- Ты как, в порядке, приятель? Хорошо, что эти уроды не проломили тебе череп. Да ты не смотри на меня такими перепуганными глазами, все уже позади, разбойники мертвы, тебе ничего не угрожает. Пошли, я о тебе позабочусь.
Грабитель, все еще ничего не понимая, попытался что-то сказать, но Р'Энкор сразу же принялся хлопать его по щекам:
- Ну же, давай, приходи в себя, наконец. Ладно, надо тебе выпить чутка. Пошли со мной.
Он взял грабителя за руку незаметным со стороны захватом, заставил подняться и повел на выход из переулка, мимоходом толкнув ногой тело забитого бандита, убеждаясь, что тот от побоев скончался, и бросил стражникам:
- Вперед, сучьи дети, наводите тут порядок! И не вякайте лишнего, если кто узнает, что я сделал вашу работу вместо вас, пока вы купались - в лучшем случае без жалованья останетесь. Шевелитесь, нечего тут глазами хлопать!
Когда они вдвоем вышли на улицу вдоль реки, в которой люди все еще ныряли, выискивая на дне золото, бандит, понимая, что влип во что-то похлеще цепких рук стражи, сделал робкую попытку вырваться, осознал, что это у него вряд ли получится, и заскулил, прося прощения и пощады.
- Заткнись, кусок дерьма, - презрительно ответил Р'Энкор, - я буду говорить, а ты - слушать, вякнешь еще хоть слово без разрешения - прямо тут выпущу тебе кишки и сброшу в реку. Усек?
Тот поспешно закивал.
- Значит, так, ублюдок. Сделаешь для меня кое-какую работенку - и я не сдам тебя страже. И даже заплачу двадцать золотых ойранов. Ничего сложного, как раз по твоей части. Понятно?
Грабитель снова закивал, и Р'Энкор увидел, как страх в его глазах начинает сменяться алчностью.
- Вопросы есть?
- Э-э... А что делать? И когда?
- Все узнаешь. Через два дня будешь ждать меня вечером вот прямо здесь, на этом самом месте. Слинять не вздумай, единственное место на свете, где я не смогу тебя достать - могила. А когда достану - ты пожалеешь, что сегодня я забил твоего подельника, а не тебя. Понял?
- Понял, понял...
- Вот и славно, - сказал Р'Энкор, отпустил бандита и бросил ему серебряную монету стоимостью в две месеты: - пойди выпей вина да подлечись, чтоб через два дня был в полном порядке. Будешь работать на меня - станешь богатым. Вздумаешь хитрить - повстречаешься со своими покойными дружками быстрее, чем тебе бы того хотелось. А теперь исчезни с глаз моих долой.
Проводив грабителя взглядом, он удовлетворенно хмыкнул. Славный день выдался, веселый, и развлечения еще только начинаются.
***
Эльф-часовой повстречался Кархаду практически в самом начале леса, он-то и провел небольшой караван к цели.
Рыцарь с интересом рассматривал поселок: деревянный частокол, на деревьях - гнезда стрелков-охранников. Все селение окружено странного вида кустами и полянами с грибами-визгунами. О грибах этих слышал всякий: охрана получше собак, подойти, не подняв тревогу, невозможно. Правда, на процессию с телегой визгуны не отреагировали: эльф-проводник успокоил их тихим напевом еще издали.
У ворот пришлось выждать минут пять. Кархад перед отправкой получил все необходимые для посла к эльфам указания и инструкции. Ждать у ворот приходится всегда, если визит неожиданный: по неизвестным причинам только старейшины эльфов, или, как они титулованы официально, Светлейшие, встречают послов, и всегда числом не менее трех. Потому, если кто-то из них сейчас спит или занят - придется подождать.
- Прошу простить мое любопытство, - обратился он к эльфу-сопровождающему, - а если бы в селении было меньше трех светлейших, а остальные отсутствовали бы - надо было бы ждать их возвращения?
Эльф взглянул на Кархада, словно на умственно неполноценного ребенка, и вроде бы дружелюбно, но все равно как на идиота:
- Так не бывает. В селении всегда не меньше трех светлейших.
Вскоре ворота открылись, сразу за ними рыцарь увидел небольшую группу встречающих, преимущественно воинов, а перед ней - трех высоких эльфов в ритуальных одеяниях старейшин, но неожиданно для себя обнаружил, что крайний справа - не в белом, а в темно-сером ниспадающем плаще. Мгновение спустя он осознал, что одежда-то под цвет лица. Двое старейшин - белолицые лесные эльфы, и у них белые одежды, но третий - серолицый. Дроу.
Кархад спешился, вошел в ворота, остановился ровно на линии ограды, следя, чтобы не ступить на внутреннюю территорию поселка, и поклонился:
- Приветствую вас! Я - Кархад Вэйл, посол его величества Дэнбара Талсидонского, привез его наилучшие пожелания и знак дружбы между Талсидонией и Эйльхеймом.
- Входи, посол, - разрешил тот, что стоял посредине, после чего все трое сделали предписанные своими обычаями три шага назад, символизирующие, что теперь на территории поселка есть место и для гостя.
По знаку Кархада слуги выпрягли из телеги лошадей - эльфы не любят, когда кони входят в поселок - и на руках втолкнули ее в ворота, после чего вышли обратно и расселись вокруг небольшого очага, устроенного под навесом за пределами ограды. Эльфы хоть и дружелюбны - но людей в своих селениях видеть не хотят без крайней на то нужды, потому для свиты послов предусмотрели навес от непогоды с небольшим освященным очагом снаружи поселка, и угощение слугам тоже вынесут наружу.
Кархад, следуя необходимым ритуальным формулировкам, от имени короля передал его подарок эльфам.
- Знак дружбы принят, - ответил светлейший, - ответный знак приготовят чуть позже: король Дэнбар решил отправить посла несколько раньше обычного.
- На то есть причина, - пояснил рыцарь, - мой король хотел бы... посоветоваться.
- И что это за причина собирать совет светлейших?
- Нет-нет, нет нужды в формальном совете. Дело, в котором мой король нуждается в совете, мелкое... но деликатное.
Крайний старейшина сделал знак в сторону небольшой площадки у центрального дерева поселка, где сами эльфы держат свои советы. В центре этой миниатюрной площади - скамейки, расположенные почти полным кругом. Старейшины расселись на своих местах, Кархаду было предложено место гостя. Вокруг площади заняли свои места шесть воинов - чистая формальность, на самом деле, потому что старейшины у эльфов - всегда сильные маги, и любой из них способен справиться с обычным рыцарем в считанные мгновения.
- Мы слушаем тебя, - сказал старший.
Кархад успел рассмотреть всех троих. Старший - высокий, крепкий, с белоснежной шевелюрой и короткой подстриженной бородкой, выглядит лет на пятьдесят по человеческим меркам, значит, ему под семьсот. Второй - существенно моложе, младший светлейший, видимо, от силы триста лет, хотя может, и всего пятьдесят, в этот период определить точный возраст эльфа может только другой эльф.
Больше всего Кархада интересовал третий. Дроу-светлейший? Из милосердия принять к себе злейшего врага - это одно, но сделать его одним из руководителей поселка? Как минимум, странно. Дроу, судя по всему, недавно перешагнул за триста или триста пятьдесят, кроме цвета кожи, вроде бы ничем не отличается от двух других, разве еще волосы черного цвета - огромная редкость как среди лесных, так и среди подземных эльфов. Надо будет рассказать дома, что старейшины выбирают цвет одежды именно по цвету своей кожи, а не просто белый...
- В двух словах, королю Дэнбару стало известно, что вы в последнее время приняли к себе некоторое число... э-м-м...подземных эльфов, - начал Кархад.
- Это исключительно наше дело, - ровно, но решительно сказал старший, - кого принимать.
- Конечно, ваше, - согласился рыцарь, - я имел в виду, дроу появились в Талсидонии, и король хочет прояснить кое-какие моменты, связанные с этим народом.
- Эйльхейм - не Талсидония.
- Вы опять не так меня поняли...
- Так может, посол, ты точнее сформулируешь суть вопроса?
Кархад развел руками.
- Да я уже и сформулировал. Я не говорю о тех дроу, которых вы приняли к себе. Просто Эйльхейм теперь не единственное место вокруг, где можно встретить подземного эльфа. В частности, один из дроу находится на королевской службе. Он полезен, но король хотел бы лучше понимать мотивы этого народа, понять, как работает их мышление, насколько им можно доверять. Вы знаете о дроу больше других, к тому же, они живут среди вас. Я хотел бы получить помощь в этом вопросе, было бы особенно хорошо поговорить с кем-нибудь из дроу, ну хотя бы с вами, - последние слова он адресовал светлейшему-дроу.