— И они за год научились делать электронику для самолетов? — удивился Арисон.
Представители разведслужб переглянулись.
— Нет, — отозвался глава электронной разведки Лепински. — Они и до этого делали ее, только по заказам Пентагона.
Маккреди возмущенно обернулся к Питеру Вульфу, но тот только развел руками.
— Ну, а я тут причем?! Все это было при моем предшественнике. Тем более мы ни когда не интересуемся, на каких заводах размещают наши заказы фирмы подрядчики. В Малайзии в те времена существовало льготное налогообложение, поэтому они и делали там электронные потроха для наших самолетов и вертолетов.
— Так, и что же нам теперь делать? Какое соотношение сил Израиля и всей этой своры ожидается в воздухе?
— Сейчас это примерно один к трем, но когда будут готовы эти сорок самолетов, то соотношение будет один к четырем, а через два года и один к шести, — сказал Джонсон.
— Этого нельзя допустить, — сказал Маккреди.
— Ну, это не так страшно, как вам кажется, господин президент. Во-первых подготовка арабских летчиков не идет ни в какое сравнение с мастерством израильских асов, кроме того у них пока не кому управлять этими самолетами. Большая партия пилотов сейчас обучается в Турции и самой Саудовской Аравии. Признаться тренируют их наши самые опытные асы, десять человек.
Увидев как у президента в возмущении начали подниматься вверх брови Циммерман поспешно добавил.
— Их наняли еще три года назад, так что их вины во всем этом нет. Ни кто же не знал что все повернется вот так.
— И что, это действительно стоящие пилоты?
— Так точно. Все они герои «Бури в пустыне», вышли в отставку по возрасту и решили подзаработать, тем более что платят им там действительно по царски. За месяц они получают столько, сколько бы получали за полгода будучи инструктором в наших училищах.
Маккреди выругался.
— Идиотизм!
— Кроме того у арабов много русских самолетов, особенно иракцев. Большая партия иранских парней сейчас обучается в России, — напомнил Лепински.
— Да, — подтвердил Циммерман. — Они обучаются уже около четырех лет и скоро уже будут готовы.
— Ну, об этом я поговорю с Сизовым, — сказал президент. — Что еще?
— Есть возможность надолго оставить турецкие Ф-16 на земле. Нужно только задействовать флот, — предложил Циммерман..
— Это довольно грязное дело, — торопливо заметил сморщившийся Арисон.
— Но нужное, — оборвал его Лепински.
— Да в чем дело?! — удивился президент. Циммерман коротко доложил о своем предложении, и после короткого раздумья Маккреди кивнул головой.
— Хорошо, действуйте, — После этого он обернулся к Арисону и добавил. — Джимми, я думал ты уже избавился от своих пристонских шор. Политика делается не только в белых перчатках, порой приходится голыми руками кидать чистое дерьмо. Конечно это печально, что в двадцать первом веке приходится действовать методами вьетнамской войны, но что поделаешь. Таково наше проклятое время перемен.
Через семь дней после этого совещания, глубокой ночью, в самом центре Индийского океана шло судно «Такиро-Мару», японский контейнеровоз типа «ро-ро», зафрахтованный на один рейс от Джорджтауна до Стамбула с грузом из стандартных контейнеров. Судно всего три года назад сошло со стапелей и было нашпиговано электроникой не хуже чем космический корабль. На всем громадном судне сейчас бодрствовали всего три человека, двое на мостике, и один в машинном отделении. Остальные пятнадцать членов экипажа, в том числе и капитан, мирно спали в своих каютах. Исиро Накато, штурман и рулевой в одном лице, для того чтобы не уснуть играл в электронные игры, его непосредственный начальник по вахте, Идзуми Танако, второй помощник капитана, слушал по радио музыку, надев стереонаушники, и не отрывая глаз от экрана локатора. Эта трасса считалась довольно оживленной, но в эту ночь ни одно судно не приблизилось к сухогрузу более чем на двести миль. Идзуми наслаждался мощной мелодией девятой симфонии Бетховена в исполнении Берлинского симфонического оркестра. Большой знаток и любитель классической музыки он был на самом верху блаженства. Мельком глянув на штурмана он увидел как тот с горящими глазами смотрит на монитор компьютера, где воин в классическом одеянии самурая крошил мечом химерическим монстров. Увлечение Накато этими примитивными играми вызвало у аристократа Танако легкую усмешку презрения, но через секунду лицо его исказилось гримасой, и, выругавшись, он сорвал с головы наушники.
— Ты чего? — удивился штурман не отрывая глаз от экрана.
— Дикие помехи. И надо же, как раз в самом финале! Хор как раз начал петь «Обнимитесь, миллионы!»
— Почему помехи? Состояние магнитосферы сегодня должно быть более чем благоприятно.
— Не знаю.
Танако еще раз попробовал поднести к уху наушники, повертел верньер настройки, но потом с досадой выключил приемник. Локатор по прежнему показывал чистый океан, эхолот фиксировал глубину океана в километр с лишнем.
В это время за триста километров от них, на головном авианосце третьего флота США «Теодор Рузвельт», вахтовый офицер доложил адмиралу Джойсу.
— Господин адмирал, АВАКС начал работать. Все идет по плану.
— Хорошо, продолжайте.
В ста милях от японского судна летевший на высоте семь тысяч метров АВАКС Боинг-767 навел на цель взлетевший с авианосца самолет радиолокационной борьбы У-А6В, за сорок миль до японского судна заглушившего все традиционные частоты для подачи международного сигнала МЕЙДЕЙ. И наконец на глубине пятидесяти метров в пяти милях прямо по курсу «Такиро-Мару» подводная лодка «Атланта» класса «Лос-Анжелес» застыла на месте, приглушив реактор и вслушиваясь в голоса моря тонкими мембранами барабанных перепонок своих акустиков.
— Капитан, прямо по курсу шум винтов большого судна. Водоизмещение не менее пятидесяти тысяч.
— Хорошо, Вилли, — отозвался капитан «Атланты» Патрик Поллард. — Всплываем до перископной глубины.
Через пять минут они увидели его.
— Да, это то что нам нужно, — пробормотал капитан. — Приготовиться к торпедной атаке.