Я обрадовался. Несмотря на поправленное здоровье, я чувствовал себя не совсем в форме. Так что, топать ногами было бы сущим мучением. А так войду в портал и выйду уже почти на месте. Тем более до встречи с Богданом оставались считаные часы.
- Спасибо, добрый человек. - Поблагодарил я, на что гном хохотнул. Я тоже улыбнулся. - Передашь Тарку, что я ушёл по делам, когда он очнётся? Будь добр.
- Не вопрос. - Кивнул дворф. - Я же добрый человек.
Я вышел на улицу, щурясь от яркого утреннего света. За моей спиной с лёгким каменным скрипом сошлись каменные ворота. Я задумался, что делать дальше. До встречи с сыном оставалось несколько часов. Сейчас в реале вечер. Даже, пожалуй, ночь. Уже было, решив пройтись по городу в поиске картографа, сразу же передумал. Из-за ближайшей юрты вынырнул Громоход. Он крался медленно и был очень прозрачным. Его стеллс почти перекрывал мою интуицию и наблюдательность. Но лишь почти. Его криво раскачанные статы делали из него такого же плохого рогу, как мои из меня никудышного мага. Понаблюдав за его усилиями, я шарахнул в него молнией. Пока он соображал, что произошло, я открыл портал на выбранное место и, не слушая несущиеся в спину проклятия, скрылся в нем.
Дорогу пришлось искать. Так что Эндро оказал мне неплохую услугу и я не опоздал. А пришёл чуть раньше назначенного срока.
Пришлось сидеть у тонкой невидимой плёнки, ограждающей песочницу от большого мира. Она не пропускала сквозь себя ни людей, ни вещи. Но звук проходил. Так что говорить нам, по-видимому, придётся прямо здесь.
- Ну, здравствуй, отец! - Улыбнулся мне Богдан, подходя к границе.
- Ну, здравствуй, сын. - Вернул улыбку я. - Как вы там без меня? Совсем расслабились, наверное?
- Некогда нам расслабляться. - Хохотнул Богдан. - И без тебя жизнь воспитывает, так что приходиться крутиться как белке в колесе.
- Ладно, бать. - Посерьёзнел Богдан, когда мы отошли подальше от дороги. - Как у тебя тут дела?
- Да, по-разному. - Пожал я плечами. - Но, откровенно скажу, пока не сожалею ни о чем. Плюсов намного больше, чем минусов. Если бы ты меня тогда не настращал с этим квестом, я бы и не волновался.
- Да уж. Не совсем того я тебе желал, когда подписывался на это. - Богдан обвёл рукой вокруг.
- Так что с ним не так? С квестом этим.
- Бать, что ты знаешь про игру вообще и про богов местных?
- Ну, богам жертвуют искры и деньги, а они подарки дарят. А в игру играют. Так вроде бы? Ничего не перепутал?
- Верно. Но слишком приблизительно. Бать, боги это люди.
- Не понял. - Удивился я.
- Боги, это люди. Очень богатые люди. Даже не так. Это люди, у которых есть реальная власть. И я говорю не про губернаторов и президентов, а про тех, кто манипулирует даже ними.
- Ты это серьёзно? Звучит как очередная сенсация по раскрытию всемирного заговора масонов или прочих таких же.
Богдан сел на землю, показывая, что разговор предстоит долгий. А в ногах правды нет.
- Вот видишь, я же говорил, что вкратце рассказать не получиться. Вопросов будет больше, чем ответов. Ты ведь знаешь меня. Я в СБ пошёл только потому, что люблю решать задачки. Собирать пазлы из разрозненных крох информации. Это моё второе хобби, после космоса. Так вот, все что я тебе скажу ничем не подкреплено. Все выводы я сделал из косвенных улик и фактов. Если собрать их воедино, то получается размытая, неполная, но вполне узнаваемая картинка. В этом мире есть серые кардиналы. Они вне национальности, вне стран. Они выше этого. Они боги, даже в реале. Ну, почти боги.
- Звучит бредово. - Задумчиво проговорил я. - Мировое господство. Вселенское зло. Попахивает бульварщиной.
Не доверять Боде не было смысла. Он действительно любил решать задачи. И дураком не был. Насколько я знаю, сейчас он получает третье высшее образование.
- Уверен? Давай тогда зайдём с другой стороны. Что если Великий Раздолбай не первый? Точнее, что если он первый раздолбай, но не первый из великих.
Вот тут я крепко задумался. В этом был смысл. Про Великого Раздолбая знали все. Это человек изменил мир. И сделал это походу дела. Даже не стараясь.
В начале нашего века родился мальчик, в семье олигарха средней руки по фамилии Великий. Даже не в семье. От него забеременела совсем молодая стриптизёрша и побоялась признаться отцу ребёнка в этом. Великий - дядька был суровый. Свой капитал он сколотил в лихие девяностые. Так что его побаивались все, кто знал. Но у ребёнка что-то было не в порядке с мозгом. И врачи сказали, что жить ему осталось не больше нескольких лет. В отчаянии, мать все же пошла к Великому и все рассказала. Она не была проституткой. Даже в стриптиз пошла от того, что мать болела, очень нужны были деньги. Но мать умерла, а теперь ещё и сын болеет. А она так и не была ни с кем после него. Да и до него, у неё был парень в своём селе, но давно. Потому она точно знала, чей у неё ребёнок. Вот только с капиталом в девяностые, Великий приобрёл и два пулевых. И врачи сказали, что отцом ему уже не быть. Девчонку он чуть не закатал в асфальт, решив, что его разводят. Но все же взял кровь на анализ ДНК. И был сильно удивлён. Сын был от него. И очень огорчён, что его единственный наследник может умереть в раннем детстве.
На девчонке он женился, а сына признал. И провозил его по всем светилам медицины. Но все только разводили руками. Нестабильная структура коры головного мозга. Если не умрёт, то будет имбецилен в лучшем случае.
Но их прогнозы не оправдались. Сашка Великий, как назвали мальчугана, выжил. Даже более того. Он был гением. С неустойчивыми нейронными связями или как-то так. В честь него потом даже синдром назвали. Дело в том, что за каждое чувство или действие в мозгу отвечает определённая зона. Так вот у Раздолбая эти зоны могли расширяться за счёт соседних. Если он увлекался чем-то и начинал напрягать разум, наиболее задействованные зоны начинали расширяться. Если они были не нужны на данный момент, они снова выравнивались. То есть он мог быть как Моцартом, так и Эйнштейном, или Айвазовским. Все зависело от его желания.
Может быть на этом бы история и закончилась, но парень был раздолбаем. И прозвище свое получил ещё в школьные годы. Школу он закончил в 15 лет с золотой медалью и кучей скандалов. Последние из них на сексуальной почве. Он совратил молодую учительницу и двух одноклассниц. И как утверждали все, именно он совратил. Как? Все говорят, что Раздолбай всегда добивался того, чего хотел. И был невероятно искусным манипулятором и стратегом.
В институте у парня, которого отец просто боготворил, началась разгульная жизнь студента и мальчика из золотой молодёжи. Все доступно, все можно, все интересно. Девушки, алкоголь, оргии, экстрим. В конечном итоге, наркотики. Вот на них его и переклинило.
Наркотики как-то по-особому влияли на его сознание, и он не мог от них оторваться. Это продолжалось до тех пор, пока отец не приехал навестить сына и не поймал того с иглой в руке.
Великий-старший очень любил сына. Потому, когда Раздолбая выписали из травматологии после разговора с отцом, тот приставил к нему своих людей. Чтобы те не давали ему доступа к наркотикам и алкоголю. Да и сам Сашка понимал, что это тупик. Наркотики убивают.
Но ему они были нужны. И дело было не в ломке, а именно в действии наркотиков на его необычный мозг. Тогда-то он и решил, что можно пойти другим путём. Мозг лишь процессор. Сложный, биохимический, но процессор. На него можно воздействовать не только химически, но и другими способами. Создавать альфа волны или заставлять работать, как хочется, путём обмана. Сымитировать наркотический приход. Вот этой идеей он и загорелся. Нашёл ещё двух гениев. Ольгу Соболенко - хакера от бога. И Юрия Звенигородского - кибернетика. Втроём они буквально на коленке склепали первую нейрокапсулу. Правда, многие потом утверждали, что они для этого взломали несколько засекреченных баз данных исследовательских центров разных стран. В основе технологии вирткапсул лежали принципы психотронного оружия разрабатываемого многими странами.