и спальное расположение, предназначенное для размещения людей и запасы оружия для охраны и обороны объекта. Но явно чего-то не хватает. Прикинем, без чего не может существовать управление войсками? Правильно! Без связи. Значит, где-то должен быть узел связи. Пойдем искать. С такими мыслями продолжил осмотр подземных лабиринтов. За совещательной комнатой находилось, что-то вроде предбанника. Вправо отходило ответвление, а слева располагалась очередная дверь. Оставив дверь на десерт, я потопал вправо. Помятуя о том, что налево ходить чревато последствиями. Ход оказался на удивление протяженным. Пройдя по времени минут двадцать, отмахал, наверное, с километр, все время забирая вправо. Похоже, тоннель шел по дуге. В конце концов, добрался до очередной двери и приложив определенное усилие, проник в просторное помещение.
- А вот и то, что я искал!
Помещение было оборудовано по всем канонам технических требований к данному виду сооружений. Вдоль стен размещались рабочие места для радистов, телефонистов и телеграфистов. Соответственно с необходимым оборудованием. Количество средств связи поражало воображение. Одних только телефонов я насчитал двенадцать штук, плюс три радиостанции разной модификации и два телеграфных аппарата.
- Если учитывать напряженку по оснащению войск средствами связи накануне войны, то тут явно их избыток. Или придавали этому месту ключевое значение в цепи управления укрепрайонами, а может быть и всей оборонительной линией. Или я чего-то не догоняю. Но с другой стороны, если это засекреченный командный пункт линии "Сталина" с узлом связи, то того единственного входа, через который я сюда добрался, явно недостаточно. Значит надо искать еще.
После непродолжительных поисков я наконец-то обнаружил целых три потайных выхода, причем два из них одновременно являлись и входами. Один выход вел на поверхность в стене промоины образованной озером. Причем сама промоина густо заросла кустарником и молодыми побегами ивы. Выбраться из нее я смог только ползком. Поскольку даже встать на четвереньки мешали густо сплетенные между собой ветки. Ломать их не хотелось, дабы не нарушать маскировку. Выбравшись на берег, я обернулся и внимательно осмотрел берег. Даже стоя в двух шагах не смог определить место входа. Хотя он и был открыт. Пробираясь назад нечаянно зацепил один из сучков и лаз захлопнулся прямо перед носом. Произведя еще манипуляции, со злосчастным сучком, еле добился его открытия. Вернувшись обратно на узел связи, исследовал оставшиеся выходы. Второй выход располагался в подвале каких-то развалин. Предположил, что это та церковь, которую было видно с возвышенности возле дома. Но дальше пройти не получилось, мешали завалы битого кирпича. Изучив, замаскированный под кирпичную кладку вход, обнаружил рычаг открывания в виде куска арматуры, как бы случайно торчащего из стены. Последний выход открыть так и не смог. Видно его основательно завалило изнутри. Судя по расположению, он выходил в районе колокольни, а от нее, как я заметил с берега озера, целым остался только фундамент. Закончив спелеологические изыскания, вернулся обратно, туда, где было найдено спальное расположение.
Неисследованной осталась только дверь, ведущая из совещательной комнаты в неизвестность. С большим трудом ее открыл и оказался в комнатке напоминающей холл. Почему холл? Да потому что, она была пустая и, в каждой стене, было по двери. Одна из них была та, через которую я вошел. Куда ведут три остальные? Вот это сейчас и проверим. Первоначальный выбор остановился на двери, которая располагалась аккурат напротив. Произведя, уже ставшими привычными, манипуляции открыл ее и попал в короткий тоннель. Луч довольно мощного фонаря не пробивал сгустившуюся темноту. Создавалось впечатление, что темнота как бы клубилась и окутывала меня в непроницаемый кокон. На ощупь по стеночке добрался до противоположной стороны, испытав при этом массу неприятных ощущений. Виски заломило, накатилась тошнота, голова слегка закружилась. Тело стал сковывать страх. Во рту ощущался металлический привкус.