-Товарищ Семичастный я более не желаю, чтобы вы ,как мои партийные товарищи наступали на одни и те же грабли и несли потери. Новочеркасск спровоцировал утечку информации о внутренних разборках криминала ,чиновников и партократии в зарубежные разведки и наши враги этим воспользовались. Нужно быть готовыми к провокациям ,поэтому и предлагаю план, включающий восстановление МВД по всей стране, подготовку Ленинграда как практического логистического центра на случай националистических восстаний в Прибалтике. После XXсъезда повылазила вся националистическая шушера и стала качать права в ущерб социалистической справедливости.
Семичастный был в шоке, такой вариант развития он не рассматривал, хотя в Комитете были достаточно сильные аналитики.
Косыгин только качал головой от такого финта генсека.Алексей Николаевич понимал ,что Прибалтийское лобби было сильно своим финансовым анализом и прибалты использовали все щели и дыры ,чтобы решать дела в свою пользу. В то же время Алексей Николаевич и как блокадник и как фронтовик понимал, что именно оскорбило Брежнева. Брежнев хоть и был на войне представителем Политуправления, но так же проливал кровь за Советскую власть и такое попрание результатов Великой Отечественной его оскорбляло. В общем, Косыгин понимал Брежнева как фронтовика, но не понимал как партаппаратчика.
Семичастный на встрече у Шелепина обстоятельно рассказал о междуусобчике в полете и выжидательно посмотрел на своего наставника.
Шелепин недолго молчал.Александр Николаевич тоже воевал, только воевал в финскую компанию, там отморозил ноги , и Великую Отечественную встретил в Москве на должности специалиста по работе с партизанским движением. Шелепин предположил, что Брежнева спровоцировала на резкие движения утечка информации за рубеж по делу Новочеркасска, но никто тогда в шестьдесят втором году не ожидал таких событий. Партократия Кремля не была готова к таким вызовам, поэтому всю ответственность Хрущев спихнул на Суслова. А теперь ответка прилетела с Италии. Дай-то бог, что итальянцы так и не поняли что произошло, и посмеялись по поводу претензий русской «Коза Ностра».Так же он понял ,что Брежнев оценил возможную операцию прибалтийских нацистов по созданию провокаций ,как реальную, но Шелепин до конца не верил, что прибалты на это решаться.
-Хорошо, я понял, что у тебя в Комитете людей свободныхнет , а восстановив структуру МВД СССР можно будет использовать их осведомителей. Я не верю ,что прибалты готовы сейчас начать резню на пустом месте. В общем ,я поддерживаю идеювоссоздания МВД, ну а Брежнев часом не сказал ,кого он хочет видеть министром?
-Нет, они с Косыгиным договорились о консультациях и подготовке предварительных наработок . У Косыгина на носу посевная.Так что ,вопрос отложили до июля.- Четко ответил Семичастный.
Шелепин считал, что Брежнев немного перебздел, узнав у итальянцев информацию о Новочеркасске. Ну не верил Александр Николаевич ,что прибалты будут резать курицу, несущую золотые яица. Прибалты действительно поднялись на международном морском транзите и замкнули на себя всю логистику. С другой стороны, как человек ,кое что понимающий в ведении партизанской войны, Александр Николаевич понимал, что прибалтийские порты- уязвимое место и действительно, в случае войны захват прибалтийских портов был бы катастрофичен.
В общем, Шелепин решил посмотреть на то, что дальше будет делать Брежнев и пока не провоцировать генсека на активные действия.
Итак , за двадцать минут до посадки борта номер один в Столице трех революций я провернула шикарную комбинацию по обработке крутых парткомитетчиков. Если Семичастный не будет ничего решать ,пока не получит указаний от Шелепина,то Косыгин задумается. Особенно сильно его должно было ударить сообщение об истории с Бадаевскими складами, ведь он занялся «Дорогой Жизни» блокадного Ленинграда зимой сорок второго. Косыгин должен озаботиться последствиями Новочеркасска в новом раскладе событий.По поводу Новочеркасска- если Брежнев в шестьдесят втором занимался больше международными вопросами, то Шелепин, Суслов и Косыгин были доками во внутренней политике , я удивлялась ,что Шелепин так бездарно слил Суслову Новочеркасск и позволил событиям перерасти в кровавую бойню.
Теперь, когда я озвучила великий план по восстановлению МВД СССР всем значимым шишкам,кстати,Брежнев в моей реальности восстановил МВД в шестьдесят седьмом, так что я историю тут не нарушаю. Теперь я могла с чистой совестью загнать в пену по улицам колыбели революций и Семичастного на предмет явных и мнимых угроз , и Косыгина, позволив побывать ему в городе молодости и отработать на премьер-министре все свои движения по активизации научно-технического прогресса в отдельно взятом субъекте.
Мы сошли с самолета по трапу и внизу нас уже ждал Толстиков, девицы с хлебом солью и ансамбль народных инструментов. Толстиков выеживался как уж на сковородке, ведь сообщение о визите он получил от секретаря-референта , а не от Брежнева лично, это давало подозрения ,что он впал в немилость, вот только в какую.
Я отведала хлеба с солью, сухо поприветствовалаТолстолобикова, сказала ему, что народ устал с дороги, и едем мы сейчас в гостиницу. В гостинице я озвучу план мероприятий.
На самом деле ,когда я решила разобраться с картами Ленобласти и Ленинграда, то в то время и наметила план поездки, озвучила его референту и запрягла человека в дела.
Погрузившись в «ПАЗ» мы добрались до гостиницы «Октябрьская» ,там как раз проживала и Фурцева. В гостинице все освежились и пообедали. Я оставила Суслова и часть делегации отдыхать, а сама ,прихватив Косыгина, Семичастного ,министра по транспортному строительству, поехала осматривать хозяйства метрополитена.
Сначала мы путешествовали по верхам. Я прокатилась на метро и по куску синей ветки и по куску красной ветки, выбрав за точку отчета Метро «Технологический институт».Помпезность внутренних вестибюлей меня не восхищала, я кним привыкла и в двадцать первом веке. Меня раздражали отсутствия лавочек на платформе «Невский проспект» ,в мое время они уже были. Я выразила неудовольствие ,посетовала на отсутствие больших часов на подъемах и выходах, отсутствия спусков для инвалидов и колясок. В общем, побухтела. Выбравшись на поверхность ,я потребовала проехаться между станциями.
На «Парке Победы» я заметила некую странность в поведении Косыгина. Премьер-министру было жутко неловко, эту неловкость ему помогли решить в сооружении с колоннами, на территории парка. Неловкость Косыгина была естественной необходимостью, и поэтому я технично наехала на Толстикова и представителя Водоканала, который сопровождал нас в поездке и уже вспотел.
-Товарищи, - я, конечно, понимаю, вся помпезность ваших вестибюлей метро, мы доказали всему миру, что советский метрополитен самый красивый в мире ,а вот забыли про хомо сапиенса и туристов. Не так давно в иностранной прессе прошла заметка туристической группы из Великобритании, и они очень сожалели о том, что возле метро на поверхности у нас все обоссано. –Я стебалась над представителем водоканала. –Что не говори, иностранная пресса –это сила.
-Итак, -товарищ Нефедов, что вы скажите на выпад злобной капиталистической прессы?
Директор Водоканала и Толстиков замерли, было понятно .что их ударил разрыв шаблона. Только что пели дифирамбы метрополитену и красоте и так низко опуститься до обоссанных панелей вестибюля метро.
-Мм!-промычал Толстиков.
-Как вы понимаете , товарищ Нефедов, группа иностранных туристов не смогла сходить в ватер-клозет и испытала негатив к нашей стране.По вашей вине акулы капитализма в своих газетах поносят нашу страну всяким дерьмом и напоминают ,что при царском режиме в Санкт-Петербурге функционировали платные ватер-клозеты.По вашей вине, товарищ Толстиков и товарищ Нефедов, все достижения социалистического строя были спущены в ватер-клозет. Это черт знает , что.
Косыгин подошел к концу моей речи. Семичастный давил лыбу. Романов ,второй секретарь Ленинградского обкома нервничал. У представителей метрополитена и министра по транспортному строительству был обалделый вид.